Великий канон святого Андрея Критского с параллельным переводом на русский язык Н. Кедрова и пояснениями к тексту

Великий канон

святого Андрея Критского

с параллельным переводом

на русский язык и пояснениями к тексту

Житие Марии Египетской

Евангелия Святых Страстей Христовых

Паримии Страстной Субботы

УДК 248.143

ББК 86.272

В 27

Допущено к распространению Издательским советом Русской Православной Церкви ИС Р16-520-0923

Великий канон святого Андрея Критского с параллельным переводом на русский язык Н. Кедрова и пояснениями к тексту. Житие преподобной Марии Египетской. Евангелия Святых Страстей Христовых. Паримии Страстной Субботы. – М.: Никея, 2016. – 544 c. – (Серебряная серия).

ISBN 978-5-01761-515-8

Великий пост – время очень важных богослужений. В первые четыре дня Великого поста читается Великий канон Андрея Критского. В эту книгу канон включен с параллельным переводом на современный русский язык. На пятой неделе, в среду вечером, – особое богослужение, называемое Мариино стояние: канон Андрея Критского читается полностью и, как образ совершенного покаяния, – житие святой Марии Египетской. Евангелия Святых Страстей Христовых читаются в Великую Пятницу, в Великую Субботу – Паримии Страстной Субботы.

УДК 248.143

ББК 86.272

ISBN 978-5-01761-xxx-x    © Издательский дом «Никея», 2016

Купить книгу можно здесь — http://nikeabooks.ru/books/nikea-o-vere/bogosluzhenie/serebryanaya-seriya/velikiy-kanon-svyatogo-andreya-kritskogo-s-parallelnym-perevodom-na-russkiy-yazyk-n-kedrova-i-poyasn/

Великий канон. Творение святого Андрея Критского

В понедельник первой седмицы Великого поста

Глас 6

Песнь 1

Ирмос: Помо́щник и Покрови́тель бысть мне во спасе́ние, Сей мой Бог, и просла́влю Его́, Бог oтца́ моего́, и вознесу́ Его́: сла́вно бо просла́вися.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Отку́ду начну́ пла́кати oкая́ннаго моего́ жития́ дея́ний? Ко́е ли положу́ нача́ло, Христе́, ны́нешнему рыда́нию? Но, я́ко Благоутро́бен, даждь ми прегреше́ний оставле́ние.

Гряди́, oкая́нная душе́, с пло́тию твое́ю, Зижди́телю всех испове́ждься, и оста́нися про́чее пре́жняго безслове́сия, и принеси́ Бо́гу в покая́нии сле́зы.

Первозда́ннаго Ада́ма преступле́нию поревнова́в, позна́х себе́ обнаже́на от Бо́га и присносу́щнаго Ца́рствия и сла́дости, грех ра́ди мои́х.

Увы́ мне, oкая́нная душе́, что́ уподо́билася еси́ пе́рвей Еве? Ви́дела бо еси́ зле, и уязви́лася еси́ го́рце, и косну́лася еси́ дре́ва, и вкуси́ла еси́ де́рзостно безслове́сныя сне́ди.

Вме́сто Евы чу́вственныя, мы́сленная ми бысть Ева, во пло́ти стра́стный по́мысл, показу́яй сла́дкая и вкуша́яй при́сно го́рькаго напое́ния.

Досто́йно из Еде́ма изгна́н бысть, я́ко не сохрани́в еди́ну Твою́, Спа́се, за́поведь Ада́м: аз же что́ постражду́, отмета́я всегда́ живо́тная Твоя́ словеса́?

Слава, Троичен:

Пресу́щная Тро́ице, во Еди́нице покланя́емая, возми́ бре́мя от мене́ тя́жкое грехо́вное и, я́ко Благоутро́бна, даждь ми сле́зы умиле́ния.

И ныне, Богородичен:

Богоро́дице, Наде́жде и Предста́тельство Тебе́ пою́щих, возми́ бре́мя от мене́ тя́жкое грехо́вное и, я́ко Влады́чица Чи́стая, ка́ющася приими́ мя.

Песнь 2

Ирмос: Вонми́, Не́бо, и возглаго́лю, и воспою́ Христа́, от Де́вы пло́тию прише́дшаго.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Вонми́, Не́бо, и возглаго́лю, земле́, внуша́й глас, ка́ющийся к Бо́гу и воспева́ющий Его́.

Вонми́ ми, Бо́же, Спа́се мой, ми́лостивным Твои́м óком, и приими́ мое́ те́плое испове́дание.

Согреши́х па́че всех челове́к, еди́н согреши́х Тебе́; но уще́дри, я́ко Бог, Спа́се, творе́ние Твое́.

Вообрази́в мои́х страсте́й безобра́зие, любосла́стными стремле́ньми погуби́х ума́ красоту́.

Бу́ря мя злых обдержи́т, благоутро́бне Го́споди; но, я́ко Петру́, и мне ру́ку простри́.

Оскверни́х пло́ти моея́ ри́зу и окаля́х, е́же по о́бразу, Спа́се, и по подо́бию.

Омрачи́х душе́вную красоту́ страсте́й сластьми́ и вся́чески весь ум пе́рсть сотвори́х.

Раздра́х ны́не oде́жду мою́ пе́рвую, ю́же ми изтка́ Зижди́тель из нача́ла, и отту́ду лежу́ наг.

Облеко́хся в раздра́нную ри́зу, ю́же изтка́ ми змий сове́том, и стыжду́ся.

Сле́зы блудни́цы, Ще́дре, и аз предлага́ю: очи́сти мя, Спа́се, благоутро́бием Твои́м.

Воззре́х на садо́вную красоту́ и прельсти́хся умо́м: и отту́ду лежу́ наг и срамля́юся.

Де́лаша на хребте́ мое́м вси нача́льницы страсте́й, продолжа́юще на мя беззако́ние их.

Слава, Троичен:

Еди́наго Тя в трие́х Ли́цех, Бо́га всех пою́, Отца́ и Сы́на и Ду́ха Свята́го.

И ныне, Богородичен:

Пречи́стая Богоро́дице Де́во, еди́на Всепе́тая, моли́ приле́жно во е́же спасти́ся нам.

Песнь 3

Ирмос: На недви́жимом, Христе́, ка́мени за́поведей Твои́х утверди́ мое́ помышле́ние.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Oгнь от Го́спода иногда́ Госпо́дь одожди́в, зе́млю Содо́мскую пре́жде попали́.

На горе́ спаса́йся, душе́, я́коже Лот óный, и в Сиго́р угонза́й.

Бе́гай запале́ния, о душе́, бе́гай содо́мскаго горе́ния, бе́гай тле́ния Боже́ственнаго пла́мене.

Согреши́х Тебе́ еди́н аз, согреши́х па́че всех, Христе́ Спа́се, да не пре́зриши мене́.

Ты еси́ Па́стырь до́брый, взыщи́ мене́, а́гнца, и заблу́ждшаго да не пре́зриши мене́.

Ты еси́ сла́дкий Иису́се, Ты еси́ Созда́телю мой, в Тебе́, Спа́се, оправда́юся.

Испове́даюся Тебе́, Спа́се: согреши́х, согреши́х Ти; но осла́би, оста́ви ми, я́ко Благоутро́бен.

Слава, Троичен:

О Тро́ице Еди́нице Бо́же! Спаси́ нас от пре́лести, и искуше́ний, и обстоя́ний.

И ныне, Богородичен:

Ра́дуйся, Богоприя́тная утро́бо, ра́дуйся, престо́ле Госпо́день, ра́дуйся, Ма́ти Жи́зни на́шея.

Песнь 4

Ирмос: Услы́ша проро́к прише́ствие Твое́, Го́споди, и убоя́ся, я́ко хо́щеши от Де́вы роди́тися и челове́ком яви́тися, и глаго́лаше: услы́шах слух Твой и убоя́хся, сла́ва си́ле Твое́й, Го́споди.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Дел Твои́х да не пре́зриши, созда́ния Твоего́ да не оста́виши, Правосу́де: а́ще и еди́н согреши́х, я́ко челове́к, па́че вся́каго челове́ка, Человеколю́бче, но и́маши, я́ко Госпо́дь всех, вла́сть оставля́ти грехи́.

Приближа́ется, душе́, коне́ц, приближа́ется, и неради́ши, ни гото́вишися, вре́мя сокраща́ется: воста́ни, близ при две́рех Судия́ есть. Яко со́ние, я́ко цве́т, вре́мя жития́ тече́т: что́ всу́е мяте́мся?

Воспряни́, о душе́ моя́: дея́ния твоя́, я́же соде́лала еси́, помышля́й, и сия́ пред лице́ твое́ принеси́, и ка́пли испусти́ слез твои́х; рцы со дерзнове́нием дея́ния и помышле́ния Христу́, и оправда́йся.

Не бысть в житии́ греха́, ни дея́ния, ни зло́бы, ея́же аз, Спа́се, не согреши́х, умо́м, и сло́вом, и произволе́нием, и предложе́нием, и мы́слию, и дея́нием согреши́в, я́ко ин никто́же когда́.

Отсю́ду и осужде́н бых, отсю́ду препре́н бых аз, oкая́нный, от своея́ со́вести, ея́же ничто́же в ми́ре нужне́йше: Судие́, Изба́вителю мой и Ве́дче, пощади́, и изба́ви, и спаси́ мя раба́ Твоего́.

Ле́ствица, ю́же ви́де дре́вле вели́кий в патриа́рсех, указа́ние есть, душе́ моя́, де́ятельнаго восхожде́ния, разу́мнаго возше́ствия: а́ще хо́щещи у́бо дея́нием, и ра́зумом, и зре́нием пожи́ти, обнови́ся.

Зно́й дневны́й претерпе́ лише́ния ра́ди патриа́рх и мраз нощны́й понесе́, на всяк день снабде́ния творя́, пасы́й, тружда́яйся, рабо́таяй, да две жене́ сочета́ет.

Жены́ ми две разуме́й, дея́ние же и ра́зум в зре́нии: Ли́ю у́бо дея́ние, я́ко многоча́дную; Рахи́ль же ра́зум, я́ко многотру́дную: и́бо кроме́ трудо́в ни дея́ние, ни зре́ние, душе́, испра́вится.

Слава, Троичен:

Неразде́льное Существо́м, несли́тное Ли́цы богосло́влю Тя, Тро́ическое еди́но Божество́, я́ко Единоца́рственное и Сопресто́льное, вопию́ Ти песнь вели́кую, в Вы́шних трегу́бо песносло́вимую.

И ныне, Богородичен:

И ражда́еши, и де́вствуеши, и пребыва́еши oбою́ду естество́м Де́ва: Рожде́йся обновля́ет зако́ны естества́, утро́ба же ражда́ет неражда́ющая. Бог иде́же хо́щет, побежда́ется естества́ чин: твори́т бо ели́ка хо́щет.

Песнь 5

Ирмос: От но́щи у́тренююща, Человеколю́бче, просвети́, молю́ся, и наста́ви и мене́ на повеле́ния Твоя́, и научи́ мя, Спа́се, твори́ти во́лю Твою́.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

В нощи́ житие́ мое́ преидо́х при́сно, тьма бо бысть и глубока́ мне мгла́, но́щь греха́; но я́ко дне сы́на, Спа́се, покажи́ мя.

Руви́ма подража́я, oкая́нный аз, соде́ях беззако́нный и законопресту́пный сове́т на Бо́га Вы́шняго, оскверни́в ло́же мое́, я́ко óтчее oн.

Испове́даюся Тебе́, Христе́ Царю́: согреши́х, согреши́х, я́ко пре́жде Ио́сифа бра́тия прода́вшии, чистоты́ плод и целому́дрия.

От сро́дников пра́ведная душа́ связа́ся, прода́ся в рабо́ту сла́дкий, во о́браз Госпо́день; ты же вся, душе́, продала́ся еси́ злы́ми твои́ми.

Ио́сифа пра́веднаго и целому́дреннаго ума́ подража́й, oкая́нная и неиску́сная душе́, и не оскверня́йся безслове́сными стремле́ньми, при́сно беззако́ннующи.

Аще и в ро́ве поживе́ иногда́ Ио́сиф, Влады́ко Го́споди, но во о́браз погребе́ния и воста́ния Твоего́: аз же что Тебе́ когда́ сицево́е принесу́?

Слава, Троичен:

Тя́, Тро́ице, сла́вим, Еди́наго Бо́га: Свят, Свят, Свят еси́ Отче, Сы́не и Ду́ше, Про́стое Существо́, Еди́нице, при́сно покланя́емая.

И ныне, Богородичен:

Из Тебе́ облече́ся в мое́ смеше́ние, нетле́нная, безму́жная Ма́ти Де́во, Бог, созда́вый ве́ки, и соедини́ Себе́ челове́ческое естество́.

Песнь 6

Ирмос: Возопи́х всем се́рдцем мои́м к ще́дрому Бо́гу, и услы́ша мя от а́да преиспо́дняго, и возведе́ от тли́ живо́т мой.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Сле́зы, Спа́се, óчию мое́ю и из глубины́ воздыха́ния чи́сте приношу́, вопию́щу се́рдцу: Бо́же, согреши́х Ти, очи́сти мя.

Уклони́лася еси́, душе́, от Го́спода твоего́, я́коже Дафа́н и Авиро́н; но пощади́, воззови́ из а́да преиспо́дняго, да не про́пасть земна́я тебе́ покры́ет.

Яко ю́ница, душе́, разсвире́певшая, уподо́билася еси́ Ефре́му: я́ко се́рна от тене́т, сохрани́ житие́, впери́вши дея́нием ум и зре́нием.

Рука́ нас Моисе́ова да уве́рит, душе́, ка́ко мо́жет Бог прокаже́нное житие́ убели́ти и очи́стити, и не отча́йся сама́ себе́, а́ще и прокаже́нна еси́.

Слава, Троичен:

Тро́ица есмь Про́ста, Неразде́льна, разде́льна Ли́чне, и Еди́ница есмь, Естество́м соедине́на, Оте́ц глаго́лет, и Сын, и Боже́ственный Дух.

И ныне, Богородичен:

Утро́ба Твоя́ Бо́га нам роди́, воображе́нна по нам, Его́же, я́ко Созда́теля всех, моли́, Богоро́дице, да моли́твами Твои́ми оправди́мся.

Господи, помилуй (трижды).

Слава, и ныне:

Кондак, глас 6:

Душе́ моя́, душе́ моя́, воста́ни, что́ спи́ши? Коне́ц приближа́ется, и и́маши смути́тися: воспряни́ у́бо, да пощади́т тя Христо́с Бог, везде́ сый и вся́ и сполня́яй.

Песнь 7

Ирмос: Согреши́хом, беззако́нновахом, непра́вдовахом пред Тобо́ю, ниже́ соблюдо́хом, ниже́ сотвори́хом, я́коже запове́дал еси́ нам; но не преда́ждь нас до конца́, oтце́в Бо́же.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Согреши́х, беззако́нновах и отверго́х за́поведь Твою́, я́ко во гресе́х произведо́хся, и приложи́х я́звам стру́пы себе́; но Сам мя поми́луй, я́ко Благоутро́бен, oтце́в Бо́же.

Та́йная се́рдца моего́ испове́дах Тебе́ Судии́ моему́, виждь мое́ смире́ние, виждь и скорбь мою́, и вонми́ суду́ моему́ ны́не, и Сам мя поми́луй, я́ко Благоутро́бен, oтце́в Бо́же.

Сау́л иногда́ я́ко погуби́ oтца́ своего́, душе́, oсля́та, внеза́пу ца́рство обре́те к прослу́тию; но блюди́, не забыва́й себе́, ско́тския по́хоти твоя́ произво́ливши па́че Ца́рства Христо́ва.

Дави́д иногда́ богоoте́ц а́ще и согреши́ сугу́бо, душе́ моя́, стрело́ю у́бо устреле́н быв прелюбоде́йства, копие́м же плене́н быв уби́йства томле́нием; но ты сама́ тягча́йшими де́лы неду́гуеши, самохо́тными стремле́ньми.

Совокупи́ у́бо Дави́д иногда́ беззако́нию беззако́ние, уби́йству же любоде́йство раствори́в, покая́ние сугу́бое пока́за а́бие; но сама́ ты, лука́внейшая душе́, соде́лала еси́, не пока́явшися Бо́гу.

Дави́д иногда́ вообрази́, списа́в я́ко на ико́не песнь, е́юже дея́ние облича́ет, е́же соде́я, зовы́й: поми́луй мя, Тебе́ бо еди́ному согреши́х всех Бо́гу, Сам очи́сти мя.

Слава, Троичен:

Тро́ице Про́стая, Неразде́льная, Единосу́щная, и Естество́ Еди́но, Све́тове и Свет, и Свя́та Три, и Еди́но Свя́то пое́тся Бог Тро́ица; но воспо́й, просла́ви Живо́т и Животы́, душе́, всех Бо́га.

И ныне, Богородичен:

Пое́м Тя, благослови́м Тя, покланя́емся Ти, Богороди́тельнице, я́ко Неразде́льныя Тро́ицы породила́ еси́ Еди́наго Христа́ Бо́га, и Сама́ отве́рзла еси́ нам, су́щим на земли́, Небе́сная.

Песнь 8

Ирмос: Его́же во́инства Небе́сная сла́вят, и трепе́щут Херуви́ми и Серафи́ми, вся́ко дыха́ние и тва́рь, по́йте, благослови́те и превозноси́те во вся́ ве́ки.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Согреши́вша, Спа́се, поми́луй, воздви́гни мой ум ко обраще́нию, приими́ мя ка́ющагося, уще́дри вопию́ща: согреши́х Ти, спаси́, беззако́нновах, поми́луй мя.

Колесни́чник Илия́, колесни́цею доброде́телей вше́д, я́ко на Небеса́, ноша́шеся превы́ше иногда́ от земны́х: сего́ у́бо, душе́ моя́, восхо́д помышля́й.

Елиссе́й иногда́, прие́м ми́лоть Илиину́, прия́т сугу́бую благода́ть от Бо́га; ты же, о душе́ моя́, сея́ не причасти́лася еси́ благода́ти за невоздержа́ние.

Иoрда́нова струя́ пе́рвее, ми́лотию Илиино́ю Елиссе́ем, ста сю́ду и сю́ду; ты же, о душе́ моя́, сея́ не причасти́лася еси́ благода́ти за невоздержа́ние.

Сомани́тида иногда́ пра́веднаго учреди́, о душе́, нра́вом благи́м; ты же не ввела́ еси́ в дом ни стра́нна, ни пу́тника, те́мже черто́га изри́нешися во́н, рыда́ющи.

Гиези́ев подража́ла еси́, oкая́нная, ра́зум скве́рный всегда́, душе́, его́же сребролю́бие отложи́ поне́ на ста́рость; бе́гай гее́нскаго oгня́, отступи́вши злых твои́х.

Слава, Троичен:

Безнача́льне Отче, Сы́не Собезнача́льне, Уте́шителю Благи́й, Ду́ше Пра́вый: Сло́ва Бо́жия Роди́телю, Отца́ Безнача́льна Сло́ве, Ду́ше Живы́й и Зи́ждяй, Тро́ице Еди́нице, поми́луй мя.

И ныне, Богородичен:

Яко от обраще́ния червлени́цы, Пречи́стая, у́мная багряни́ца Емману́илева вну́трь во чре́ве Твое́м плоть истка́ся, те́мже Богоро́дицу вои́стинну Тя почита́ем.

Песнь 9

Ирмос: Безсе́меннаго зача́тия Рождество́ несказа́нное, Ма́тере безму́жныя нетле́нен Плод, Бо́жие бо рожде́ние обновля́ет естества́; те́мже Тя вси ро́ди, я́ко Богоневе́стную Ма́терь, правосла́вно велича́ем.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Ум острупи́ся, те́ло оболе́знися, неду́гует дух, сло́во изнемо́же, житие́ умертви́ся, коне́ц при две́рех. Те́мже, моя́ oкая́нная душе́, что́ сотвори́ши, егда́ прии́дет Судия́ испыта́ти твоя́?

Моисе́ово приведо́х ти, душе́, миробы́тие и от того́ все заве́тное Писа́ние, пове́дающее тебе́ пра́ведныя и непра́ведныя: от ни́хже вторы́я, о душе́, подража́ла еси́, а не пе́рвыя, в Бо́га согреши́вши.

Зако́н изнемо́же, пра́зднует Ева́нгелие, Писа́ние же все в тебе́ небреже́но бысть, проро́цы изнемого́ша и все пра́ведное сло́во; стру́пи твои́, о душе́, умно́жишася, не су́щу врачу́, исцеля́ющему тя.

Но́ваго привожду́ ти Писа́ния указа́ния, вводя́щая тя, душе́, ко умиле́нию: пра́ведным у́бо поревну́й, гре́шных же отвраща́йся, и уми́лостиви Христа́ моли́твами же, и поще́ньми, и чистото́ю, и гове́нием.

Христо́с вочелове́чися, призва́в к покая́нию разбо́йники и блудни́цы; душе́, пока́йся, дверь отве́рзеся Ца́рствия уже́, и предвосхища́ют е́ фарисе́е, и мытари́, и прелюбоде́и ка́ющиися.

Христо́с вочелове́чися, пло́ти приобщи́вся ми, и вся́ ели́ка суть естества́ хоте́нием испо́лни, греха́ кроме́, подо́бие тебе́, о душе́, и о́браз предпоказу́я Своего́ снисхожде́ния.

Христо́с волхвы́ спасе́, па́стыри созва́, младе́нец мно́жества показа́ му́ченики, ста́рцы просла́ви и ста́рыя вдови́цы, и́хже не поревнова́ла еси́, душе́, ни дея́нием, ни житию́; но го́ре тебе́, внегда́ бу́деши суди́тися.

Пости́вся Госпо́дь дни́й четы́редесять в пусты́ни, последи́ взалка́, показу́я челове́ческое: душе́, да не разлени́шися, а́ще тебе́ приложи́тся враг, моли́твою же и посто́м от но́г твои́х да отрази́тся.

Слава, Троичен:

Отца́ просла́вим, Сы́на превознесе́м, Боже́ственному Ду́ху ве́рно поклони́мся, Тро́ице Неразде́льней, Еди́нице по Существу́, я́ко Све́ту и Све́том, и Животу́ и Живото́м, животворя́щему и просвеща́ющему концы́.

И ныне, Богородичен:

Гра́д Твой сохраня́й, Богороди́тельнице Пречи́стая, в Тебе́ бо сей ве́рно ца́рствуяй, в Тебе́ и утвержда́ется, и Тобо́ю побежда́яй, побежда́ет вся́кое искуше́ние, и пленя́ет ра́тники, и прохо́дит послуша́ние.

Преподобне oтче Андрее, моли Бога о нас.

Андре́е честны́й и óтче треблаже́ннейший, па́стырю Кри́тский, не преста́й моля́ся о воспева́ющих тя, да изба́вимся вси гне́ва и ско́рби, и тле́ния, и прегреше́ний безме́рных, чту́щии твою́ па́мять ве́рно.

Ирмос: Безсе́меннаго зача́тия Рождество́ несказа́нное, Ма́тере безму́жныя нетле́нен Плод, Бо́жие бо Рожде́ние обновля́ет естества́; те́мже Тя вси ро́ди, я́ко Богоневе́стную Ма́терь, правосла́вно велича́ем.

Во вторник первой седмицы Великого поста

Глас 6

Песнь 1

Ирмос: Помо́щник и Покрови́тель бысть мне во спасе́ние, Сей мой Бог, и просла́влю Его́, Бог oтца́ моего́, и вознесу́ Его́: сла́вно бо просла́вися.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Ка́иново преше́д уби́йство, произволе́нием бых уби́йца со́вести душе́вней, оживи́в плоть и воева́в на ню лука́выми мои́ми дея́ньми.

Авелеве, Иису́се, не уподо́бихся пра́вде, да́ра Тебе́ прия́тна не принесо́х когда́, ни дея́ния боже́ственна, ни же́ртвы чи́стыя, ни жития́ непоро́чнаго.

Яко Ка́ин, и мы́, душе́ oкая́нная, всех Соде́телю дея́ния скве́рная, и же́ртву поро́чную, и непотре́бное житие́ принесо́хом вку́пе: те́мже и осуди́хомся.

Бре́ние Зда́тель живосозда́в, вложи́л еси́ мне плоть и ко́сти, и дыха́ние и жизнь; но, о Тво́рче мой, Изба́вителю мой и Судие́, ка́ющася приими́ мя.

Извеща́ю Ти, Спа́се, грехи́, я́же соде́ях, и души́ и те́ла моего́ я́звы, я́же вну́трь уби́йственнии по́мыслы разбо́йнически на мя возложи́ша.

Аще и согреши́х, Спа́се, но вем, я́ко Человеколю́бец еси́: наказу́еши ми́лостивно и милосе́рдствуеши те́пле, слезя́ща зри́ши, и притека́еши, я́ко Оте́ц, призыва́я блу́днаго.

Слава, Троичен:

Пресу́щная Тро́ице, во Еди́нице покланя́емая, возми́ бре́мя от мене́ тя́жкое грехо́вное и, я́ко Благоутро́бна, даждь ми сле́зы умиле́ния.

И ныне, Богородичен:

Богоро́дице, Наде́жде и Предста́тельство Тебе́ пою́щих, возми́ бре́мя от мене́ тя́жкое грехо́вное и, я́ко Влады́чица Чи́стая, ка́ющася приими́ мя.

Песнь 2

Ирмос: Вонми́, Не́бо, и возглаго́лю, и воспою́ Христа́, от Де́вы пло́тию прише́дшаго.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Сшива́ше ко́жныя ри́зы грех мне, обнажи́вый мя пе́рвыя боготка́нныя oде́жды.

Обложе́н есмь одея́нием студа́, я́коже ли́ствием смоко́вным, во обличе́ние мои́х самовла́стных страсте́й.

Оде́яхся в сра́мную ри́зу и окровавле́нную сту́дно, тече́нием стра́стнаго и любосла́стнаго живота́.

Впадо́х в стра́стную па́губу и в веще́ственную тлю, и отто́ле до ны́не враг мне досажда́ет.

Любове́щное и любоиме́нное житие́ невоздержа́нием, Спа́се, предпоче́т, ны́не тя́жким бре́менем обложе́н есмь.

Украси́х плотски́й о́браз скве́рных помышле́ний разли́чным обложе́нием, и осужда́юся.

Вне́шним приле́жно благоукраше́нием еди́нем попеко́хся, вну́треннюю презре́в богообра́зную ски́нию.

Погребо́х пе́рваго о́браза добро́ту, Спа́се, страстьми́, ю́же, я́ко иногда́ дра́хму, взыска́в обря́щи.

Согреши́х, я́коже блудни́ца, вопию́ Ти: еди́н согреши́х Тебе́: я́ко ми́ро, приими́, Спа́се, и моя́ сле́зы.

Очи́сти, я́коже мыта́рь, вопию́ Ти, Спа́се, очи́сти мя: никто́же бо су́щих из Ада́ма, я́коже аз, согреши́х Тебе́.

Слава, Троичен:

Еди́наго Тя в Трие́х Ли́цах, Бо́га всех пою́, Отца́ и Сы́на и Ду́ха Свята́го.

И ныне, Богородичен:

Пречи́стая Богоро́дице Де́во, еди́на Всепе́тая, моли́ приле́жно, во е́же спасти́ся нам.

Песнь 3

Ирмос: Утверди́, Го́споди, на ка́мени за́поведей Твои́х, подви́гшееся се́рдце мое́, я́ко еди́н Свят еси́ и Госпо́дь.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Исто́чник живота́ стяжа́х Тебе́, сме́рти Низложи́теля, и вопию́ Ти от се́рдца моего́ пре́жде конца́: согреши́х, очи́сти и спаси́ мя.

Согреши́х, Го́споди, согреши́х Тебе́, очи́сти мя; не́сть бо и́же кто́ согреши́ в челове́цех, его́же не превзыдо́х прегреше́ньми.

При Но́и, Спа́се, блу́дствовавшия подража́х, óнех насле́дствовав осужде́ние в пото́пе погруже́ния.

Ха́ма óнаго, душе́, oтцеуби́йца подража́вши, сра́ма не покры́ла еси́ и́скренняго, вспять зря возврати́вшися.

Запале́ния, я́коже Лот, бе́гай, душе́ моя́, греха́, бе́гай Содо́мы и Гомо́рры, бе́гай пла́мене вся́каго безслове́снаго жела́ния.

Поми́луй, Го́споди, поми́луй мя, вопию́ Ти, егда́ прии́деши со Ангелы Твои́ми, возда́ти всем по достоя́нию дея́ний.

Слава, Троичен:

Тро́ице Про́стая, Несозда́нная, Безнача́льное Естество́, в Тро́ице пева́емая Ипоста́сей, спаси́ ны, ве́рою покланя́ющияся держа́ве Твое́й.

И ныне, Богородичен:

От Отца́ безле́тна Сы́на в ле́то, Богороди́тельнице, неискусому́жно родила́ еси́, стра́нное чу́до, пребы́вши Де́ва доя́щи.

Песнь 4

Ирмос: Услы́ша проро́к прише́ствие Твое́, Го́споди, и убоя́ся, я́ко хо́щеши от Де́вы роди́тися и челове́ком яви́тися, и глаго́лаше: услы́шах слух Твой и убоя́хся, сла́ва си́ле Твое́й, Го́споди.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Бди, о душе́ моя́, изря́дствуй, я́коже дре́вле вели́кий в патриа́рсех, да стя́жеши дея́ние с ра́зумом, да бу́деши ум, зряй Бо́га, и дости́гнеши незаходя́щий мрак в виде́нии, и бу́деши вели́кий купе́ц.

Двана́десять патриа́рхов вели́кий в патриа́рсех детотвори́в, та́йно утверди́ тебе́ ле́ствицу де́ятельнаго, душе́ моя́, восхожде́ния: де́ти я́ко основа́ния, степе́ни я́ко восхожде́ния, прему́дренно подложи́в.

Иса́ва возненави́деннаго подража́ла еси́, душе́, отдала́ еси́ преле́стнику твоему́ пе́рвыя добро́ты пе́рвенство, и оте́ческия моли́твы отпа́ла еси́, и два́жды поползну́лася еси́, oкая́нная, дея́нием и ра́зумом: те́мже ны́не пока́йся.

Едо́м Иса́в нарече́ся, кра́йняго ра́ди женонеи́стовнаго смеше́ния: невоздержа́нием бо при́сно разжига́емь и сластьми́ оскверня́емь, Едо́м именова́ся, е́же глаго́лется разжже́ние души́ любогрехо́вныя.

Иова на гно́ищи слы́шавши, о душе́ моя́, оправда́вшагося, того́ му́жеству не поревнова́ла еси́, тве́рдаго не име́ла еси́ предложе́ния во всех, я́же ве́си и и́миже искуси́лася еси́, но яви́лася еси́ нетерпели́ва.

Иже пе́рвее на престо́ле, наг ны́не на гно́ищи гно́ен; мно́гий в ча́дех и сла́вный, безча́ден и бездо́мок напра́сно: пала́ту у́бо гно́ище, и би́серие стру́пы вменя́ше.

Слава, Троичен:

Неразде́льное Существо́м, несли́тное Ли́цы богосло́влю Тя, Тро́ическое Еди́но Божество́, я́ко Единоца́рственное и Сопресто́льное, вопию́ Ти песнь вели́кую, в вы́шних трегу́бо песносло́вимую.

И ныне, Богородичен:

И ражда́еши, и де́вствуеши, и пребыва́еши oбою́ду естество́м Де́ва: Рожде́йся обновля́ет зако́ны естества́, утро́ба же ражда́ет неражда́ющая. Бог иде́же хо́щет, побежда́ется естества́ чин: твори́т бо, ели́ка хо́щет.

Песнь 5

Ирмос: От но́щи у́тренююща, Человеколю́бче, просвети́, молю́ся, и наста́ви и мене́ на повеле́ния Твоя́, и научи́ мя, Спа́се, твори́ти во́лю Твою́.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Моисе́ов слы́шала еси́ ковче́жец, душе́, вода́ми, волна́ми носи́м ре́чными, я́ко в черто́зе дре́вле, бе́гающий де́ла го́рькаго сове́та фараони́тска.

Аще ба́бы слы́шала еси́, убива́ющая иногда́ безвозра́стное му́жеское, душе́ oкая́нная, целому́дрия дея́ние, ны́не, я́ко вели́кий Моисе́й, сси́ прему́дрость.

Яко Моисе́й вели́кий еги́птянина, ума́, уязви́вши, oкая́нная, не уби́ла еси́, душе́; и ка́ко всели́шися, глаго́ли, в пусты́ню страсте́й покая́нием?

В пусты́ню всели́ся вели́кий Моисе́й; гряди́ у́бо, подража́й того́ житие́, да и в купине́ Богоявле́ния, душе́, в виде́нии бу́деши.

Моисе́ов же́зл вообража́й, душе́, ударя́ющий мо́ре и огустева́ющий глубину́ во о́браз Креста́ Боже́ственнаго: и́мже мо́жеши и ты вели́кая соверши́ти.

Ааро́н приноша́ше oгнь Бо́гу, непоро́чный, неле́стный; но Oфни́ и Финее́с, я́ко ты, душе́, приноша́ху чужде́е Бо́гу оскверне́ное житие́.

Слава, Троичен:

Тя́, Тро́ице, сла́вим, Еди́наго Бо́га: Свят, Свят, Свят еси́, Отче, Сы́не и Ду́ше, Про́стое Существо́, Еди́нице при́сно покланя́емая.

И ныне, Богородичен:

Из Тебе́ облече́ся в мое́ смеше́ние, нетле́нная безму́жная Ма́ти Де́во, Бог созда́вый ве́ки, и соедини́ Себе́ челове́ческое естество́.

Песнь 6

Ирмос: Возопи́х всем се́рдцем мои́м к ще́дрому Бо́гу, и услы́ша мя от а́да преиспо́дняго, и возведе́ от тли́ живо́т мой.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Во́лны, Спа́се, прегреше́ний мои́х, я́ко в мо́ри Чермне́м возвраща́ющеся, покры́ша мя внеза́пу, я́ко еги́птяны иногда́ и триста́ты.

Неразу́мное, душе́, произволе́ние име́ла еси́, я́ко пре́жде Изра́иль: Боже́ственныя бо ма́нны предсуди́ла еси́ безслове́сно любосла́стное страсте́й объяде́ние.

Кладенцы́, душе́, предпочла́ еси́ ханане́йских мы́слей, па́че жи́лы ка́мене, из Него́же прему́дрости река́, я́ко ча́ша, пролива́ет то́ки богосло́вия.

Свина́я мяса́ и котлы́, и еги́петскую пи́щу, па́че Небе́сныя, предсуди́ла еси́, душе́ моя́, я́коже дре́вле неразу́мнии лю́дие в пусты́ни.

Яко уда́ри Моисе́й, раб Твой, жезло́м ка́мень, обра́зно животвори́вая ре́бра Твоя́ прообразова́ше, из ни́хже вси питие́ жи́зни, Спа́се, почерпа́ем.

Испыта́й, душе́, и смотря́й, я́коже Иису́с Нави́н, обетова́ния зе́млю, какова́ есть, и всели́ся в ню благозако́нием.

Слава, Троичен:

Тро́ица есмь Про́ста, Неразде́льна, разде́льна Ли́чне, и Еди́ница есмь, Естество́м соедине́на, Оте́ц глаго́лет, и Сын, и Боже́ственный Дух.

И ныне, Богородичен:

Утро́ба Твоя́ Бо́га нам роди́, воображе́нна по нам, Его́же, я́ко Созда́теля всех, моли́, Богоро́дице, да моли́твами Твои́ми оправди́мся.

Господи, помилуй (трижды).

Слава, и ныне:

Кондак, глас 6:

Душе́ моя́, душе́ моя́, воста́ни, что́ спи́ши? Коне́ц приближа́ется, и и́маши смути́тися: воспряни́ у́бо, да пощади́т тя Христо́с Бог, везде́ сый и вся́ исполня́яй.

Песнь 7

Ирмос: Согреши́хом, беззако́нновахом, непра́вдовахом пред Тобо́ю, ниже́ соблюдо́хом, ниже́ сотвори́хом, я́коже запове́дал еси́ нам; но не преда́ждь нас до конца́, oтце́в Бо́же.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Киво́т я́ко ноша́шеся на колесни́це, Зан óный, егда́, превра́щшуся тельцу́, то́чию косну́ся, Бо́жиим искуси́ся гне́вом; но того́ дерзнове́ния убежа́вши, душе́, почита́й Боже́ственная че́стне.

Слы́шала еси́ Авессало́ма, ка́ко на естество́ воста́, позна́ла еси́ того́ скве́рная дея́ния, и́миже оскверни́ ло́же Дави́да oтца́; но ты подража́ла еси́ того́ стра́стная и любосла́стная стремле́ния.

Покори́ла еси́ нерабо́тное твое́ досто́инство те́лу твоему́, ино́го бо Ахитофе́ла обре́тши врага́, душе́, снизшла́ еси́ сего́ сове́том; но сия́ разсы́па Сам Христо́с, да ты вся́ко спасе́шися.

Соломо́н чу́дный и благода́ти прему́дрости испо́лненный, сей лука́вое иногда́ пред Бо́гом сотвори́в, отступи́ от Него́; ему́же ты прокля́тым твои́м житие́м, душе́, уподо́билася еси́.

Сластьми́ влеко́мь страсте́й свои́х, оскверня́шеся, увы́ мне́, рачи́тель прему́дрости, рачи́тель блу́дных жен, и стра́нен от Бо́га; его́же ты подража́ла еси́ умо́м, о душе́, сладостра́стьми скве́рными.

Ровоа́му поревнова́ла еси́, не послу́шавшему сове́та óтча, ку́пно же и зле́йшему рабу́ Иеровоа́му, пре́жнему отсту́пнику, душе́; но бе́гай подража́ния и зови́ Бо́гу: согреши́х, уще́дри мя.

Слава, Троичен:

Тро́ице Про́стая, Неразде́льная, Единосу́щная, и Естество́ Еди́но, Све́тове и Све́т, и Свята Три́, и Еди́но Свя́то пое́тся Бог Тро́ица; но воспо́й, просла́ви Живо́т и Животы́, душе́, всех Бо́га.

И ныне, Богородичен:

Пое́м Тя, благослови́м Тя, покланя́емся Ти, Богороди́тельнице, я́ко Неразде́льныя Тро́ицы породила́ еси́ Еди́наго Христа́ Бо́га, и Сама́ отве́рзла еси́ нам су́щим на земли́, Небе́сная.

Песнь 8

Ирмос: Его́же во́инства Небе́сная сла́вят, и трепе́щут Херуви́ми и Серафи́ми, вся́ко дыха́ние и тварь, по́йте, благослови́те и превозноси́те во вся́ ве́ки.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Ты Oзи́и, душе́, поревнова́вши, сего́ прокаже́ние в себе́ стяжа́ла еси́ сугу́бо: безме́стная бо мы́слиши, беззако́нная же де́еши; оста́ви я́же и́маши, и притецы́ к покая́нию.

Ниневи́тяны, душе́, слы́шала еси́ ка́ющияся Бо́гу, вре́тищем и пе́пелом, сих не подража́ла еси́, но яви́лася еси́ зле́йшая всех, пре́жде зако́на и по зако́не прегреши́вших.

В ро́ве бла́та слы́шала еси́ Иереми́ю, душе́, гра́да Сио́ня рыда́ньми вопию́ща и слез и́щуща; подража́й сего́ плаче́вное житие́, и спасе́шися.

Ио́на в Фарси́с побеже́, проразуме́в обраще́ние ниневи́тянов, разуме́ бо, я́ко проро́к, Бо́жие благоутро́бие; те́мже ревнова́ше проро́честву не солга́тися.

Дании́ла в ро́ве слы́шала еси́, ка́ко загради́ уста́, о душе́, звере́й; уве́дела еси́, ка́ко óтроцы, и́же о Аза́рии, погаси́ша ве́рою пе́щи пла́мень горя́щий.

Ве́тхаго Заве́та вся́ приведо́х ти, душе́, к подо́бию: подража́й пра́ведных боголюби́вая дея́ния, избе́гни же па́ки лука́вых грехо́в.

Слава, Троичен:

Безнача́льне Отче, Сы́не Собезнача́льне, Уте́шителю Благи́й, Ду́ше Пра́вый, Сло́ва Бо́жия Роди́телю, Отца́ Безнача́льна Сло́ве, Ду́ше Живы́й и Зи́ждяй, Тро́ице Еди́нице, поми́луй мя.

И ныне, Богородичен:

Яко от обраще́ния червлени́цы, Пречи́стая, у́мная багряни́ца Емману́илева внутрь во чре́ве Твое́м плоть истка́ся, те́мже Богоро́дицу вои́стинну Тя почита́ем.

Песнь 9

Ирмос: Безсе́меннаго зача́тия Рождество́ несказа́нное, Ма́тере безму́жныя нетле́нен Плод, Бо́жие бо Рожде́ние обновля́ет естества́; те́мже Тя вси ро́ди, я́ко Богоневе́стную Ма́терь, правосла́вно велича́ем.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Христо́с искуша́шеся, диа́вол искуша́ше, показу́я ка́мение, да хле́би бу́дут, на го́ру возведе́ ви́дети вся́ ца́рствия ми́ра во мгнове́нии; убо́йся, о душе́, ловле́ния, трезви́ся, моли́ся на вся́кий час Бо́гу.

Го́рлица пустыннолю́бная, глас вопию́щаго возгласи́, Христо́в свети́льник, пропове́дуяй покая́ние; Ирод беззако́ннова со Иродиа́дою: зри, душе́ моя́, да не увя́знеши в беззако́нныя се́ти, но облобыза́й покая́ние.

В пусты́ню всели́ся благода́ти Предте́ча, и Иуде́я вся и Самари́я, слы́шавше, теча́ху и испове́даху грехи́ своя́, креща́ющеся усе́рдно: и́хже ты не подража́ла еси́, душе́.

Брак у́бо честны́й, и ло́же нескве́рно: oбоя́ бо Христо́с пре́жде благослови́, пло́тию яды́й и в Ка́не же на бра́це во́ду в вино́ соверша́я, и показу́я пе́рвое чу́до, да ты измени́шися, о душе́.

Разсла́бленнаго стя́гну Христо́с, oдр взе́мша, и ю́ношу уме́рша воздви́же, вдови́че рожде́ние, и со́тнича óтрока, и самаряны́не яви́ся, в ду́се слу́жбу тебе́, душе́, предживописа́.

Кровоточи́вую исцели́ прикоснове́нием кра́я ри́зна Госпо́дь, прокаже́нныя очи́сти, слепы́я и хромы́я просвети́в испра́ви, глухи́я же и немы́я и нича́щия ни́зу исцели́ сло́вом, да ты спасе́шися, oкая́нная душе́.

Слава, Троичен:

Отца́ просла́вим, Сы́на превознесе́м, Боже́ственному Ду́ху ве́рно поклони́мся, Тро́ице Неразде́льней, Еди́нице по Существу́, я́ко Све́ту и Све́том, и Животу́ и Живото́м, животворя́щему и просвеща́ющему концы́.

И ныне, Богородичен:

Град Твой сохраня́й, Богороди́тельнице Пречи́стая, в Тебе́ бо сей ве́рно ца́рствуяй, в Тебе́ и утвержда́ется, и Тобо́ю побежда́яй, побежда́ет вся́кое искуше́ние, и пленя́ет ра́тники, и прохо́дит послуша́ние.

Преподобне oтче Андрее, моли Бога о нас.

Андре́е честны́й и óтче треблаже́ннейший, па́стырю Кри́тский, не преста́й моля́ся о воспева́ющих тя, да изба́вимся вси гне́ва, и ско́рби, и тле́ния, и прегреше́ний безме́рных, чту́щии твою́ па́мять ве́рно.

Ирмос: Безсе́меннаго зача́тия Рождество́ несказа́нное, Ма́тере безму́жныя нетле́нен Плод, Бо́жие бо Рожде́ние обновля́ет естества́; те́мже Тя вси ро́ди, я́ко Богоневе́стную Ма́терь, правосла́вно велича́ем.

В среду первой седмицы Великого поста

Глас 6

Песнь 1

Ирмос: Помо́щник и Покрови́тель бысть мне во спасе́ние, Сей мой Бог, и просла́влю Его́, Бог oтца́ моего́, и вознесу́ Его́: сла́вно бо просла́вися.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

От ю́ности, Христе́, за́поведи Твоя́ преступи́х, всестра́стно небреги́й, уны́нием преидо́х житие́; те́мже зову́ Ти, Спа́се: поне́ на коне́ц спаси́ мя.

Пове́ржена мя, Спа́се, пред враты́ Твои́ми, поне́ на ста́рость не отри́ни мене́ во ад тща, но пре́жде конца́, я́ко Человеколю́бец, даждь ми прегреше́ний оставле́ние.

Бога́тство мое́, Спа́се, изнури́в в блуде́, пуст есмь плодо́в благочести́вых, а́лчен же зову́: Отче щедро́т, предвари́в Ты мя уще́дри.

В разбо́йники впады́й аз есмь помышле́ньми мои́ми, весь от них уязви́хся ны́не и испо́лнихся ран; но Сам ми предста́в, Христе́ Спа́се, исцели́.

Свяще́нник, мя предви́дев, ми́мо и́де, и леви́т, ви́дя в лю́тых на́га, презре́; но из Мари́и возсия́вый, Иису́се, Ты, предста́в, уще́дри мя.

Преподобная мати Марие, моли Бога о нас.

Ты ми даждь светоза́рную благода́ть, от Боже́ственнаго свы́ше промышле́ния, избежа́ти страсте́й омраче́ния и пе́ти усе́рдно твоего́, Мари́е, жития́ кра́сная исправле́ния.

Слава, Троичен:

Пресу́щная Тро́ице, во Еди́нице покланя́емая, возми́ бре́мя от мене́ тя́жкое грехо́вное и, я́ко Благоутро́бна, даждь ми сле́зы умиле́ния.

И ныне, Богородичен:

Богоро́дице, Наде́жде и Предста́тельство Тебе́ пою́щих, возми́ бре́мя от мене́ тя́жкое грехо́вное и, я́ко Влады́чица Чи́стая, ка́ющася приими́ мя.

Песнь 2

Ирмос: Вонми́, Не́бо, и возглаго́лю, и воспою́ Христа́, от Де́вы пло́тию прише́дшаго.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Поползо́хся, я́ко Дави́д, блу́дно, и оскверни́хся, но омы́й и мене́, Спа́се, слеза́ми.

Ни слез, ниже́ покая́ния и́мам, ниже́ умиле́ния, Сам ми сия́, Спа́се, я́ко Бог да́руй.

Погуби́х первозда́нную добро́ту и благоле́пие мое́, и ны́не лежу́ наг и стыжду́ся.

Дверь Твою́ не затвори́ мне тогда́, Го́споди, Го́споди, но отве́рзи ми сию́, ка́ющемуся Тебе́.

Внуши́ воздыха́ния души́ моея́, и óчию мое́ю приими́ ка́пли, Спа́се, и спаси́ мя.

Человеколю́бче, хотя́й всем спасти́ся, Ты воззови́ мя, и приими́, я́ко Благ, ка́ющагося.

Пресвятая Богородице, спаси нас.

Пречи́стая Богоро́дице Де́во, Еди́на Всепе́тая, моли́ приле́жно, во е́же спасти́ся нам.

Ирмос: Ви́дите, ви́дите, я́ко Аз есмь Бог, ма́нну одожди́вый и во́ду из ка́мене источи́вый дре́вле в пусты́ни лю́дем Мои́м, десни́цею еди́ною и кре́постию Мое́ю.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Ви́дите, ви́дите, я́ко Аз есмь Бог, внуша́й, душе́ моя́, Го́спода вопию́ща, и удали́ся пре́жняго греха́, и бо́йся, я́ко неумы́тнаго и я́ко Судии́ и Бо́га.

Кому́ уподо́билася еси́, многогре́шная душе́? То́кмо пе́рвому Ка́ину и Ламе́ху óному, каменова́вшая те́ло злоде́йствы и уби́вшая ум безслове́сными стремле́ньми.

Вся пре́жде зако́на прете́кши, о душе́, Си́фу не уподо́билася еси́, ни Ено́са подража́ла еси́, ни Ено́ха преложе́нием, ни Но́я, но яви́лася еси́ убо́га пра́ведных жи́зни.

Еди́на отве́рзла еси́ хля́би гне́ва Бо́га твоего́, душе́ моя́, и потопи́ла еси́ всю́, я́коже зе́млю, плоть, и дея́ния, и житие́, и пребыла́ еси́ вне́ спаси́тельнаго ковче́га.

Преподобная мати Марие, моли Бога о нас.

Всем усе́рдием и любо́вию притекла́ еси́ Христу́, пе́рвый греха́ пу́ть отвра́щши, и в пусты́нях непроходи́мых пита́ющися, и Того́ чи́сте соверша́ющи Боже́ственныя за́поведи.

Слава, Троичен:

Безнача́льная, Несозда́нная Тро́ице, Неразде́льная Еди́нице, ка́ющася мя приими́, согреши́вша спаси́, Твое́ есмь созда́ние, не пре́зри, но пощади́ и изба́ви óгненнаго мя осужде́ния.

И ныне, Богородичен:

Пречи́стая Влады́чице, Богороди́тельнице, Наде́ждо к Тебе́ притека́ющих, и Приста́нище су́щих в бу́ри, Ми́лостиваго и Созда́теля и Сы́на Твоего́ уми́лостиви и мне моли́твами Твои́ми.

Песнь 3

Ирмос: Утверди́, Го́споди, на ка́мени за́поведей Твои́х, подви́гшееся се́рдце мое́, я́ко еди́н Свят еси́ и Госпо́дь.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Благослове́ния Си́мова не насле́довала еси́, душе́ oкая́нная, ни простра́нное одержа́ние, я́коже Иа́феф, име́ла еси́ на земли́ оставле́ния.

От земли́ Харра́н, изы́ди от греха́, душе́ моя́, гряди́ в зе́млю, точа́щую присноживо́тное нетле́ние, е́же Авраа́м насле́дствова.

Авраа́ма слы́шала еси́, душе́ моя́, дре́вле оста́вльша зе́млю oте́чества и бы́вша прише́льца, сего́ произволе́нию подража́й.

У ду́ба Мамври́йскаго учреди́в патриа́рх Ангелы, насле́дствова по ста́рости обетова́ния лови́тву.

Исаа́ка, oкая́нная душе́ моя́, разуме́вши но́вую же́ртву, та́йно всесожже́нную Го́сподеви, подража́й его́ произволе́нию.

Исма́ила слы́шала еси́, трезви́ся, душе́ моя́, изгна́на, я́ко рабы́нино отрожде́ние, виждь, да не ка́ко подо́бно что постра́ждеши ласкосе́рдствующи.

Преподобная мати Марие, моли Бога о нас.

Содержи́мь есмь бу́рею и треволне́нием согреше́ний: но сама́ мя, ма́ти, ны́не спаси́, и к приста́нищу Боже́ственнаго покая́ния возведи́.

Преподобная мати Марие, моли Бога о нас.

Ра́бское моле́ние и ны́не, преподо́бная, прине́сши ко Благоутро́бней моли́твами твои́ми Богоро́дице, отве́рзи ми Боже́ственныя вхо́ды.

Слава, Троичен:

Тро́ице Про́стая, Несозда́нная, Безнача́льное Естество́, в Тро́ице пева́емая Ипоста́сей, спаси́ ны, ве́рою покланя́ющияся держа́ве Твое́й.

И ныне, Богородичен:

От Отца́ безле́тна Сы́на в ле́то, Богороди́тельнице, неискусому́жно родила́ еси́, стра́нное чу́до, пребы́вши Де́ва доя́щи.

Песнь 4

Ирмос: Услы́ша проро́к прише́ствие Твое́, Го́споди, и убоя́ся, я́ко хо́щеши от Де́вы роди́тися и челове́ком яви́тися, и глаго́лаше: услы́шах слух Твой, и убоя́хся, сла́ва си́ле Твое́й, Го́споди.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Те́ло оскверни́ся, дух окаля́ся, весь острупи́хся, но, я́ко Вра́ч, Христе́, oбоя́ покая́нием мои́м уврачу́й, омы́й, очи́сти, покажи́, Спа́се мой, па́че сне́га чисте́йша.

Те́ло Твое́ и Кровь, распина́емый о всех, положи́л еси́, Сло́ве: Те́ло у́бо, да мя обнови́ши, Кровь, да омы́еши мя; Дух же пре́дал еси́, да мя приведе́ши, Христе́, Твоему́ Роди́телю.

Соде́лал еси́ спасе́ние посреде́ земли́, Ще́дре, да спасе́мся: во́лею на дре́ве распя́лся еси́, Еде́м затворе́нный отве́рзеся, го́рняя и до́льняя тва́рь, язы́цы вси спасе́ни покланя́ются Тебе́.

Да бу́дет ми купе́ль Кровь из ре́бр Твои́х, вку́пе и питие́, источи́вшее во́ду оставле́ния, да oбою́ду очища́юся, помазу́яся и пия́: я́ко пома́зание и питие́, Сло́ве, живото́чная Твоя́ словеса́.

Ча́шу Це́рковь стяжа́, ре́бра Твоя́ живоно́сная, из ни́хже сугу́быя нам источи́ то́ки оставле́ния и ра́зума, во о́браз Дре́вняго и Но́ваго, двои́х вку́пе Заве́тов, Спа́се на́ш.

Наг есмь черто́га, наг есмь и бра́ка, ку́пно и ве́чери; свети́льник угасе́, я́ко безъеле́йный, черто́г заключи́ся мне спя́щу, ве́черя снеде́ся, аз же по руку́ и но́гу свя́зан, вон низве́ржен есмь.

Слава, Троичен:

Неразде́льное Существо́м, Несли́тное Ли́цы богосло́влю Тя, Тро́ическое Еди́но Божество́, я́ко Единоца́рственное и Сопресто́льное, вопию́ Ти песнь вели́кую, в вы́шних трегу́бо песносло́вимую.

И ныне, Богородичен:

И ражда́еши, и де́вствуеши, и пребыва́еши oбою́ду естество́м Де́ва: Рожде́йся обновля́ет зако́ны естества́, утро́ба же ражда́ет неражда́ющая. Бог иде́же хо́щет, побежда́ется естества́ чин: твори́т бо, ели́ка хо́щет.

Песнь 5

Ирмос: От но́щи у́тренююща, Человеколю́бче, просвети́, молю́ся, и наста́ви и мене́ на повеле́ния Твоя́, и научи́ мя, Спа́се, твори́ти во́лю Твою́.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Яко тя́жкий нра́вом, фарао́ну го́рькому бых, Влады́ко, Ианни́ и Иамври́, душе́ю и те́лом, и погруже́н умо́м, но помози́ ми.

Ка́лом смеси́хся oкая́нный умо́м, омы́й мя, Влады́ко, ба́нею мои́х слез, молю́ Тя, пло́ти моея́ oде́жду убели́в, я́ко сне́г.

Аще испыта́ю моя́ дела́, Спа́се, вся́каго челове́ка превозше́дша греха́ми себе́ зрю, я́ко ра́зумом му́дрствуяй согреши́х, не неве́дением.

Пощади́, пощади́, Го́споди, созда́ние Твое́, согреши́х, осла́би ми, я́ко естество́м чи́стый Сам сый Еди́н, и ин ра́зве Тебе́ никто́же есть кроме́ скве́рны.

Мене́ ра́ди, Бог сый, вообрази́лся еси́ в мя, показа́л еси́ чудеса́, исцели́в прокаже́нныя, и разсла́бленнаго стягну́в, кровоточи́выя ток уста́вил еси́, Спа́се, прикоснове́нием риз.

Преподобная мати Марие, моли Бога о нас.

Струи́ Иoрда́нския преше́дши, обрела́ еси́ поко́й безболе́зненный, пло́ти сла́сти избежа́вши, ея́же и нас изми́ твои́ми моли́твами, преподо́бная.

Слава, Троичен:

Тя, Тро́ице, сла́вим, Еди́наго Бо́га: Свят, Свят, Свят еси́ Отче, Сы́не и Ду́ше, Про́стое Существо́, Еди́нице при́сно покланя́емая.

И ныне, Богородичен:

Из Тебе́ облече́ся в мое́ смеше́ние, нетле́нная, безму́жная Ма́ти Де́во, Бог, созда́вый ве́ки, и соедини́ Себе́ челове́ческое естество́.

Песнь 6

Ирмос: Возопи́х всем се́рдцем мои́м к ще́дрому Бо́гу, и услы́ша мя от а́да преиспо́дняго, и возведе́ от тли́ живо́т мой.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Воста́ни и побори́, я́ко Иису́с Амали́ка, плотски́я стра́сти, и гаваони́ты, ле́стныя по́мыслы, при́сно побежда́ющи.

Преиди́ вре́мене теку́щее естество́, я́ко пре́жде ковче́г, и земли́ óныя бу́ди во одержа́нии обетова́ния, душе́, Бог повелева́ет.

Яко спасл еси́ Петра́, возопи́вша, спаси́, предвари́в мя, Спа́се, от зве́ря изба́ви, просте́р Твою́ ру́ку, и возведи́ из глубины́ грехо́вныя.

Приста́нище Тя вем ути́шное, Влады́ко, Влады́ко Христе́, но от незаходи́мых глуби́н греха́ и отча́яния мя, предвари́в, изба́ви.

Слава, Троичен:

Тро́ица есмь Про́ста, Неразде́льна, разде́льна Ли́чне, и Еди́ница есмь, Естество́м соедине́на, Оте́ц глаго́лет, и Сын, и Боже́ственный Дух.

И ныне, Богородичен:

Утро́ба Твоя́ Бо́га нам роди́, воображе́нна по нам, Его́же, я́ко Созда́теля всех, моли́, Богоро́дице, да моли́твами Твои́ми оправди́мся.

Господи, помилуй (трижды).

Слава, и ныне:

Кондак, глас 6:

Душе́ моя́, душе́ моя́, воста́ни, что́ спи́ши? Коне́ц приближа́ется, и и́маши смути́тися: воспряни́ у́бо, да пощади́т Тя Христо́с Бог, везде́ сый и вся́ исполня́яй.

Песнь 7

Ирмос: Согреши́хом, беззако́нновахом, непра́вдовахом пред Тобо́ю, ниже́ соблюдо́хом, ниже́ сотвори́хом, я́коже запове́дал еси́ нам; но не преда́ждь нас до конца́, oтце́в Бо́же.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Манасси́ева собрала́ еси́ согреше́ния изволе́нием, поста́вльши я́ко ме́рзости стра́сти и умно́живши, душе́, негодова́ние; но того́ покая́нию ревну́ющи те́пле, стяжи́ умиле́ние.

Ахаа́вовым поревнова́ла еси́ скве́рнам, душе́ моя́, увы́ мне́, была еси́ плотски́х скве́рн пребыва́лище и сосу́д сра́млен страсте́й: но из глубины́ твоея́ воздохни́ и глаго́ли Бо́гу грехи́ твоя́.

Заключи́ся тебе́ не́бо, душе́, и глад Бо́жий пости́же тя, егда́ Илии́ Фесви́тянина я́коже Ахаа́в, не покори́ся словесе́м иногда́; но, Сара́ффии уподо́бився, напита́й проро́чу ду́шу.

Попали́ Илия́ иногда́ два́щи пятьдеся́т Иезаве́линых, егда́ сту́дныя проро́ки погуби́, во обличе́ние Ахаа́вово; но бе́гай подража́ния двою́, душе́, и укрепля́йся.

Слава, Троичен:

Тро́ице Про́стая, Неразде́льная, Единосу́щная, и Естество́ Еди́но, Све́тове и Свет, и Свя́та Три́, и Еди́но Свя́то пое́тся Бог Тро́ица; но воспо́й, просла́ви Живо́т и Животы́, душе́, всех Бо́га.

И ныне, Богородичен:

Пое́м Тя, благослови́м Тя, покланя́емся Ти, Богороди́тельнице, я́ко Неразде́льныя Тро́ицы породила́ еси́ Еди́наго Христа́ Бо́га, и Сама́ отве́рзла еси́ нам, су́щим на земли́, Небе́сная.

Песнь 8

Ирмос: Его́же во́инства Небе́сная сла́вят, и трепе́щут Херуви́ми и Серафи́ми, вся́ко дыха́ние и тварь, по́йте, благослови́те и превозноси́те во вся́ ве́ки.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Правосу́де Спа́се, поми́луй и изба́ви мя oгня́ и преще́ния, е́же и́мам на суде́ пра́ведно претерпе́ти; осла́би ми пре́жде конца́, доброде́телию и покая́нием.

Яко разбо́йник, вопию́ Ти: помяни́ мя: я́ко Петр, пла́чу го́рце: осла́би ми, Спа́се; зову́, я́ко мыта́рь, слезю́, я́ко блудни́ца; приими́ мое́ рыда́ние, я́коже иногда́ ханане́ино.

Гное́ние, Спа́се, исцели́ смире́нныя моея́ души́, Еди́не Врачу́, пла́стырь мне наложи́, и еле́й, и вино́, дела́ покая́ния, умиле́ние со слеза́ми.

Ханане́ю и аз подража́я, поми́луй мя, вопию́, Сы́не Дави́дов; каса́юся кра́я ри́зы, я́ко кровоточи́вая; пла́чу, я́ко Ма́рфа и Мари́я над Ла́зарем.

Слава, Троичен:

Безнача́льне Отче, Сы́не Собезнача́льне, Уте́шителю Благи́й, Ду́ше Пра́вый: Сло́ва Бо́жия Роди́телю, Отца́ Безнача́льна Сло́ве, Ду́ше Живы́й и Зи́ждяй, Тро́ице Еди́нице, поми́луй мя.

И ныне, Богородичен:

Яко от обраще́ния червлени́цы, Пречи́стая, у́мная багряни́ца, Емману́илева внутрь во чре́ве Твое́м плоть истка́ся, те́мже Богоро́дицу вои́стинну Тя почита́ем.

Песнь 9

Ирмос: Безсе́меннаго зача́тия Рождество́ несказа́нное, Ма́тере безму́жныя нетле́нен Плод: Бо́жие бо Рожде́ние обновля́ет естества́; те́мже Тя вси ро́ди, я́ко Богоневе́стную Ма́терь, правосла́вно велича́ем.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Неду́ги исцеля́я, ни́щим благовествова́ше Христо́с Сло́во, вре́дныя уврачева́, с мытари́ ядя́ше, со гре́шники бесе́доваше, Иаи́ровы дще́ре ду́шу предуме́ршую возврати́ осяза́нием руки́.

Мыта́рь спаса́шеся, и блудни́ца целому́дрствоваше, и фарисе́й, хваля́ся, осужда́шеся. Ов у́бо: очи́сти мя; óва же: поми́луй мя; сей же велича́шеся, вопия́: Бо́же, благодарю́ Тя, и про́чия безу́мныя глаго́лы.

Закхе́й мыта́рь бе, но oба́че спаса́шеся, и фарисе́й Си́мон соблажня́шеся, и блудни́ца приима́ше оста́вительная разреше́ния от Иму́щаго кре́пость оставля́ти грехи́; ю́же, душе́, потщи́ся подража́ти.

Блудни́це, о oкая́нная душе́ моя́, не поревнова́ла еси́, я́же прии́мши ми́ра алава́стр, со слеза́ми ма́заше но́зе Спа́сове, отре́ же власы́ дре́вних согреше́ний рукописа́ние Раздира́ющаго ея́.

Гра́ды, и́мже даде́ Христо́с благове́стие, душе́ моя́, уве́дала еси́, ка́ко про́кляти бы́ша: убо́йся указа́ния, да не бу́деши я́коже óны, и́хже содо́мляном Влады́ка уподо́бив, да́же до а́да осуди́.

Да не го́ршая, о душе́ моя́, яви́шися отча́янием, ханане́и ве́ру слы́шавшая, ея́же дщи́ сло́вом Бо́жиим исцели́ся: Сы́не Дави́дов, спаси́ и мене́, воззови́ из глубины́ се́рдца, я́коже oна́ Христу́.

Слава, Троичен:

Отца́ просла́вим, Сы́на превознесе́м, Боже́ственному Ду́ху ве́рно поклони́мся, Тро́ице Неразде́льней, Еди́нице по Существу́, я́ко Све́ту и Све́том, и Животу́ и Живото́м, животворя́щему и просвеща́ющему концы́.

И ныне, Богородичен:

Гра́д Твой сохраня́й, Богороди́тельнице Пречи́стая, в Тебе́ бо сей ве́рно ца́рствуяй, в Тебе́ и утвержда́ется, и Тобо́ю побежда́яй побежда́ет вся́кое искуше́ние, и пленя́ет ра́тники, и прохо́дит послуша́ние.

Преподобне oтче Андрее, моли Бога о нас.

Андре́е честны́й и óтче треблаже́ннейший, па́стырю Кри́тский, не преста́й моля́ся о воспева́ющих тя, да изба́вимся вси гне́ва, и ско́рби, и тле́ния, и прегреше́ний безме́рных, чту́щии твою́ па́мять ве́рно.

Ирмос: Безсе́меннаго зача́тия Рождество́ несказа́нное, Ма́тере безму́жныя нетле́нен Плод, Бо́жие бо Рожде́ние обновля́ет естества́; те́мже Тя вси ро́ди, я́ко Богоневе́стную Ма́терь, правосла́вно велича́ем.

В четверг первой седмицы Великого поста

Глас 6

Песнь 1

Ирмос: Помо́щник и Покрови́тель бысть мне во спасе́ние, Сей мой Бог, и просла́влю Его́, Бог oтца́ моего́, и вознесу́ Его́: сла́вно бо просла́вися.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Агнче Бо́жий, взе́мляй грехи́ всех, возми́ бре́мя от мене́ тя́жкое грехо́вное и, я́ко Благоутро́бен, даждь ми сле́зы умиле́ния.

Тебе́ припа́даю, Иису́се, согреши́х Ти, очи́сти мя, возми́ бре́мя от мене́ тя́жкое грехо́вное и, я́ко Благоутро́бен, даждь ми сле́зы умиле́ния.

Не вни́ди со мно́ю в суд, нося́ моя́ дея́ния, словеса́ изыску́я, и исправля́я стремле́ния; но в щедро́тах Твои́х презира́я моя́ лю́тая, спаси́ мя, Всеси́льне.

Покая́ния вре́мя, прихожду́ Ти, Созда́телю моему́; возми́ бре́мя от мене́ тя́жкое грехо́вное и, я́ко Благоутро́бен, даждь ми сле́зы умиле́ния.

Бога́тство душе́вное ижди́в грехо́м, пуст есмь доброде́телей благочести́вых, гла́дствуя же зову́: ми́лости Пода́телю, Го́споди, спаси́ мя.

Преподобная мати Марие, моли Бога о нас.

Прикло́ньшися Христо́вым Боже́ственным зако́ном, к сему́ приступи́ла еси́, сла́достей неудержи́мая стремле́ния оста́вивши, и вся́кую доброде́тель всеблагогове́йно, я́ко еди́ну испра́вила еси́.

Слава, Троичен:

Пресу́щественная Тро́ице, во Еди́нице покланя́емая, возми́ бре́мя от мене́ тя́жкое грехо́вное и, я́ко Благоутро́бна, даждь ми сле́зы умиле́ния.

И ныне, Богородичен:

Богоро́дице, Наде́жде и Предста́тельство Тебе́ пою́щих, возми́ бре́мя от мене́ тя́жкое грехо́вное и, я́ко Влады́чица Чи́стая, ка́ющася приими́ мя.

Песнь 2

Ирмос: Ви́дите, ви́дите, я́ко Аз есмь Бог, ма́нну одожди́вый и во́ду из ка́мене источи́вый дре́вле в пусты́ни лю́дем Мои́м, десни́цею еди́ною и кре́постию Мое́ю.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Му́жа уби́х, глаго́лет, в я́зву мне и ю́ношу в струп, Ламе́х, рыда́я, вопия́ше; ты же не трепе́щеши, о душе́ моя́, окаля́вши плоть, и ум оскверни́вши.

Столп умудри́ла еси́ созда́ти, о душе́, и утвержде́ние водрузи́ти твои́ми похотьми́, а́ще не бы Зижди́тель удержа́л сове́ты твоя́ и низве́ргл на зе́млю ухищре́ния твоя́.

О, ка́ко поревнова́х Ламе́ху, пе́рвому уби́йце, ду́шу, я́ко му́жа, ум, я́ко ю́ношу, я́ко бра́та же моего́, те́ло уби́в, я́ко Ка́ин уби́йца, любосла́стными стремле́ньми.

Одожди́ Госпо́дь от Го́спода oгнь иногда́, на беззако́ние гне́вающее, соже́г содо́мляны; ты же oгнь вжегла́ еси́ гее́нский, в не́мже и́маши, о душе́, сожещи́ся.

Уязви́хся, ура́нихся, се, стре́лы вра́жия, уязви́вшия мою́ ду́шу и те́ло, се, стру́пы гное́ния, омраче́ния вопию́т, ра́ны самово́льных мои́х страсте́й.

Преподобная мати Марие, моли Бога о нас.

Просте́рла еси́ ру́це твои́ к Ще́дрому Бо́гу, Мари́е, в бе́здне зол погружа́емая, и, я́коже Петру́, человеколю́бно ру́ку Боже́ственную простре́, твое́ обраще́ние вся́чески Иски́й.

Слава, Троичен:

Безнача́льная, Несозда́нная Тро́ице, Неразде́льная Еди́нице, ка́ющася мя приими́, согреши́вша спаси́: Твое́ есмь созда́ние, не пре́зри, но пощади́ и изба́ви óгненнаго мя осужде́ния.

И ныне, Богородичен:

Пречи́стая Влады́чице, Богороди́тельнице, Наде́ждо к Тебе́ притека́ющих и Приста́нище су́щих в бу́ри, Ми́лостиваго и Созда́теля и Сы́на Твоего́ уми́лостиви и мне моли́твами Твои́ми.

Песнь 3

Ирмос: Утверди́, Го́споди, на ка́мени за́поведей Твои́х подви́гшееся се́рдце мое́, я́ко еди́н Свят еси́ и Госпо́дь.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Ага́ре дре́вле, душе́, еги́птяныне уподо́билася еси́, порабо́тившися произволе́нием и ро́ждши но́ваго Исма́ила, презо́рство.

Иа́ковлю ле́ствицу разуме́ла еси́, душе́ моя́, явля́емую от земли́ к Небесе́м;: почто́ не име́ла еси́ восхо́да тве́рда, благоче́стия?

Свяще́нника Бо́жия и царя́ уедине́на, Христо́во подо́бие в ми́ре жития́, в челове́цех подража́й.

Обрати́ся, постени́, душе́ oкая́нная, пре́жде да́же не прии́мет коне́ц жития́ торжество́, пре́жде да́же дверь не заключи́т черто́га Госпо́дь.

Не бу́ди столп сла́ный, душе́, возрати́вшися вспять, о́браз да устраши́т тя содо́мский, горе́ в Сиго́р спаса́йся.

Моле́ния, Влады́ко, Тебе́ пою́щих не отве́ржи, но уще́дри, Человеколю́бче, и подаждь ве́рою прося́щим оставле́ние.

Слава, Троичен:

Тро́ице Про́стая, Несозда́нная, Безнача́льное Естество́, в Тро́ице пева́емая Ипоста́сей, спаси́ ны, ве́рою покланя́ющияся держа́ве Твое́й.

И ныне, Богородичен:

От Отца́ безле́тна Сы́на в ле́то, Богороди́тельнице, неискусому́жно родила́ еси́, стра́нное чу́до, пребы́вши Де́ва доя́щи.

Песнь 4

Ирмос: Услы́ша проро́к прише́ствие Твое́, Го́споди, и убоя́ся, я́ко хо́щеши от Де́вы роди́тися и челове́ком яви́тися, и глаго́лаше: услы́шах слух Твой и убоя́хся, сла́ва си́ле Твое́й, Го́споди.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Вре́мя живота́ моего́ ма́ло и испо́лнено боле́зней и лука́вства; но в покая́нии мя приими́, и в ра́зум призови́, да не бу́ду стяжа́ние, ни бра́шно чужде́му, Спа́се, Сам мя уще́дри.

Ца́рским досто́инством, венце́м и багряни́цею оде́ян, многоиме́нный челове́к и пра́ведный, бога́тством кипя́ и ста́ды, внеза́пу бога́тства, сла́вы, ца́рства, обнища́в, лиши́ся.

Аще пра́веден бя́ше oн и непоро́чен па́че всех, и не убеже́ ловле́ния льсти́ваго и се́ти, ты же грехолюби́ва су́щи, oкая́нная душе́, что́ сотвори́ши, а́ще чесому́ от недове́домых случи́тся наити́ тебе́?

Высокоглаго́лив ны́не есмь, жесто́к же и се́рдцем, вотще́ и всу́е, да не с фарисе́ем осу́диши мя, па́че же мытаре́во смире́ние пода́ждь ми, еди́не Ще́дре, Правосу́де, и сему́ мя сочисли́.

Согреши́х, досади́в сосу́ду пло́ти моея́, вем, Ще́дре, но в покая́нии мя приими́, и в ра́зум призови́, да не бу́ду стяжа́ние ни бра́шно чужде́му, Спа́се, Сам мя уще́дри.

Самоистука́н бых страстьми́, ду́шу мою́ вредя́, Ще́дре, но в покая́нии мя приими́ и в ра́зум призови́, да не бу́ду стяжа́ние, ни бра́шно чужде́му, Спа́се, Сам мя уще́дри.

Не послу́шах гла́са Твоего́, преслу́шах Писа́ние Твое́, Законополо́жника, но в покая́нии мя приими́ и в ра́зум призови́, да не бу́ду стяжа́ние, ни бра́шно чужде́му, Спа́се, Сам мя уще́дри.

Преподобная мати Марие, моли Бога о нас.

Вели́ких безме́стий во глубину́ низве́дшися, неодержи́ма была́ еси́, но востекла́ еси по́мыслом лу́чшим к кра́йней дея́ньми я́ве доброде́тели пресла́вно, ангельское естество́, Мари́е, удиви́вши.

Слава, Троичен:

Неразде́льное существо́м, несли́тное Ли́цы богосло́влю Тя, Тро́ическое Еди́но Божество́, я́ко Единоца́рственное и Сопресто́льное, вопию́ Ти песнь вели́кую, в вы́шних трегу́бо песносло́вимую.

И ныне, Богородичен:

И ражда́еши, и де́вствуеши, и пребыва́еши oбою́ду естество́м Де́ва: Рожде́йся обновля́ет зако́ны естества́, утро́ба же ражда́ет неражда́ющая. Бог иде́же хо́щет, побежда́ется естества́ чин: твори́т бо ели́ка хо́щет.

Песнь 5

Ирмос: От но́щи у́тренююща, Человеколю́бче, просвети́, молю́ся, и наста́ви и мене́ на повеле́ния Твоя́, и научи́ мя, Спа́се, твори́ти во́лю Твою́.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Ни́зу снича́щую подража́й, о душе́, прииди́, припади́ к нога́ма Иису́совыма, да тя испра́вит, и да хо́диши пра́во стези́ Госпо́дни.

Аще и кла́дязь еси́ глубо́кий, Влады́ко, источи́ ми во́ду из пречи́стых Твои́х жил, да я́ко Самаряны́ня, не ктому́ пия́й жа́жду, жи́зни бо струи́ источа́еши.

Силоа́м да бу́дут ми сле́зы моя́, Влады́ко Го́споди, да умы́ю и аз зе́ницы се́рдца, и ви́жду Тя у́мно, Све́та Преве́чна.

Преподобная мати Марие, моли Бога о нас.

Несравне́нным жела́нием, всебога́тая, дре́ву возжеле́вши поклони́тися живо́тному, сподо́билася еси́ жела́ния, сподо́би у́бо и мене́ улучи́ти вы́шния сла́вы.

Слава, Троичен:

Тя́, Тро́ице, сла́вим, Еди́наго Бо́га: Свят, Свят, Свят еси́, Отче, Сы́не и Ду́ше, Про́стое Существо́, Еди́нице, при́сно покланя́емая.

И ныне, Богородичен:

Из Тебе́ облече́ся в мое́ смеше́ние, нетле́нная, безму́жная Ма́ти Де́во, Бог созда́вый ве́ки, и соедини́ Себе́ челове́ческое естество́.

Песнь 6

Ирмос: Возопи́х всем се́рдцем мои́м к ще́дрому Бо́гу, и услы́ша мя от а́да преиспо́дняго, и возведе́ от тли́ живо́т мой.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Аз есмь, Спа́се, ю́же погуби́л еси́ дре́вле ца́рскую дра́хму; но, вжег свети́льник, Предте́чу Твоего́, Сло́ве, взыщи́ и обря́щи Твой о́браз.

Воста́ни и побори́, я́ко Иису́с Амали́ка, плотски́я стра́сти, и гаваони́ты, ле́стныя по́мыслы, при́сно побежда́ющи.

Преподобная мати Марие, моли Бога о нас.

Да страсте́й пла́мень угаси́ши, слез ка́пли источи́ла еси́ при́сно, Мари́е, душе́ю распаля́ема, и́хже благода́ть пода́ждь и мне, твоему́ рабу́.

Преподобная мати Марие, моли Бога о нас.

Безстра́стие Небе́сное стяжа́ла еси́ кра́йним на земли́ житие́м, ма́ти, те́мже тебе́ пою́щим страсте́й изба́витися моли́твами твои́ми, моли́ся.

Слава, Троичен:

Тро́ица есмь Про́ста, Неразде́льна, разде́льна Ли́чне, и Еди́ница есмь Естество́м соедине́на, Оте́ц глаго́лет, и Сын, и Боже́ственный Дух.

И ныне, Богородичен:

Утро́ба Твоя́ Бо́га нам роди́, воображе́нна по нам, Его́же, я́ко Созда́теля всех, моли́, Богоро́дице, да моли́твами Твои́ми оправди́мся.

Господи, помилуй (трижды).

Слава, и ныне:

Кондак, глас 6:

Душе́ моя́, душе́ моя́, воста́ни, что́ спи́ши? Коне́ц приближа́ется, и и́маши смути́тися: воспряни́ у́бо, да пощади́т тя Христо́с Бог, везде́ сый и вся́ исполня́яй.

Песнь 7

Ирмос: Согреши́хом, беззако́нновахом, непра́вдовахом пред Тобо́ю, ниже́ соблюдо́хом, ниже́ сотвори́хом, я́коже запове́дал еси́ нам; но не преда́ждь нас до конца́, oтце́в Бо́же.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Изчезо́ша дни́е мои́, я́ко со́ние востаю́щаго; те́мже, я́ко Езеки́я, слезю́ на ло́жи мое́м, приложи́тися мне ле́том живота́; но кий Иса́ия предста́нет тебе́, душе́, а́ще не всех Бог?

Припа́даю Ти и приношу́ Тебе́, я́коже сле́зы, глаго́лы моя́: согреши́х, я́ко не согреши́ блудни́ца, и беззако́нновах, я́ко ины́й никто́же на земли́; но уще́дри, Влады́ко, творе́ние Твое́, и воззови́ мя.

Погребо́х о́браз Твой, и растли́х за́поведь Твою́, вся́ помрачи́ся добро́та, и страстьми́ угаси́ся, Спа́се, свеща́; но, уще́дрив, возда́ждь ми, я́коже пое́т Дави́д, ра́дование.

Обрати́ся, пока́йся, откры́й сокрове́нная, глаго́ли Бо́гу, вся́ ве́дущему: Ты ве́си моя́ та́йная, Еди́не Спа́се; но Сам мя поми́луй, я́коже пое́т Дави́д, по ми́лости Твое́й.

Преподобная мати Марие, моли Бога о нас.

Возопи́вши к Пречи́стей Богома́тери, пе́рвее отри́нула еси́ неи́стовство страсте́й, ну́жно стужа́ющих, и посрами́ла еси́ врага́ запе́ншаго; но даждь ны́не по́мощь от ско́рби и мне, рабу́ твоему́.

Преподобная мати Марие, моли Бога о нас.

Его́же возлюби́ла еси́, Его́же возжеле́ла еси́, Его́же ра́ди плоть изнури́ла еси́, преподо́бная, моли́ ны́не Христа́ о рабе́х, я́ко да ми́лостив быв всем нам, ми́рное состоя́ние да́рует почита́ющим Его́.

Слава, Троичен:

Тро́ице Про́стая, Неразде́льная, Единосу́щная, и Естество́ Еди́но, Све́тове и Свет, и Свя́та Три́, и Еди́но Свя́то пое́тся Бог Тро́ица;- но воспо́й, просла́ви Живо́т и Животы́, душе́, всех Бо́га.

И ныне, Богородичен:

Пое́м Тя, благослови́м Тя, покланя́емся Ти, Богороди́тельнице, я́ко Неразде́льныя Тро́ицы породила́ еси́ Еди́наго Христа́ Бо́га, и Сама́ отве́рзла еси́ нам су́щим на земли́, Небе́сная.

Песнь 8

Ирмос: Его́же во́инства Небе́сная сла́вят, и трепе́щут Херуви́ми и Серафи́ми, вся́ко дыха́ние и тварь, по́йте, благослови́те и превозноси́те во вся́ ве́ки.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Сле́зную, Спа́се, сткля́ницу, я́ко ми́ро истощава́я на главу́, зову́ Ти, я́коже блудни́ца, ми́лости и́щущая, мольбу́ приношу́ и оставле́ние прошу́ прия́ти.

Аще и никто́же, я́коже аз, согреши́ Тебе́, но oба́че приими́ и мене́, благоутро́бне Спа́се, стра́хом ка́ющася и любо́вию зову́ща: согреши́х Тебе́ еди́ному, поми́луй мя, Ми́лостиве.

Пощади́, Спа́се, Твое́ созда́ние и взыщи́, я́ко Па́стырь, поги́бшее, предвари́ заблу́ждшаго, восхи́ти от во́лка, сотвори́ мя oвча́ на па́стве Твои́х oве́ц.

Егда́, Судие́, ся́деши, я́ко Благоутро́бен, и пока́жеши стра́шную Сла́ву Твою́, Спа́се, о, каковы́й страх тогда́, пе́щи горя́щей, всем боя́щимся нестерпи́маго суди́ща Твоего́!

Преподобная мати Марие, моли Бога о нас.

Све́та незаходи́маго Ма́ти, тя просвети́вши, от омраче́ния страсте́й разреши́; те́мже вше́дши в духо́вную благода́ть, просвети́, Мари́е, тя ве́рно восхваля́ющия.

Преподобная мати Марие, моли Бога о нас.

Чу́до но́во ви́дев, ужаса́шеся боже́ственный в тебе́ вои́стинну, ма́ти, Зоси́ма: Ангела бо зря́ше во пло́ти, и у́жасом весь исполня́шеся, Христа́ поя́ во ве́ки.

Слава, Троичен:

Безнача́льне Отче, Сы́не Собезнача́льне, Уте́шителю Благи́й, Ду́ше Пра́вый, Сло́ва Бо́жия Роди́телю, Отца́ Безнача́льна Сло́ве, Ду́ше Живы́й и Зи́ждяй, Тро́ице Еди́нице, поми́луй мя.

И ныне, Богородичен:

Яко от обраще́ния червлени́цы, Пречи́стая, у́мная багряни́ца, Емману́илева внутрь во чре́ве Твое́м плоть истка́ся, те́мже Богоро́дицу вои́стинну Тя почита́ем.

Песнь 9

Ирмос: Безсе́меннаго зача́тия Рождество́ несказа́нное, Ма́тере безму́жныя нетле́нен Плод, Бо́жие бо рожде́ние обновля́ет естества́; те́мже Тя вси ро́ди, я́ко Богоневе́стную Ма́терь, правосла́вно велича́ем.

Помилуй мя, Боже, помилуй мя.

Умилосе́рдися, спаси́ мя, Сы́не Дави́дов, поми́луй, бесну́ющияся сло́вом исцели́вый, глас же благоутро́бный, я́ко разбо́йнику, мне рцы: ами́нь, глаго́лю тебе́, со Мно́ю бу́деши в раи́, егда́ прииду́ во сла́ве Мое́й.

Разбо́йник оглаго́ловаше Тя, разбо́йник богосло́вяше Тя: óба бо на кресте́ сви́сяста; но, о Благоутро́бне, я́ко ве́рному разбо́йнику Твоему́, позна́вшему Тя Бо́га, и мне отве́рзи дверь сла́внаго Ца́рствия Твоего́.

Тварь содрога́шеся, распина́ема Тя ви́дящи, го́ры и ка́мения стра́хом распада́хуся, и земля́ сотряса́шеся, и ад обнажа́шеся, и соомрача́шеся свет во дни, зря Тебе́, Иису́се, пригвожде́на ко Кресту́.

Досто́йных покая́ния плодо́в не истяжи́ от мене́, и́бо кре́пость моя́ во мне оскуде́; се́рдце мне да́руй при́сно сокруше́нное, нищету́ же духо́вную, да сия́ Тебе́ принесу́ я́ко прия́тную же́ртву, Еди́не Спа́се.

Судие́ мой и Ве́дче мой, хотя́й па́ки приити́ со Ангелы, суди́ти ми́ру всему́, ми́лостивным Твои́м óком тогда́ ви́дев мя, пощади́, и уще́дри мя, Иису́се, па́че вся́каго естества́ челове́ча согреши́вша.

Преподобная мати Марие, моли Бога о нас.

Удиви́ла еси́ всех стра́нным житие́м твои́м, Ангелов чи́ны и челове́ков собо́ры, невеще́ственно пожи́вши и естество́ преше́дши, и́мже, я́ко невеще́ственныма нога́ма вше́дши, Мари́е, Иoрда́н прешла́ еси́.

Преподобная мати Марие, моли Бога о нас.

Уми́лостиви Созда́теля о хва́лящих тя, преподо́бная ма́ти, изба́витися озлобле́ний и скорбе́й, óкрест напа́дающих, да изба́вившеся от напа́стей, возвели́чим непреста́нно просла́вльшаго тя Го́спода.

Преподобне отче Андрее, моли Бога о нас.

Андре́е честны́й и óтче треблаже́ннейший, па́стырю Кри́тский, не преста́й моля́ся о воспева́ющих тя, да изба́вимся вси гне́ва, и ско́рби, и тле́ния, и прегреше́ний безме́рных, чту́щии твою́ па́мять ве́рно.

Слава, Троичен:

Отца́ просла́вим, Сы́на превознесе́м, Боже́ственному Ду́ху ве́рно поклони́мся, Тро́ице Неразде́льней, Еди́нице по Существу́, я́ко Све́ту и Све́том, и Животу́ и Живото́м, животворя́щему и просвеща́ющему концы́.

И ныне, Богородичен:

Гра́д Твой сохраня́й, Богороди́тельнице Пречи́стая, в Тебе́ бо сей ве́рно ца́рствуяй, в Тебе́ и утвержда́ется, и Тобо́ю побежда́яй, побежда́ет вся́кое искуше́ние, и пленя́ет ра́тники, и прохо́дит послуша́ние.

Ирмос: Безсе́меннаго зача́тия Рождество́ несказа́нное, Ма́тере безму́жныя нетле́нен Плод, Бо́жие бо Рожде́ние обновля́ет естества́; те́мже Тя вси ро́ди, я́ко Богоневе́стную Ма́терь, правосла́вно велича́ем.

Перевод на русский язык Н. Кедрова

В понедельник первой недели Великого поста

Глас 6

Песнь 1

Ирмос: Помощник и Покровитель явился мне ко спасению, Он Бог мой, и прославлю Его; Бог отца моего, и превознесу Его, ибо Он торжественно прославился (Исх. 15: 1–2).

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

С чего начну я оплакивать деяния злосчастной моей жизни? Какое начало, Христе, положу я нынешнему моему сетованию? Но Ты, как милосердый, даруй мне оставление прегрешений.

Несчастная душа! Прииди с плотию своею, исповедайся Создателю всего, воздержись, наконец, от прежнего безрассудства и принеси Богу слезы с раскаянием.

Подражав первозданному Адаму в преступлении, я сознал, что за грехи мои я обнажен от Бога (лишен Бога), от вечного Царства и сладости сего Царства (Быт. 3: 6–7).

Увы, несчастная душа! Зачем ты уподобилась первой жене Еве? Не с добром ты посмотрела, уязвилась жестоко, прикоснулась к дереву, необдуманно вкусила безрассудной снеди (Быт. 3: 6).

Вместо чувственной Евы во мне восстала Ева мысленная – страстный плотский помысл, обольщающий приятным, но вкусу доставляющий всегда горечь напиток.

Спаситель! Адам достойно был изгнан из Едема, как не сохранивший одной Твоей заповеди; что же должен претерпеть я, всегда отвергающий Твои животворные наставления? (Быт. 3: 3)]

Слава, Троичен:

Присносущная Троица, Которой мы поклоняемся в одном Существе, сними с меня обременительную тяжесть греха и по Своему милосердию даруй мне умилительные слезы.

И ныне, Богородичен:

Богородице, надежда и помощь всем прославляющим Тебя! Сними с меня обременительную тяжесть греха и, как Непорочная Владычица, приими меня кающегося.

Песнь 2

Ирмос: Внемли, Небо, я буду возвещать и воспевать Христа, пришедшего во плоти от Девы.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Внемли, небо, я буду возвещать; земля, прислушайся к кающемуся и прославляющему Бога голосу.

Боже, Спаситель мой, воззри на меня милостивым Твоим оком и приими мою пламенную исповедь.

Я, один я, более всех людей согрешил пред Тобою; но, о Спаситель, сжалься над Твоим созданием (1 Тим. 1: 16).

Отобразив в себе безобразие моих страстей, я исказил красоту ума сластолюбивыми стремлениями.

Милосердый Господи! Меня охватывает ураган зла, но, как Петру, и мне Ты простри руку (Мф. 14: 31).

Я осквернил одежду моей плоти, Спаситель, и изгрязнил то, в чем образ Твой и подобие.

Удовольствиями страстей я омрачил красоту души, и весь ум всесовершенно в прах превратил.

Ныне я изорвал мою первую одежду, которую соткал мне Спаситель вначале, и потому лежу нагим.

Я облекся в изорванную одежду, которую соткал для меня змий коварством, и (потому) стыжусь (Быт. 3: 21).

Милосердный! Слезы блудницы и я проливаю; смилуйся надо мною, Спаситель, по Твоему благоснисхождению (Лк. 7: 38).

Я взглянул на красоту дерева и прельстился в уме и теперь лежу нагим и стыжусь.

Все вожди страстей пахали на хребте моем, растягивая вдоль по мне беззаконие свое (Пс. 128: 3).

Слава, Троичен:

Воспеваю Тебя, Единого в трех Лицах, Бога всех, Отца, Сына и Святого Духа.

И ныне, Богородичен:

Пречистая Богородице Дево, Ты одна, всеми воспеваемая, усердно моли о нашем спасении.

Песнь 3

Ирмос: На неподвижном камне заповедей Твоих, Христе, утверди мое помышление.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Некогда одождив огонь от Господа, Господь попалил землю Содом (Быт. 19: 24).

Душа! Спасайся как праведный Лот на горе и поспешай укрыться в Сигор (Быт. 19: 22–23).

Беги, душа, воспламенения, беги cодомского пожарища, беги истребления божественным пламенем.

Христос Спаситель! Согрешил я, один согрешил пред Тобою больше всех – не презирай меня!

Ты, Добрый Пастырь, отыщи меня – агнца и не презирай меня заблудившегося (Ин. 10: 11–14).

Сладчайший Создатель мой, Иисус Спаситель! Тобою я оправдаюсь.

Спаситель! Я пред Тобою исповедаюсь: безмерно согрешил я против Тебя, но по Своему милосердию отпусти, прости меня!

Слава, Троичен:

О, Троица, Единица, Боже! Спаси нас от заблуждений, искушений и опасностей.

И ныне, Богородичен:

Радуйся, чрево вместившее Бога, радуйся, Престол Господень, радуйся, Матерь нашей жизни.

Песнь 4

Ирмос: Господи! Пророк услышал о Твоем пришествии и устрашился, что Ты хочешь родиться от Девы и явиться людям, и сказал: «Я услышал о Тебе весть и устрашился»; слава силе Твоей, Господи.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Правосудный Господи! Не презирай Своих дел, не оставляй Твоего создания, Человеколюбче! Хотя я, как человек, и один согрешил более всякого человека, но Ты, как Господь всего, имеешь власть отпускать грехи (Мф. 9: 6; Мк. 2: 10).

Душа! Близится конец, близится, и ты нерадеешь, не готовишься; время сокращается – восстановись! Судия близко, при дверях; протекает время как сон, как цвет; зачем же мы напрасно суетимся? (Мф. 24: 33; Мк. 13: 29; Лк. 21: 31)

Пробудись, душа моя! Поразмысли о свершенных тобою деяниях, представь их пред своими очами; капля за каплей проливай свои слезы; безбоязненно открывай Христу свои дела и помышления и оправдайся.

В жизни нет ни греха, ни деяния, ни зла, в которых я не погрешил бы, Спаситель, умом, словом или намерением, я, как никто другой, погрешивший и намерением, и мыслью, и делом.

Потому и обвиняюсь, потому и осуждаюсь я, злосчастный, своею совестью, строже которой нет ничего в мире. Судия, Избавитель мой и Испытатель! Пощади, защити и спаси меня, раба Твоего.

Лестница, которую в древности видел великий из патриархов, служит, душа моя, указанием на восхождение делами и равно также на возвышение разумом; посему, если желаешь жить в деятельности и в разумении и созерцании, обновляйся (Быт. 28:12).

По нужде патриарх претерпевал дневной зной и ночной мороз, ежедневно сокращая время, пася, оберегая стада, и работая, дабы жениться на двух женах (Быт. 39: 31; 30: 40).

Под двумя женами понимай деятельность и разумение в созерцании: под Лиею, как многочадною, – деятельность, а под Рахилью, как полученною чрез многие труды, – разумение, ибо без трудов ни душа, ни деятельность, ни созерцание не будут совершенствоваться.

Слава, Троичен:

Единое, нераздельное по существу и неслиянное в Лицах Божество Святой Троицы! Тобою – Соцарственное и Сопрестольное – я научаюсь боговедению. Я возношу Тебе троекратно в мире горнем воспеваемую песнь (Ис. 6: 1–3).

И ныне, Богородичен:

Ты, Богородице, и рождаешь и вместе остаешься Девою, сохраняя и в том и другом случае по естеству девство. Из Тебя Родившийся обновляет законы естества, а рождает – девственное чрево. Где восхощет Бог, там нарушается порядок природы, ибо Он творит, что благоизволит.

Песнь 5

Ирмос: Человеколюбче! Молюсь: просвети меня бодрствующего от ночи, путеводи меня в Твоих повелениях и научи меня, Спаситель, исполнять Твою волю (Пс. 62: 2; 118: 35).

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Я постоянно проводил в ночи жизнь свою; ибо мраком и глубокою мглою была для меня ночь греха; но покажи меня сыном дня, Спаситель (Еф. 5: 8).

Подражая Рувиму, я совершил, несчастный, законопреступное дело пред Всевышним Богом: я осквернил ложе мое, как тот – отчее (Быт. 35: 22; 49: 3–4).

Христе Царю! Исповедаюсь пред Тобою; я согрешил, согрешил, как некогда братья, продавшие Иосифа – плод чистоты и целомудрия (Быт. 37: 28).

Сродниками связана была праведная душа, и возлюбленный был продан в рабство – в прообраз Господа; ты же, душа, сама всю продала себя своим мерзостям.

Несчастная и бесславная душа! Подражай разуму праведного и целомудренного Иосифа: непрестанно беззаконствуя, не сквернись безрассудными стремлениями.

Владыко Господи! Иосиф некогда был во рве, но в прообраз Твоего погребения и воскресения: принесу ли когда что подобное Тебе я?

Слава, Троичен:

Тебя, Пресвятая Троица, мы прославляем за Единого Бога: Свят, Свят, Свят Отец, Сын и Дух – Простая сущность, – приснопоклоняемая Единица.

И ныне, Богородичен:

Нетленная, не познавшая мужа Матерь Дево! Из Тебя облекся в мой состав сотворивший века Бог и в Себе Самом соединил человеческое естество.

Песнь 6

Ирмос: От всего сердца моего я воззвал к милосердому Богу, и Он услышал меня из ада преисподнего и воззвал жизнь мою от тления.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Искренно приношу тебе, Спаситель, слезы очей моих и воздыхания из глубины при вопле сердца: «Боже, согрешил я пред Тобою, умилосердись надо мною!»

Как Дафан и Авирон отклонилась ты, душа, от своего Господа, но, дабы не поглотила тебя пропасть земная, воззови из ада преисподнего: «Пощади!» (Числ. 16: 32)

Рассвирепев как молодая телица, ты уподобилась, душа, Ефрему, но окрылив ум деятельностью и созерцанием, оберегай жизнь, как оберегается серна от тенет (Иер. 31: 18; Ос. 10: 11).

Пусть рука Моисея убедит нас, душа, как может Бог убелить и очистить прокаженную жизнь, и не отчаивайся сама за себя, хотя ты и поражена проказою (Исх. 4: 6–7).

Слава, Троичен:

Отец, Сын и Божественный Дух свидетельствуют, что они суть несложная, нераздельная, Лично раздельная Троица и – соединенная естеством – Единица.

И ныне, Богородичен:

Богородице! Твоя утроба родила нам принявшего наш образ Бога, Которого как Творца всего умоляй, дабы нам оправдаться по Твоим молитвам.

Господи, помилуй (трижды).

Слава: И ныне:

Кондак, глас 6:

Душа моя, душа моя! Восстань, что ты спишь? Конец приближается, и ты смутишься. Итак, трезвись же, дабы тебя пощадил везде сущий и все исполняющий Христос Бог.

Песнь 7

Ирмос: Мы грешили, беззаконствовали, неправо поступали пред Тобою; не сохранили, не исполнили, что заповедал Ты нам, но, Боже отцов, не оставь нас до конца (Дан. 9: 5–6).

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Я грешил, беззаконствовал и нарушил Твою заповедь, так как я и предварен рождением во грехах; я еще приложил к язвам раны, но, милосердый Боже отцов, Сам помилуй меня.

Пред Тобою, Судиею моим, я открыл тайны сердца своего; воззри на смирение мое, воззри и на скорбь мою, внемли осуждению моему ныне и, как милосердый Боже отцов, Сам помилуй меня (Пс. 37: 19; 24: 18; 34: 23).

Некогда Саул, потеряв ослиц своего отца, неожиданно получил при известии о них царство; смотри же, душа, не забывайся, предпочитая свои скотские вожделения Царству Христову (Цар. 9: 1–27; 10: 1).

Душа моя! Если богоотец Давид и сугубо некогда согрешил, быв уязвлен стрелою прелюбодеяния, сраженный копьем мщения за убийство, но ты сама страдаешь гораздо тягчайшими сих деяниями произвольными стремлениями (2 Цар. 11: 14–15).

Давид некогда присоединил беззаконие к беззаконию, ибо к убийству он примешал прелюбодеяние; но он вскоре принес и сугубое покаяние; но ты, коварнейшая душа, совершила бо́льшие грехи, не раскаявшись при том пред Богом.

Некогда Давид, как бы живописуя на картине, начертал песнь, которою он обличает совершенный им проступок, взывая: «Помилуй мя, ибо пред Тобою Единым, Богом всех, согрешил я: Сам очисти меня» (Пс. 50).

Слава, Троичен:

Бог–Троица воспевается как Троица простая, нераздельная, Единосущная, Единая Естеством, как Светы и Свет, и Три Святы, и Едино Лицо Свято; но, душа, воспой, прославь Жизнь и Жизни – Бога всех.

И ныне, Богородичен:

Мы воспеваем Тебя, благословляем и поклоняемся Тебе, Богородительница, так как Ты породила Единого из нераздельной Троицы, Христа Бога, и Сама открыла нам, живущим на земле, Небесное.

Песнь 8

Ирмос: Все существа и творения воспевайте, благословляйте и превозносите во все века Того, Кого прославляют воинства небесные и трепещут Херувимы и Серафимы.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Помилуй меня грешника, Спаситель, пробуди мой ум к обращению, приими кающегося, умилосердись к взывающему: «Я согрешил пред Тобою, спаси; я беззаконствовал, помилуй меня».

Некогда везомый на колеснице Илия, восшедши на колесницу добродетелей, вознесся превыше всего земного, как бы на Небеса; об его восходе помышляй, душа моя(4 Цар. 2: 11).

Некогда принявши милоть Илии, Елисей получил сугубую благодать от Господа; но ты за невоздержание не получила сей благодати, душа моя (4 Цар. 2: 9; 2: 12–13).

При посредстве Елисея течение Иордана милотию Илии некогда остановилось по ту и по другую сторону; но ты за невоздержание не получила сей благодати, душа моя (4 Цар. 2: 14).

Некогда соманитянка с добрым расположением угостила праведника; ты же, душа, не приняла в свой дом ни странника, ни пришельца; за то будешь извержена вон из чертога брачного с рыданием (4 Цар. 4: 8).

Несчастная душа! Ты постоянно подражала нечистому нраву Гиезия; хотя в старости отринь его сребролюбие и, оставив свои злодеяния, избеги огня геенского (4 Цар. 5: 20–27).

Слава, Троичен:

Безначальный Отче, Собезначальный Сыне, Утешитель добрый, Дух правды, Родитель Слова Божия, Безначальное Слово Отца, Животворящий и Созидающий Дух Единая Троица, помилуй меня.

И ныне, Богородичен:

Пречистая! Мысленная багряница, плоть Эммануила, соткалась внутри Твоего чрева как бы из вещества пурпурного, потому мы почитаем Тебя, истинную Богородицу.

Песнь 9

Ирмос: Рождество от бессеменного зачатия неизъяснимо; Плод безмужней Матери нетленен; рождение Бога обновляет естества; посему Тебя мы, все роды, православно величаем как Матерь Богоневесту.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Ум изранился, тело изленилось, дух болезнует, слово потеряло мощь, жизнь замерла, конец при дверях. Итак, как же будешь ты поступать, злосчастная душа, когда явится Судия исследовать дела твои?

Я воспроизвел пред тобою, душа, сказание Моисея о миробытии и затем все Заветное Писание, повествующее о праведных и неправедных. Но ты, душа, согрешая пред Богом, подражала не первым, а последним.

Ослабел закон; не воздействует Евангелие; пренебрежено тобою все Писание; пророки и всякое слово праведника потеряли силу. Язвы твои, душа, умножились, так как не находится врача, тебя исцеляющего.

Дабы привести тебя, душа, в умиление, я привожу тебе примеры из Писания новозаветного. Итак, соревнуй праведным и отвращайся грешных и молитвою, постом, чистотою и непорочностью умилостивляй Христа.

Христос сделался человеком, призвал к покаянию блудниц и разбойников. Покайся, душа! Уже отверзлась дверь к Царствию: ее наперерыв заполняют кающиеся фарисеи, мытари и прелюбодеи (Мф. 11: 12; 21: 31; Лк. 16: 16).

Христос вочеловечился, приобщившись ко мне плотию, и Он добровольно переиспытал все, за исключением греха, свойственное естеству, показывая тебе, душа, образец и пример Своего снисхождения.

Христос спас волхвов, созвал пастырей, множество младенцев соделал мучениками, прославил старца и престарелую вдовицу; деяниям и жизни их ты не подражала, душа; но горе тебе, когда предстанешь на суд (Мф. 2: 1; 2: 16; Лк. 2: 4–8; 2: 25–26; 2: 36–38).

Сорок дней постившись в пустыне, Господь, обнаруживая в себе человеческое естество, наконец взалкал. Не унывай, душа, если враг устремится на тебя, но да отразится он от ног твоих молитвами и постом (Исх. 34: 28; Мф. 4: 2; Мк. 1: 13; Лк. 4: 2).

Слава, Троичен:

Станем прославлять Отца, превознесем Сына и с верою поклонимся Божественному Духу – нераздельной Троице, Единице по существу – как животворящему и просвещающему пределы – Свету и Светам, Жизни и Жизням.

И ныне, Богородичен:

Пречистая Богородительница! Охраняй Свой град. Под Твоею защитою он царствует с верою и от Тебя получает крепость и при Твоем содействии неотразимо побеждает всякое бедствие, берет в плен врагов и держит их в подчинении.

Преподобный отче Андрее, моли Бога о нас.

Достоублажаемый Андрее, пастырь Критский! Не переставай молиться за воспевающих тебя, чтобы нам всем, искренно почитающим память твою, избавиться от гнева, скорби, вреда и безмерных прегрешений.

Ирмос: Рождество от бессеменного зачатия неизъяснимо; Плод безмужней Матери нетленен; рождение Бога обновляет естество; посему Тебя мы, все роды, православно величаем как Матерь Богоневесту.

Во вторник первой недели Великого поста

Глас 6

Песнь 1

Ирмос: Помощник и Покровитель явился мне ко спасению, Он Бог мой, и прославлю Его; Бога отца моего, и превознесу Его, ибо Он торжественно прославился (Исх. 16: 1–2).

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Превзойдя Каиново убийство, я по сознательному соизволению, чрез оживление плоти, сделался убийцею души, вооружившись против нее злыми моими деяниями (Быт. 4: 8).

Я не сравнился, Иисусе, в праведности с Авелем; никогда не приносил Тебе приятных даров, ни дел богоугодных, ни жертвы чистой, ни непорочной жизни [Быт. 4: 4].

Мы, злосчастная душа, как Каин, принесли порочную Создателю всего жертву – нечестивые дела и непотребную жизнь; потому–то мы и осуждены (Быт. 4: 3–5).

Оживотворивши земной прах, Скудельник, Ты даровал мне плоть и кости, дыхание и жизнь; но, Творец мой, Искупитель и Судия, прими меня кающегося! (Быт. 2: 7)

Я открываю пред Тобою, Спаситель, соделанные мною грехи и раны души и тела моего, которые разбойнически нанесли мне внутренние убийственные помыслы (Лк. 10: 30).

Спаситель! Если я и согрешил, но знаю, что Ты Человеколюбец; Ты казнишь сострадательно и горячо милуешь, взираешь на плачущего и, как отец, поспешаешь призвать потерянного (Лк. 15: 20).

Слава, Троичен:

Присносущная Троица, Которой мы поклоняемся в одном Лице, сними с меня обременительную тяжесть греха и, по своему милосердию, даруй мне умилительные слезы.

И ныне, Богородичен:

Богородице, надежда и помощь всем прославляющим Тебя! Сними с меня обременительную тяжесть греха и, как Непорочная Владычица, приими меня кающегося.

Песнь 2

Ирмос: Внемли, Небо, я буду возвещать и воспевать Христа, пришедшего во плоти от Девы.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

И мне грех сшил «кожаные ризы», сняв с меня боготканную прежнюю одежду.

Как смоковными листьями облекся я одеянием стыда в изобличение самовольных страстей моих (Быт. 3: 7).

Я нарядился в постыдно запятнанную и гнусно окровавленную истечениями страстной и любосластной жизни одежду.

Я подвергся мучению страстей и вещественному тлению, и оттого ныне гнетет меня враг.

Предпочтя нестяжательности жизнь, привязанную к земным вещам и любостяжательную, я нахожусь теперь под тяжким бременем.

Я украсил кумир плоти разноцветною одеждою гнусных помыслов и подвергаюсь осуждению.

Я позаботился с усердием об одном внешнем благоукрашении, не обратив внимания на богообразную внутреннюю скинию.

Я засыпал страстями красоту первобытного образа, Спаситель, – Ты, как некогда драхму, взыщи и найди ее (Лк. 16: 8).

Согрешил! И, как блудница, взываю к Тебе: один я согрешил пред Тобою; приими, Спаситель, и от меня миро – слезы (Лк. 7: 37–38).

Спаситель! Как мытарь, я взываю к Тебе – смилуйся надо мною! Я согрешил пред Тобою как никто из чад Адамовых (Лк. 18: 13).

Слава, Троичен:

Воспеваю Тебя Единого в трех Лицах Бога всех, Отца, Сына и Святого Духа.

И ныне, Богородичен:

Пречистая Богородице Дево, Ты одна всеми воспеваемая, усердно моли о нашем спасении.

Песнь 3

Ирмос: На камне Твоих заповедей утверди, Господи, поколебавшееся сердце мое, ибо Ты один Свят и Господь.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

В Тебе, Истребителе смерти, нашел я источник жизни, и прежде кончины взываю к Тебе от сердца моего: согрешил я, смилуйся, спаси меня.

Согрешил я, Господи, согрешил пред Тобою, смилуйся надо мною, ибо между людьми нет грешника, которого бы не превзошел я прегрешениями.

Я подражал необузданно поступившим современникам Ноя, унаследовал их жребий – потопления потопом (Быт. 6: 1–17).

Подражая отцегубителю Хаму, ты не прикрыла, душа, отвернувшись назад лицом, срамоты ближнего (Быт. 9: 22–23).

Избегай, душа моя, воспламенения греха; как Лот, убегай от Содома и Гоморры, избегай пламени всякого безрассудного стремления (Быт. 19: 15–17).

Господи! Помилуй, взываю к Тебе, помилуй меня, когда придешь с ангелами Своими воздать всем по достоинству их дел.

Слава, Троичен:

Несозданная, Безначальная по естеству, прославляемая в трех Ипостасях Простая Троица, спаси нас, с верою поклоняющихся Твоей власти.

И ныне, Богородичен:

Богородительница! Ты, не испытавши мужа, во времени родила прежде век от Отца исходящего Сына и, о странное чудо, сохранив девство при млекопитании.

Песнь 4

Ирмос: Господи! Пророк услышал о Твоем пришествии и устрашился, что Ты хочешь родиться от Девы и явиться людям, и сказал: «Я услышал о Тебе весть и устрашился»; слава силе Твоей, Господи.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Бодрствуй, душа моя, совершенствуйся, по примеру великого патриарха, дабы приобрести тебе дело по разуму, дабы обогатиться прозирающим Бога умом, в созерцании проникнуть в неприступный мрак и соделаться великим приобретателем (Быт. 32: 28).

Породив двенадцать патриархов, великий из патриархов таинственно утвердил для тебя, душа моя, лестницу деятельного восхождения, премудро расположив детей как ступени, а свои шаги как восхождения по ним.

По подражанию презираемому Исаву отдала ты, душа, своему соблазнителю первенство первоначальной красоты, лишилась отеческого благословения и, двояко несчастная, подпала соблазну – деятельностью и разумом, посему ныне покайся (Быт. 25: 32; 27: 37; Мал. 1: 2–3).

За крайнюю женопохотливость Исав был прозван Едомом. Пылая постоянно невоздержанием и оскверняясь любострастием, он был наименован Едом, что значит «распаление души грехолюбивой» (Быт. 25: 30).

Слышав об Иове, сидевшем на сорной куче, ты, душа моя, не соревновала ему в мужестве – не имела твердой воли во всем, что узнала, что видела, что испытала, но оказалась нетерпеливою (Иов. 1: 1–22).

Бывший прежде на троне – теперь обнаженный и покрытый струпьями, на навозе; богатый детьми и известный – внезапно бездетен и бездомен; навозную кучу считал он своим чертогом и струпы – драгоценными камнями (Иов. 2: 1–13).

Слава, Троичен:

Единое, нераздельное по существу и неслиянное в Лицах Божество Святой Троицы! Тобою – Соцарственное и Сопрестольное – я научаюсь боговедению. Я возношу Тебе троекратно в мире горнем воспеваемую песнь (Ис. 7: 1–3).

И ныне, Богородичен:

Ты, Богородице, и рождаешь, и вместе остаешься Девою, сохраняя и в том и в другом случае по естеству девство. Из Тебя Родившийся обновляет законы естества, а рождает девственное чрево. Где восхощет Бог, там нарушается порядок природы, ибо Он творит, что благоизволит.

Песнь 5

Ирмос: Человеколюбче! Молюсь: просвети меня, бодрствующего от ночи, путеводи меня в Твоих повелениях и научи меня, Спаситель, исполнять Твою волю (Пс. 62: 2; 118: 45).

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Ты слышала, душа, о корзинке с Моисеем, в древности носимой водяными волнами реки и избегшей горестного последствия фараонова замысла (Исх. 2: 3).

Если ты слышала, несчастная душа, о повивальных бабках, истреблявших некогда исполнение целомудрия – младенцев мужского пола, то теперь, подобно Моисею, млекопитайся мудростью (Исх. 1: 8–22).

Нанесши, как великий Моисей египтянину, удар разуму, ты, несчастная душа, не убила его; как же, скажи, ты будешь вселяться в пустыню страстей через покаяние? (Исх. 2: 11–12).

Великий Моисей поселился в пустыне; иди же и ты, душа, подражай его жизни, дабы и тебе присутствовать при созерцании богоявления в купине (Исх. 3: 2–3).

Моисейский жезл, ударивший море и сгустивший глубину, изобрази, душа, знамением божественного Креста, которым и ты можешь совершить великое (Исх. 14: 21–22).

Аарон приносил Богу огонь чистый, беспримесный; но Офни и Финеес принесли Богу, как ты, душа, жизнь нечистую, отчужденную от Бога (Цар. 2: 12–13).

Слава, Троичен:

Тебя, Пресвятая Троица, мы прославляем, Единого Бога: Свят, Свят, Свят Отец, Сын и Дух – простая Сущность, приснопоклоняемая Единица.

И ныне, Богородичен:

Нетленная, не познавшая мужа Матерь–Дево! Из Тебя облекся в мой состав сотворивший века Бог и в Себе самом соединил человеческое естество.

Песнь 6

Ирмос: От всего сердца моего я воззвал к милосердому Богу, и Он услышал меня из ада преисподнего и воззвал жизнь мою от тления.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Волны моих грехов, обратившись, как в Чермном море, внезапно некогда покрыли меня, как египтян и всадников (Исх. 14: 26–28; 15: 4–6).

Нерассудителен твой выбор, душа, как у древнего Израиля. Божественной манне ты предпочла безрассудно сластолюбивое пресыщение страстями (Чис. 21: 5).

Камню с жилою (воды), из которого река премудрости, как чаша, проливает струи богословия, ты, душа, предпочла колодцы хананейских помыслов (Быт. 21: 25; Исх. 17: 6).

Свиное мясо, котлы и египетскую пищу ты, душа моя, предпочла пище небесной, как безрассудный народ в пустыне (Исх. 16: 3).

Когда раб Твой Моисей ударил жезлом о камень, тогда он образно предызобразил Животворящее Твое ребро, Спаситель, из которого мы почерпаем напиток жизни.

Исследуй, подобно Иисусу Навину, и обозри, душа, землю обетованную, какова она, и поселись в ней путем исполнения закона.

Слава, Троичен:

Отец, Сын и Божественный Дух свидетельствуют, что они суть несложная, нераздельная, Лично раздельная Троица и соединенная естеством Единица.

И ныне, Богородичен:

Богородице! Твоя утроба родила нам принявшего наш образ Бога, Которого как Творца всего умоляй, дабы нам оправдаться по Твоим молитвам.

Господи, помилуй (трижды).

Слава: И ныне:

Кондак , глас 6:

Душа моя, душа моя! Восстань, что ты спишь? Конец приближается, и ты смутишься. Итак, трезвись же, дабы тебя пощадил везде Сущий и все Исполняющий Христос Бог.

Песнь 7

Ирмос: Мы грешили, беззаконствовали, неправо поступали пред Тобою; не сохранили, не исполнили, что заповедал Ты нам, но, Боже отцов, не оставь нас до конца (Дан. 9: 5–6).

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Когда ковчег везом был на колеснице, то известный Оза, в то время как телец свернул в сторону, лишь только прикоснулся, испытал на себе гнев Божий, но, душа, избегая его дерзости, благоговейно почитай Божественное (2 Цар. 6: 6–7).

Ты слышала об Авессаломе, как он восстал на природу, знаешь омерзительные поступки его, которыми он обесчестил ложе отца – Давида; но ты сама подражала его страстным и сластолюбивым порывам (2 Цар. 15: 1–37; 16: 21).

Свободное свое достоинство ты подчинила, душа, своему телу, ибо нашедши другого Ахитофела – врага, ты склонилась на его советы; но их рассеял Сам Христос, дабы ты всесовершенно спасена была (2 Цар. 16: 20–21).

Чудный Соломон, будучи преисполнен дара премудрости, некогда, сотворив злое пред Богом, отступил от Него. Ему ты сама уподобилась, душа, по жизни, достойной проклятия (3 Цар. 3: 12; 11: 4–6).

Увлекшись удовольствиями страстей, он (Соломон) осквернился. Увы! Ревнитель премудрости явился любителем распутных женщин и чуждым для Бога. Ты сама, душа, по уму подражала ему постыдным сладострастием (3 Цар. 11: 6–8).

Ты соревновала, душа, не послушавшему старческого совета Ровоаму, а вместе и непотребнейшему рабу, древнему мятежнику Иеровоаму. Но оставь подражание и взывай к Богу: я согрешила, смилуйся надо мною (3 Цар. 12: 13–14; 12: 20).

Слава, Троичен:

Бог–Троица воспевается как Троица простая, нераздельная, единосущная, Единая Естеством, как Светы и Свет, и Три Святы, и Едино Лицо Свято; но, душа, воспой, прославь Жизнь и Жизни – Бога всех.

И ныне, Богородичен:

Мы воспеваем Тебя, благословляем и поклоняемся Тебе, Богородительница, так как Ты породила Единого из нераздельной Троицы, Христа Бога, и Сама открыла нам, живущим на земле, Небесное.

Песнь 8

Ирмос: Все существа и творения, воспевайте, благословляйте и превозносите во все века Того, Кого прославляют воинства Небесные и трепещут Херувимы и Серафимы.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Соревновав Озии, ты носишь в себе, душа, вдвойне его проказу, так как о недолжном мыслишь и беззаконное делаешь. Брось то, чем ты владеешь, и прибегай к покаянию (4 Цар. 15: 5; 2 Пар. 26: 19).

Ты слышала, душа, о покаявшихся Богу в «рубище и пепле» ниневитянах; им ты не подражала, но оказалась невежественнейшею всех согрешивших до и после закона (Ион. 3: 5).

Ты слышала, душа, о Иеремии, в грязной яме с рыданиями взывавшем к городу Сиону и искавшем слез; подражай его жизни – и спасешься (Иер. 38: 6).

Предвидя обращение ниневитян, Иона бежал в Фарсис, ибо, как пророк, он знал милосердие Божие и к тому же пламенел ревностию, дабы не оболгалось пророчество (Ион. 1: 3).

Ты, душа, слышала, как Даниил во рве заградил уста зверей, узнала, как бывшие с Азариею отроки верою угасили разжженный пламень печи (Дан. 14: 31; 3: 24).

Я всех привел тебе, душа, в пример из Ветхого Завета; подражай богоугодным деяниям праведных, а грехов людей порочных – избегай.

Слава, Троичен:

Безначальный Отче, Собезначальный Сыне, Утешитель добрый, Дух правды, Родитель Слова Божия, Безначальное Слово Отца, Животворящий и Созидающий Дух – Единая Троица, помилуй меня.

И ныне, Богородичен:

Пречистая! Мысленная багряница, плоть Эммануила, соткалась внутри Твоего чрева как бы из вещества пурпурного: потому мы почитаем Тебя, истинную Богородицу.

Песнь 9

Ирмос: Рождество от бессеменного зачатия неизъяснимо; Плод безмужней Матери нетленен; рождение Бога обновляет естества; посему Тебя мы, все роды, православно величаем как Матерь Богоневесту.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Христос был искушаем; диавол искушал, показывая камни, чтобы они обратились в хлебы, он (диавол) возвел на гору, чтобы во мгновение видеть все царства мира; бойся, душа, сего дела, трезвись и ежечасно молись Богу (Мф. 4: 3–9).

Пустыннолюбивая горлица, голос вопиющего, Христов Светильник, вопиял, проповедуя покаяние; а Ирод бесчинствовал с Иродиадою; озирай, душа, как бы тебе не запутаться в беззаконных сетях, возлюби же покаяние (Песн. 2: 12; Ис. 40: 3; Мф. 3: 8; 14: 3; Мк. 6: 17; Лк. 3: 19–20).

Предтеча благодати обитал в пустыне. Со всей Иудеи и Самарии стекались слушающие его и исповедывали грехи свои, с усердием принимая крещение. Но ты, душа, не подражала им (Мф. 3: 1–6; Мк. 1: 3–7).

Брак честен и ложе непорочно: ибо Христос благословил их некогда; в Кане, на браке вкушая пищу плотию и претворяя воду в вино, совершая это первое чудо, дабы ты, душа, изменилась (Евр. 13: 4; Ин. 2: 1–4).

Христос укрепил расслабленного, поднявшего свой одр, возбудил умершего юношу, детище вдовицы, исцелил сотникова слугу и, открыв Себя самаряныне, предначертал тебе, душа, служение Богу духом (Мф. 9: 6; 8: 13; Лк. 7: 14; Ин. 4: 7–24).

Господь исцелил прикосновением к краю Его одежды кровоточивую, очистил прокаженных, слепых и хромых, просветив, исправил, глухих, немых и согбенную исцелил словом, дабы спаслась ты, несчастная душа! (Мф. 9: 20; 11: 5; Лк. 13: 11–13)

Слава, Троичен:

Станем прославлять Отца, превознесем Сына и с верою поклонимся Божественному Духу – Нераздельной Троице, Единице по существу – как животворящему и просвещающему пределы Свету и Светам, Жизни и Жизням.

И ныне, Богородичен:

Пречистая Богородительница! Охраняй Свой град. Под Твоею защитою он царствует с верою, и от Тебя получает крепость, и при Твоем содействии неотразимо побеждает всякое бедствие, берет в плен врагов и держит их в подчинении.

Преподобный отче Андрее, моли Бога о нас.

Достоублажаемый Андрее, пастырь Критский! Не переставай молиться за воспевающих тебя, чтобы нам всем, искренно почитающим память твою, избавиться от греха, скорби, вреда и безмерных прегрешений.

Ирмос: Рождество от бессеменного зачатия неизъяснимо; Плод безмужней Матери нетленен; рождение Бога обновляет естества; посему Тебя мы, все роды, православно величаем как Матерь Богоневесту.

В среду первой недели Великого поста

Глас 6

Песнь 1

Ирмос: Помощник и Покровитель явился мне ко спасению; Он Бог мой, и прославлю Его, Бога отца моего, и превознесу Его, ибо Он торжественно прославился (Исх. 15: 1–2).

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

С юности, Христе, я пренебрегал Твоими заповедями – неудержимо страстно, не радея, не заботясь проводил я жизнь. Спаситель! Потому–то и взываю к Тебе: спаси меня хотя при конце.

Спаситель! Не низринь меня, повергнувшегося пред вратами Твоими, во ад, хотя в старости. Как Человеколюбец, даруй мне оставление прегрешений прежде кончины!

Растратив на распутство свою природу, я, Спаситель, пустыня по плодам благочестия, не имея пищи, взываю: «Отец милосердый! Поспеши и смилуйся надо мною!»

По моим помыслам я человек, попавшийся разбойникам; ими я весь изъязвлен, покрыт ранами, но Ты, Христос Спаситель, Сам приди и исцели меня [Лк. 10:30].

Заметив меня, священник прошел мимо, презрел и Левит, видя меня в ужасном положении, обнаженного. Но Ты, воссиявший от Марии, Иисусе, приди и смилуйся надо мною! (Лк. 10: 31–32)

Преподобная мати Мария, моли Бога о нас.

Ты даруй мне, Марие, светолучную благодать Вышнего Божественного Промысла – избежать мрака страстей и усердно воспеть прекрасные подвиги твоей жизни.

Слава, Троичен:

Присносущная Троица, Которой мы поклоняемся в одном Лице, сними с меня обременительную тяжесть греха и, по Своему милосердию, даруй мне умилительные слезы.

И ныне, Богородичен:

Богородице, надежда и помощь всем прославляющим Тебя! Сними с меня обременительную тяжесть греха и, как Непорочная Владычица, приими меня кающегося.

Песнь 2

Ирмос: Внемли, Небо, я буду возвещать и воспевать Христа, пришедшего во плоти от Девы.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Подобно Давиду, я необузданно пал и изгрязнился; но омой и меня, Спаситель, слезами (2 Цар. 11: 4).

Ни слез, ни покаяния, ни умиления нет у меня; Ты, Спаситель, как Бог, даруй мне сие Сам.

Я погубил первозданную красоту и благообразие мое и теперь лежу нагим и стыжусь.

Господи, Господи! Не затвори предо мною в это время дверь; но отвори ее для меня, кающегося пред Тобой! (Мф. 7: 21–23; 25: 11)

Внемли, Спаситель, стенаниям души моей; прими слезы очей моих и спаси меня.

Ты, желающий всем быть спасенными, Человеколюбец, призови меня по доброте и приими меня кающегося (1 Тим. 2: 4).

Пресвятая Богородица, спаси нас.

Пречистая Богородице Дево, Ты одна всеми воспеваемая, усердно моли о нашем спасении.

Ирмос: Видите, видите, что Я Бог, в древности одождивший манну и источивший воду из камня для народа Моего в пустыне единою десницею и крепостию Моею (Исх. 16: 14; 17: 6).

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Видите, видите, что Я Бог! Внимай, душа моя, взывающему Господу, оставь прежний грех и побойся как праведного Судию и Бога.

Душа многогрешная! Кому ты стала подобна, поразивши камнями–злодействами тело и умертвивши разум безрассудными помыслами, как не первому Каину и тому Ламеху? (Быт. 4: 1–26)

Пробежавши взором всех живших до закона, увы, не уподобилась, душа, Сифу, не подражала Еносу, ни Еноху чрез преселение, ни Ною, но оказалась чуждой жизни праведников (Быт. 5: 1–32).

Ты одна, душа моя, отверзла бездны гнева Бога своего и потопила, как землю, всю плоть, и дела, и жизнь, и осталась вне спасительного ковчега (Быт. 7: 1–24).

Преподобная мати Мария, моли Бога о нас.

Отвратившись от прямого пути греха, ты с полным усердием и любовью прибегла ко Христу, живя в непроходимых пустынях и безукоризненно исполняя божественные Его заповеди.

Слава, Троичен:

Безначальная несозданная Троица, нераздельная Единица! Приими меня кающегося, спаси согрешившего, я Твое создание; не презри, но пощади и избавь меня от наказания огнем.

И ныне, Богородичен:

Пречистая Владычица, Богородительница, надежда для прибегающих к Тебе и пристань для застигнутых бурей! Твоими молитвами умилостивь и для меня милостивого Создателя и Твоего Сына.

Песнь 3

Ирмос: На камне Твоих заповедей утверди, Господи, поколебавшееся сердце мое, ибо Ты один Свят и Господь.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Ты, злосчастная душа, не унаследовала Симова благословения и не получила подобно Иафету обширного владения – на земле отпущения (Быт. 9: 26–27).

Выйди, душа моя, из земли Харран – греха; поспешай в землю, источающую вечно живое нетление, которую Авраам унаследовал (Быт. 12: 1–6).

Ты слышала, душа моя, про Авраама, оставившего в древности отеческую землю и сделавшегося странником – подражай его решимости (Быт. 12: 1–7).

Угостив Ангелов под дубом Мамврийским, Авраам на старости получил добычу обетования (Быт. 18: 1).

Узнавши про Исаака, таинственно принесенного Господу новой жертвою всесожжения, подражай, злосчастная душа, его решимости (Быт. 22: 2).

Ты слышала об изгнанном, как порождении рабыни, Измаиле. Трезвись, душа моя, чтобы и ты, отдаваясь похотям, не претерпела бы чего–либо подобного (Быт. 21: 10–11).

Преподобная мати Мария, моли Бога о нас.

Охвачен я, матерь, бурей и треволнением прегрешений, но ты сама спаси меня ныне и приведи к пристанищу божественного покаяния.

Преподобная мати Мария, моли Бога о нас.

Преподобная! Принесши и ныне усердное моление к умилостивленной твоими молитвами Богородице, отверзи и для меня божественные входы.

Слава, Троичен:

Простая, Несозданная Троица, Безначальное в троичности Лиц воспеваемое Существо! Спаси нас, с верою поклоняющихся державе Твоей.

И ныне, Богородичен:

Ты, Богородительница, без мужа родила вне времени родившегося от Отца Сына и – дивное чудо! – пребыла Девою при млекопитании.

Песнь 4

Ирмос: Господи! Пророк услышал о Твоем пришествии и устрашился, что Ты хочешь родиться от Девы и явиться людям, и сказал: «Я услышал о Тебе весть и устрашился»; слава силе Твоей, Господи.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Тело мое осквернено, изгрязнен дух, я весь покрыт струпами; но Ты, Христе, как врач, уврачуй и то и другое моим покаянием, омой, очисти, сними пятно и яви меня чистейшим снега, Спаситель.

Ты, Слово, распинаемый, предложил за всех Твое тело и кровь; тело – чтобы воссоздать меня, кровь, чтобы омыть меня, и дух Ты, Христе, предал, дабы привести меня к Твоему Родителю.

Посреди земли Ты, Милосердый, устроил спасение, дабы мы спаслись; Ты добровольно распялся на древе; отверзся заключенный Едем; Тебе поклоняются горние и дольние и все спасенные Тобою народы (Пс. 73: 12).

Да будет мне, Слово, купелью и вместе питием источившим воду оставления грехов кровь из Твоего ребра, чтобы, помазуясь и напояясь Твоими животворными словами, как мазью и питием, я делался чистым с той и другой стороны (Ин. 19: 34).

Спаситель наш! Живоносное Твое ребро, из которого излился нам в образ – обоих вместе Ветхого и Нового Заветов двойной поток – оставления грехов и разумения, – Церковь приобрела себе вместо чаши.

Я лишен брачного чертога, лишен брака и вечери; светильник, как безъелейный, погас, брачная комната заключена во время моего сна; вечеря кончена, а я связанным по рукам и ногам низвержен вон (Мф. 25: 1–13; Лк. 12: 35–37; 13: 24–27; 14: 8–24).

Слава, Троичен:

Единое, нераздельное по существу и неслиянное в Лицах Божество Святой Троицы! Тобою – Соцарственное и Сопрестольное – я научаюсь боговедению. Я возношу Тебе троекратно в мире горнем воспеваемую песнь (Ис. 6: 1–3).

И ныне, Богородичен:

Ты, Богородице, и рождаешь и вместе остаешься Девою, сохраняя и в том и в другом случае по естеству девство. Из Тебя Родившийся обновляет законы естества, а рождает девственное чрево. Где восхощет Бог, там нарушается порядок природы, ибо Он творит, что благоизволит.

Песнь 5

Ирмос: Человеколюбче! Молюсь: просвети меня, бодрствующего от ночи, путеводи меня в Твоих повелениях и научи меня, Спаситель, исполнить Твою волю (Пс. 62: 2; 118: 35).

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Владыко, по упорству я стал как ожесточенный нравом фараон; по душе и телу я Ианний, и Иамврий, и погрязший умом, но помоги мне (Исх. 7: 11; 2 Тим. 3: 8).

Смешался я умом моим с грязью, но, Владыко, молю Тебя, омой меня в купели слез моих и сделай белою, как снег, одежду плоти моей.

Если я стану исследовать свои дела, Спаситель, то нахожу, что я превзошел грехами всех людей, ибо я грешил в сознании мыслей, а не в неведении.

Пощади, пощади, Господи, создание Твое! Согрешил я – прости мне; ибо Ты один только чист по естеству и никто другой, кроме Тебя, не пребывает без порока.

Ты для меня, Спаситель, принял мой образ, пребывая Богом, проявил чудеса, исцеляя прокаженных, укрепляя расслабленных и остановивши кровотечение у кровоточивой чрез прикосновение к краю ризы (Мф. 9: 20; Мк. 5: 25–27; Лк. 8: 43–44)].

Преподобная мати Мария, моли Бога о нас.

Преподобная, ты нашла безболезненный покой, перейдя поток Иорданский, избежавши удовольствия плоти, от которого, по молитвам твоим, нас избавляй.

Слава, Троичен:

Тебя, Пресвятая Троица, мы прославляем за Единого Бога: Свят, Свят, Свят Отец, Сын и Дух – простая Сущность, приснопоклоняемая Единица.

И ныне, Богородичен:

Нетленная, не познавшая мужа Матерь Дево! Из Тебя облекся в мой состав сотворивший века Бог и в Себе Самом соединил человеческое естество.

Песнь 6

Ирмос: От всего сердца моего я воззвал к милосердому Богу, и Он услышал меня из ада преисподнего и воззвал жизнь мою от тления.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Восстань, противовоюй с плотскими страстями, как Иисус с Амаликом, всегда побеждая и гаваонитян – обольстительные помыслы (Исх. 17: 8; Нав. 8: 21).

Душа! Бог повелевает: перейди, как некогда кивот, текущее естество времени и войди в обладание тою землею обетования (Нав. 3: 17).

Подобно тому как Ты спас возопившего Петра, поспешивши, и меня спаси, Спаситель, простерши руку Свою, избавь меня от чудовища и изведи из глубины греха (Мф. 14: 31).

Владыко, Владыко Христе! На Тебя, Тихое Пристанище, я взираю. Итак, поспешивши, избавь меня от непроходимых глубин греха и отчаяния.

Слава, Троичен:

Отец, Сын и Божественный Дух свидетельствуют, что они суть Несложная, Нераздельная, Лично раздельная Троица и соединенная естеством Единица.

И ныне, Богородичен:

Богородице! Твоя утроба родила нам принявшего наш образ Бога, Которого как Творца всего умоляй, дабы нам оправдаться по Твоим молитвам.

Господи, помилуй (трижды).

Слава: И ныне:

Кондак , глас 6:

Душа моя, душа моя! Восстань, что ты спишь? Конец приближается, и ты смутишься. Итак, трезвись же, дабы тебя пощадил везде Сущий и все Исполняющий Христос Бог.

Песнь 7

Ирмос: Мы грешили, беззаконствовали, неправо поступали пред Тобою, не сохранили, не исполнили, что заповедал Ты нам, но, Боже отцов, не оставь нас до конца (Дан. 9: 5–6).

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Ты, душа, добровольно скопила Манассиины преступления, воздвигнувши страсти вместо мерзостей и увеличивши предметы ненависти; так приобрети же, горячо соревнуя его покаянию, умиление (4 Цар. 21: 1–2).

Увы, душа моя, ты соревновала с Ахавом в мерзостях, сделалась прибежищем (постоялым двором) плотских нечистот и поганым сосудом страстей, но воздохни из глубины своей и поведай Богу грехи свои (3 Цар. 16: 30).

Подобно тому, как сие случилось в то время, когда Ахав пренебрег речами Илии Фесфитянина, и для тебя, душа, закрыто небо. Но будь подобна Сарептской вдовице – напитай душу пророка (3 Цар. 17: 8–9).

Некогда Илия, когда истреблял в обличение Ахава пророков мерзости, попалил сто служителей Иезавелиных, но ты, душа, избегай подражания обоим им и крепись в воздержании (4 Цар. 1: 10–15).

Слава, Троичен:

Бог–Троица воспевается как Троица простая, нераздельная, единосущная, Единая Естеством, как Светы и Свет, и Три Святы, и Едино Лицо Свято, но, душа, воспой, прославь Жизнь и Жизни – Бога всех.

И ныне, Богородичен:

Мы воспеваем Тебя, благословляем и поклоняемся Тебе, Богородительница, так как Ты породила Единого из нераздельной Троицы, Христа Бога, и Сама открыла нам, живущим на земле, Небесное.

Песнь 8

Ирмос: Все существа и творения, воспевайте, благословляйте и превозносите во все века Того, Кого прославляют воинства Небесные и трепещут Херувимы и Серафимы.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Правосудный Спаситель! Помилуй и избавь меня от огня и наказания, которому я справедливо должен подвергнуться на суде; при посредстве добродетели и покаяния прости меня прежде кончины.

«Помяни меня, Спаситель», – взываю, как разбойник; как Петр, я горько плачу; как мытарь, издаю вопль; будь милостив ко мне, лью слезы, как блудница; приими, как некогда от хананеянки, мое жалобное рыдание (Лк. 7: 37–38; 18: 13; 23: 42; 22: 62; Мф. 15: 22).

Единый врач – Спаситель! Исцели гниение смиренной души моей; приложи мне пластырь, елей и вино – дела покаяния и умиления со слезами.

Подражая хананеянке, и я взываю к Сыну Давидову: «Помилуй меня»; как кровоточивая, касаюсь края ризы; плачу, как Марфа и Мария над Лазарем (Мф. 9: 20; 15: 22; Ин. 11: 33).

Слава, Троичен:

Безначальный Отче, Собезначальный Сыне, Утешитель добрый, Дух правды, Родитель Слова Божия, Безначальное Слово Отца, Животворящий и Созидающий Дух – Единая Троица, помилуй меня.

И ныне, Богородичен:

Пречистая! Мысленная багряница, плоть Эммануила, соткалась внутри Твоего чрева как бы из вещества пурпурного: потому мы почитаем Тебя, истинную Богородицу.

Песнь 9

Ирмос: Рождество от бессеменного зачатия неизъяснимо; Плод безмужней Матери нетленен; рождение Бога обновляет естества; посему Тебя мы, все роды, православно величаем как Матерь Богоневесту.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Христос Слово, врачуя болезни, благовествовал нищим, исцелял увечных, вкушал с мытарями, беседовал с грешниками и прикосновением руки возвратил уже преставившуюся душу Иаировой дочери (Мф. 4: 23; 9: 10–11; Мк. 5: 41–42).

Мытарь спасся, и блудница сделалась целомудренною, а выхваляющийся фарисей подвергся осуждению; ибо «будь милостив», – взывал первый, «помилуй меня», – вторая, а последний кичился, возглашая: «Боже, благодарю Тебя» и последующие (за сим) речи безумия (Лк. 7: 46–47; 18: 14).

Мытарь был Закхей и однако приобрел спасение; Симон фарисей соблазнился, а блудница получила от Имущего власть отпускать грехи – отпустительные разрешения; поспешай, душа, и ты подражать ей (Лк. 7: 39; 19: 9; Ин. 8: 3–11).

Ты не подражала, несчастная душа, блуднице, которая, взяв сосуд с миром, мазала со слезами и отирала волосами ноги Спасителя, раздравшего рукописание прежних ее прегрешений (Лк. 7: 37–38).

Ты, душа моя, знаешь, как прокляты города, которым Христос благовестил Евангелие; страшись этого примера, чтобы и тебе не быть как они, ибо Владыка, уподобив их городам Содомским, присудил их к аду (Лк. 10: 12–15).

По отчаянию не окажись, душа моя, хуже хананеянки, слышавши о вере, по которой словом Божиим исцелена дочь ее; взывай, как она, Христу из глубины сердца: «Сын Давидов! Спаси и меня» (Мф. 15: 22).

Слава, Троичен:

Станем прославлять Отца, превознесем Сына и с верою поклонимся Божественному Духу – нераздельной Троице, Единице по существу – как животворящему и просвещающему пределы Свету и Светам, Жизни и Жизням.

И ныне, Богородичен:

Пречистая Богородительница! Охраняй Свой град. Под Твоею защитою он царствует с верою, и от Тебя получает крепость, и при Твоем содействии неотразимо побеждает всякое бедствие, берет в плен врагов и держит их в подчинении.

Преподобный отче Андрее, моли Бога о нас.

Достоублажаемый Андрее, пастырь Критский! Не переставай молиться за воспевающих тебя, чтобы нам всем, искренно почитающим память твою, избавиться от гнева, скорби, вреда и безмерных прегрешений.

Ирмос: Рождество от бессеменного зачатия неизъяснимо; Плод безмужней Матери нетленен; рождение Бога обновляет естества; посему Тебя мы, все роды, православно величаем как Матерь Богоневесту.

В четверг первой седмицы Великого поста

Глас 6

Песнь 1

Ирмос: Помощник и Покровитель явился мне ко спасению: Он Бог мой, и прославлю Его; Бог отца моего, и превознесу Его, ибо Он торжественно прославился (Исх. 15: 1–2).

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Агнец Божий, взявший грехи всех! Сними с меня обременительную тяжесть греха и, как милосердый, даруй мне слезы умиления (Ин. 1: 29).

К Тебе я припадаю, Иисусе; согрешил я пред Тобою; смилуйся надо мною, сними с меня обременительную тяжесть греха и, как милосердый, даруй мне слезы умиления.

Не входи со мною в суд, внося мои дела, исследуя слова и изобличая стремления, но по щедротам Твоим, презирая мои несчастия, спаси меня, Всесильный.

Время покаяния! К Тебе прихожу, моему Создателю; сними с меня обременительную тяжесть греха и, как милосердый, даруй мне слезы умиления.

В грехе расточив богатство души, я лишен благочестивых подвигов; но, испытывая голод, взываю: Господь, Податель милости, спаси меня!

Преподобная мати Мария, моли Бога о нас.

Склонившись пред божественными законами Христа, ты, оставив необузданные стремления к наслаждениям, к Нему приступила и всеблагоговейно выполнила все, как одну, добродетели.

Слава, Троичен:

Присносущная Троица, Которой мы поклоняемся в одном Существе, сними с меня обременительную тяжесть греха и, по Своему милосердию, даруй мне умилительные слезы.

И ныне, Богородичен:

Богородице, надежда и помощь всем прославляющим Тебя! Сними с меня обременительную тяжесть греха и, как Непорочная Владычица, приими меня кающегося.

Песнь 2

Ирмос: Видите, видите, что Я Бог, в древности одождивший манну и источивший воду из камня для народа Моего в пустыне единою десницею и крепостию Моею (Исх. 16: 14; 17: 6).

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

«Я убил, – вопиял, рыдая, Ламех, – мужа в язву мне и юношу в струп», а ты, душа моя, изгрязнивши плоть и испятнав ум, не трепещешь? (Быт. 4: 23)

Ты умудрилась бы, душа, построить своими вожделениями башню и воздвигнуть крепость, если бы Творец не смешал замыслы твои и не низверг на землю твои изобретения (Быт. 11: 3–4).

О, сколь подражал я прежнему убийце Ламеху, убивши сластолюбивыми стремлениями душу, как мужа, ум – как юношу, тело же, – как убийца Каин – как брата.

Некогда Господь одождил огонь от Господа, попалив пылающее страстями беззаконие содомлян; ты же, душа, разожгла геенский огонь, в котором должна будешь сгореть (Быт.19: 24).

Покрылся я ранами, избит побоями; вот пронзившие мою душу и тело стрелы, струпы, повреждения громко выкликивают следы ударов самопроизвольных моих страстей.

Преподобная мати Мария, моли Бога о нас.

Утопая в бездне зол, ты, Мария, простерла свои руки к милосердному Богу, и Он, всячески ищущий твоего обращения, человеколюбиво подал тебе, как Петру, божественную руку (Мф. 14: 31).

Слава, Троичен:

Безначальная несозданная Троица, нераздельная Единица! Приими меня кающегося, спаси согрешившего, я – Твое создание; не презри, но пощади и избавь меня от наказания огнем.

И ныне, Богородичен:

Пречистая Владычица, Богородительница, Надежда для прибегающих к Тебе и пристань для застигнутых бурей! Твоими молитвами умилостивь и для меня милостивого Создателя и Твоего Сына.

Песнь 3

Ирмос: На камне Твоих заповедей утверди, Господи, поколебавшееся сердце мое, ибо Ты один Свят и Господь.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Порабощенная произволом и породивши нового Измаила – дерзость, – ты стала, душа, подобна древней египтянке – Агари (Быт. 16: 16).

Ты знала, душа моя, о представлявшейся от земли до неба Иаковлевой лестнице; почему же ты не стяжала безопасного восхода – благочестия? (Быт. 28: 12)

Уподобляйся священнику Божию и одинокому царю Мелхиседеку – образу жизни Христа среди людей в мире! (Быт. 14: 8; Евр. 7: 1–3)

Обратись и восстенай, несчастная душа, прежде чем дойдет до конца праздник жизни, прежде нежели Господь заключит дверь чертога брачного.

Обратившись назад, не сделайся, душа, соляным столбом; да устрашит тебя пример содомлян, спасайся горе в Сигор (Быт. 19: 19–23; 9: 26).

Не отринь, Владыко, моления воспевающих Тебя, Человеколюбче! Умилосердись и просящим с верою даруй прощение.

Слава, Троичен:

Простая, Несозданная Троица, безначальное в троичности Лиц воспеваемое Существо! Спаси нас, с верою поклоняющихся державе Твоей.

И ныне, Богородичен:

Ты, Богородительница, без мужа родила вне времени родившегося от Отца Сына и – дивное чудо! – пребыла Девою при млекопитании.

Песнь 4

Ирмос: Господи! Пророк услышал о Твоем пришествии и устрашился, что Ты хочешь родиться от Девы и явиться людям, и сказал: «Я услышал о Тебе весть и устрашился»; слава силе Твоей, Господи.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Кратко и переполнено порочностью время жизни моей, но приими меня в покаянии и призови к познанию (истины), дабы не стать мне добычею и пищею врага; Ты Сам, Спаситель, умилосердись надо мной! (Быт. 47: 9)

Облеченный царским достоинством, венцом и багряницею, изобиловавший богатством и многими стадами, обладавший многими имениями, человек справедливый, внезапно обнищавши богатством, славой и царством, остригся (в знак печали) (Иов. 1: 1–22).

Если он был праведным и безукоризненным более всех, но не избежал изветов и сетей обольстителя, то ты, грехолюбивая несчастная душа, что будешь делать, если бы случилось, что на тебя устремлено нечто из неожиданного?

Без причины и понапрасну бываю я ныне велеречивым и дерзким в сердце. Един Милосердый и Правосудный! Не осуди меня с фарисеем, но даруй мне смирение мытаря и сопричисли с ним.

Милосердый! Знаю – согрешил я, надругавшись над сосудом моей плоти, но приими меня в покаянии и призови к познанию истины, дабы не стать мне добычею и пищею врага; Ты Сам, Спаситель, умилосердись надо мной!

Причиняя страстями вред моей душе, я сделался, Милосердый, сам для себя истуканом, но приими меня в покаянии и призови к познанию истины, дабы не стать мне добычею и пищею врага; Ты Сам, Спаситель, умилосердись надо мной!

Не слушал я Твоего, Законодатель, голоса, не обращал внимания на Твое Писание; но приими меня в покаянии и призови к познанию истины, дабы не стать мне добычею и пищею врага; Ты Сам, Спаситель, умилосердись надо мной!

Преподобная мати Мария, моли Бога о нас.

Увлеченная в глубину нелепых великих пороков ты, Мария, не была ею охвачена, но высшим помыслом посредством деятельности явно поднялась до высочайшей добродетели, преславно изумивши естество ангельское.

Слава, Троичен:

Единое, нераздельное по существу и неслиянное в Лицах Божество Святой Троицы! Тобою – Соцарственное и Сопрестольное – я научаюсь боговедению. Я возношу Тебе троекратно в мире горнем воспеваемую песнь (Ис. 6: 1–3).

И ныне, Богородичен:

Ты, Богородица, и рождаешь и вместе остаешься Девою, сохраняя и в том и в другом случае по естеству девство. Из Тебя Родившийся обновляет законы естества, а рождает девственное чрево. Где восхощет Бог, там нарушается порядок природы, ибо Он творит, что благоизволит.

Песнь 5

Ирмос: Человеколюбче! Молюсь: просвети меня бодрствующего от ночи, путеводи меня в Твоих повелениях и научи меня, Спаситель, исполнять Твою волю (Пс. 62: 2; 118: 35).

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Подражай, душа, долу согбенной: приди, припади к ногам Иисуса, дабы Он выпрямил тебя и ты прямо пошла по стезям Господним (Лк. 13: 11–13).

Если Ты, Владыко, и глубокий колодец, то из пречистых жил Твоих источи мне струи, дабы, как Самаряныня, испив, я более не жаждал; ибо Ты источаешь потоки жизни (Ин. 4: 11–15).

Владыко Господи! Да будут для меня Силоамом мои слезы, дабы и мне омыть зеницы сердца и умственно созерцать Тебя – Предвечный Свет! (Ин. 9: 7)

Преподобная мати Мария, моли Бога о нас.

Возжелав с несравненным усердием поклониться древу жизни, ты, Всеблаженная, сподобилась желаемого; удостой же и меня достигнуть высшей славы.

Слава, Троичен:

Тебя, Пресвятая Троица, мы прославляем за Единого Бога: Свят, Свят, Свят Отец, Сын и Дух – простая Сущность, приснопоклоняемая Единица.

И ныне, Богородичен:

Нетленная, не познавшая мужа Матерь–Дево! Из Тебя облекся в мой состав сотворивший века Бог и в Себе Самом соединил человеческое естество.

Песнь 6

Ирмос: От всего сердца моего я воззвал к милосердому Богу, и Он услышал меня из ада преисподнего и воззвал жизнь мою от тления.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Я, Спаситель, та, с царским изображением, драхма, которая потерялась у Тебя издревле; но, Слово, возжегши светильник – Предтечу Своего, – поищи и найди Свой образ (Лк. 15: 8–9).

Восстань и противовоюй, как Иисус Амалика, с плотскими страстями, всегда побеждая и гаваонитян – обольстительные помыслы (Исх. 17: 8; Нав. 8: 21).

Преподобная мати Мария, моли Бога о нас.

Нося огонь в душе своей, Мария, дабы погасить пламень страстей, ты непрестанно проливала потоки слез, преизобилие которых даруй и мне, рабу твоему.

Преподобная мати Мария, моли Бога о нас.

Возвышеннейшим образом жизни на земле, ты, матерь, приобрела небесное бесстрастие, посему ходатайствуй, дабы по твоим молитвам избавились от страстей воспевающие тебя.

Слава, Троичен:

Отец, Сын и Божественный Дух свидетельствуют, что они суть несложная, нераздельная, Лично раздельная Троица и соединенная естеством Единица.

И ныне, Богородичен:

Богородица! Твоя утроба родила нам принявшего наш образ Бога, Которого как Творца всего умоляй, дабы нам оправдаться по Твоим молитвам.

Господи, помилуй (трижды).

Слава: И ныне:

Кондак , глас 6:

Душа моя, душа моя! Восстань, что ты спишь? Конец приближается, и ты смутишься. Итак, трезвись же, дабы тебя пощадил везде Сущий и все Исполняющий Христос Бог.

Песнь 7

Ирмос: Мы грешили, беззаконствовали, неправо поступали пред Тобою; не сохранили, не исполнили, что заповедал Ты нам, но, Боже отцов, не оставь нас до конца (Дан. 9: 5–6).

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Как сновидение пробудившегося исчезли мои дни. Потому–то я плачу на ложе моем, как Езекия, чтобы продлено было для меня время жизни моей. Но какой Исаия предстанет тебе, душа, если не Бог всех? (4 Цар. 20: 3; Ис. 38: 2–6)

Владыко! Я повергаюсь пред Тобою и приношу Тебе, как слезы, слова мои: я согрешил, как не согрешила блудница, и как никто другой на земле, беззаконствовал; но умилосердись, Владыко, над Твоим созданием и призови меня к Себе.

Зарыл я Твой образ и уничтожил Твою заповедь; помрачена во мне вся красота и загашен страстями светильник; но смилуйся, Спаситель! И возврати мне, как поет Давид, веселие (Пс. 50: 14).

Обратись, покайся, открой сокровенное, скажи Всеведущему Богу: Спаситель, Ты один знаешь мои тайны – Сам же и помилуй меня, как воспевает Давид, по Твоей милости (Пс. 50: 3).

Преподобная мати Мария, моли Бога о нас.

Воззвавши к Пречистой Богоматери, ты прежде всего обуздала неистовство жестоко свирепствовавших страстей и посрамила врага обольстителя; даруй же ныне и мне, твоему рабу, помощь в скорби (Пс. 50: 13).

Преподобная мати Мария, моли Бога о нас.

Преподобная! Того, кого ты возлюбила, Кто был предметом твоих желаний, для Кого ты плоть изнуряла, Христа умоляй ныне за рабов твоих, дабы Он, соделавшись милостивым ко всем, укрепил мирное состояние среди почитающих Его.

Слава, Троичен:

Бог–Троица воспевается как Троица простая, нераздельная, единосущная, Единая Естеством, как Светы и Свет, и Три Святы, и Едино Лицо Свято; но, душа, воспой, прославь Жизнь и Жизни – Бога всех.

И ныне, Богородичен:

Мы воспеваем Тебя, благословляем и поклоняемся Тебе, Богородительница, так как Ты породила Единого из Нераздельной Троицы, Христа Бога, и Сама открыла нам, живущим на земле, Небесное.

Песнь 8

Ирмос: Все существа и творения, воспевайте, благословляйте и превозносите во все века Того, Кого прославляют воинства Небесные и трепещут Херувимы и Серафимы.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Спаситель, изливая, как сосуд мира на главу, мои слезы, я, как ищущая милости блудница, взываю к Тебе; приношу моление и прошу внять моему отпущению (Мф. 26: 6–7; Мк. 14: 13; Лк. 7: 37–38).

Если и никто не согрешил пред Тобой, как я, но, Спаситель Милосердый, приими меня в страхе кающегося и в любви воззвавшего: пред Тобой Единым согрешил я! Смилуйся надо мною, Милосердый!

Спаситель, пощади Свое творение и, как пастырь, отыщи пропавшего, предупреди меня, потерявшего путь, исхити от волка, сделай меня ягненком на пастбище Твоих овец (Пс. 118: 176).

О, какой тогда наступит ужас, когда Ты, Спаситель, по Своему милосердию воссядешь Судиею и обнаружишь грозное величие Свое; печь будет гореть при всеобщем трепете пред неумолимым судом Твоим (Мф. 25: 31; 41: 47).

Преподобная мати Мария, моли Бога о нас.

Мария! Просветив, тебя освободила от страстей Матерь незаходного Света, посему, восприявши благодать Духа, просвети искренно восхваляющих тебя!

Преподобная мати Мария, моли Бога о нас.

Узрев в тебе, Матерь, поистине новое чудо, божественный Зосима изумился: ведь он видел ангела, вовеки воспевая Христа, весь исполнился изумления.

Слава, Троичен:

Безначальный Отче, Собезначальный Сыне, Утешитель добрый, Дух правды, Родитель Слова Божия, Безначальное Слово Отца, Животворящий и Созидающий Дух – Единая Троица – помилуй меня.

И ныне, Богородичен:

Пречистая! Мысленная багряница, плоть Эммануила, соткалась внутри Твоего чрева как бы из вещества пурпурного: потому мы почитаем Тебя, истинную Богородицу.

Песнь 9

Ирмос: Рождество от бессеменного зачатия неизъяснимо; Плод безмужней Матери нетленен; рождение Бога обновляет естества; посему Тебя мы, все роды, православно величаем как Матерь Богоневесту.

Помилуй меня, Боже, помилуй меня.

Сын Давидов! Исцелявший словом беснующихся! Умилосердись, спаси меня, помилуй, прореки, как разбойнику, и мне милосердый глас: «Истинно говорю Я тебе, со Мною будешь в раю, когда приду Я в славе Моей» (Лк. 23: 43).

Разбойник Тебя поносил, разбойник же и Богом исповедовал, ибо они оба висели вместе с Тобою на кресте, но, Многомилосердый, отверзи и мне, как уверовавшему разбойнику, познавшему в Тебе Бога, дверь славного Твоего Царства.

Видя Тебя распинаемым, содрогалась тварь, от ужаса распадались горы и камни, и сотрясалась земля, пустела преисподняя и, взирая на Тебя, Иисусе, пригвожденного плотию днем, помрачался свет (Мф. 27: 61–52; Мк. 15: 38; Лк. 23: 45).

Единый Спаситель! Не требуй от меня достойных покаяния плодов, ибо сила моя во мне истощилась. Даруй мне сердце всегда сокрушенное и духовную нищету, чтобы я мог принести их Тебе вместо благоприятной жертвы.

Судия мой и Исследователь! Обещая снова прийти с ангелами для суда над всем миром – пощади тогда, воззрев на меня милостивым Твоим оком, и смилуйся надо мной, Иисусе; ибо я согрешил более всего человеческого рода.

Преподобная мати Мария, моли Бога о нас.

Необычайною своею жизнию, невещественно проживши и превзошедши природу, ты, Мария, изумила всех – как чины ангельские, так и сонмы человеческие, потому–то ты, как бесплотная, шествуя стопами, перешла Иордан.

Преподобная мати Мария, моли Бога о нас.

Преподобная матерь, преклони Творца на милость к восхваляющим тебя, чтобы нам избавиться от отовсюду устремляющихся на нас скорбей и огорчений, а избавившись от искушений, мы не перестанем величать прославившего тебя Господа.

Преподобный отче Андрее, моли Бога о нас.

Досточтимый преблаженнейший Критский пастырь Андрей! Не ослабевай молиться за воспевающих тебя, чтобы нам, искренно почитающих твою память, избавиться от всякого гнева, страдания, вреда и безмерных преступлений.

Слава, Троичен:

Станем прославлять Отца, превознесем Сына и с верою поклонимся Божественному Духу – Нераздельной Троице, Единице по существу – как животворящему и просвещающему пределы Свету и Светам, Жизни и Жизням.

И ныне, Богородичен:

Пречистая Богородительница! Охраняй Свой град. Под Твоею защитою он царствует с верою, и от Тебя получает крепость, и при Твоем содействии неотразимо побеждает всякое бедствие, берет в плен врагов и держит их в подчинении.

Ирмос: Рождество от бессеменного зачатия неизъяснимо; Плод безмужней Матери нетленен; рождение Бога обновляет естества; посему Тебя мы, все роды, православно величаем как Матерь Богоневесту.

Житие преподобной Марии Египетской [1]

«Блюсти царскую тайну хорошо, а открывать и проповедовать дела Божии славно»[2], – так сказал Архангел Рафаил Товиту, когда совершилось дивное исцеление его слепоты. Действительно, не хранить царской тайны страшно и гибельно, а умалчивать о преславных делах Божиих – большая потеря для души. «И я, – говорит святой Софроний[3], написавший житие преподобной Марии Египетской, – боюсь молчанием утаить Божественные дела и, вспоминая о несчастии, грозящем рабу[4], закопавшему в землю данный от Бога талант, не могу не рассказать святой повести, дошедшей до меня. И да никто не подумает – продолжает св. Софроний, – что я осмелился писать неправду, когда у кого явится сомнение в этом дивном событии: не подобает мне лгать на святое. Если же найдутся такие люди, которые, прочитав это писание и пораженные преславным событием, не поверят, то к ним да будет милостив Господь, потому что они, размышляя о немощи человеческого естества, считают невозможным те чудесные дела, которые совершаются со святыми людьми. Однако надо уже начать рассказ о славном событии, происшедшем в нашем роде.

В одном из палестинских монастырей жил старец, украшенный благочестием жизни и разумностью речи, и с ранней юности доблестно подвизавшийся в иноческом подвиге. Имя старцу было Зосима. Зосима прошел все степени постнических подвигов и соблюдал все правила, преподанные величайшими иноками. Исполняя все это, он никогда не переставал поучаться Божественными словами: и ложась, и вставая, и за работой, и вкушая пищу (если только можно назвать пищей то, что он вкушал в очень малом количестве), он неумолчно и постоянно исполнял одно дело – он пел божественные песнопения и искал поучения в божественных книгах. Еще в младенчестве он был отдан в монастырь, где доблестно подвизался в постничестве до 53 лет. Но потом его стала смущать мысль, что он достиг полного совершенства и более не нуждается ни в каких наставлениях.

«Есть ли, – думал он, – на земле инок, могущий меня наставить и показать пример такого постничества, какого я еще не прошел? Найдется ли в пустыне человек, превзошедший меня?»

Когда старец так размышлял, ему явился ангел и сказал:

– Зосима! Ты усердно подвизался, насколько это в силах человека, и доблестно прошел постнический подвиг. Однако нет человека, который бы мог сказать о себе, что он достиг совершенства. Есть подвиги, неведомые тебе и труднее пройденных тобою. Чтобы познать, сколько иных путей ведут ко спасению, покинь страну свою, как славнейший из патриархов Авраам[5], и иди в монастырь, лежащий при реке Иордане.

Следуя такому наставлению, Зосима вышел из монастыря, в котором подвизался с младенчества, отправился к Иордану и достиг того монастыря, куда его направил голос Божий.

Толкнув рукою монастырские врата, Зосима нашел инока–привратника и сказал ему про себя. Тот известил игумена, который приказал позвать пришедшего старца к себе. Зосима пришел к игумену и исполнил обычный иноческий поклон и молитву.

– Откуда ты, брат? – спросил его игумен. – И для чего пришел к нам, убогим старцам?

Зосима отвечал:

– Откуда я пришел, об этом нет нужды говорить; пришел же я, отец, ища себе душевной пользы, так как слышал о вас много великого и достохвального, могущего привести душу к Богу.

– Брат, – сказал ему на это игумен, – один Бог может исцелить немощи душевные; да наставит Он и тебя и нас путям Своим на пользу души, а человек исправлять человека не может, если он постоянно не вникает в себя и неусыпно, с Божией помощью, не совершает подвигов. Но так как любовь Христова побудила тебя посетить нас, убогих старцев, то оставайся с нами, если для этого пришел. Пастырь добрый, отдавший душу Свою для нашего спасения, да ниспошлет на всех нас благодать Святого Духа.

После таких слов Зосима поклонился игумену, просил его молитв и благословения и остался в монастыре. Здесь он видел старцев, сиявших добрыми делами и благочестием, с пламенным сердцем служивших Господу непрестанным пением, всенощной молитвой, постоянным трудом. На устах их всегда были псалмы, никогда не слышно было праздного слова, ничего не знали они о приобретении временных благ и житейских заботах. Одно у них было постоянное стремление, это – умертвить свою плоть. Главная и постоянная пища их была слово Божие, а тело они питали хлебом и водою, насколько каждому позволяла любовь к Богу. Видя это, Зосима поучался и готовился к предстоящему подвигу.

Прошло много времени, наступили дни святого Великого поста, монастырские ворота были заперты и открывались только в том случае, если кого посылали по делам монастыря. Пустынная была та местность; миряне не только не приходили, но даже не знали об этой обители.

Был в монастыре том обычай, ради коего Бог привел туда Зосиму. В первую неделю Великого поста за литургией все причащались Пречистого Тела и Крови Господней и вкушали немного постной пищи; потом все собирались в церкви, и после прилежной, коленопреклонной молитвы старцы прощались друг с другом и каждый с поклоном просил у игумена благословения на предлежащий подвиг. После этого открывались монастырские ворота, и с пением псалма «Господь просвещение мое и Спаситель мой, кого убоюся; Господь защититель живота моего, от кого устрашуся»[6] иноки выходили в пустыню и переходили через реку Иордан. В монастыре оставались только один или двое старцев, не для охраны имущества – украсть там было нечего, – но чтобы не оставить церковь без богослужения. Каждый брал с собою немного пищи, сколько мог и хотел по своим телесным потребностям: один немного хлеба, другой – смоквы, кто – финики или моченую в воде пшеницу. Некоторые ничего с собой не брали, кроме рубища на своем теле, и питались, когда принуждал их к тому голод, растущими в пустыне травами.

Перешедши через Иордан, все расходились далеко в разные стороны и не знали друг о друге, как кто постится и подвизается. Если кто видел, что другой идет к нему навстречу, то уходил в другую сторону и продолжал свою жизнь в одиночестве в постоянной молитве, вкушая в определенное время очень мало пищи. Так иноки проводили весь Великий пост и возвращались в монастырь за неделю до Воскресения Христова, когда Церковь с вайями[7] торжественно празднует праздник Ваий. Придя в монастырь, никто из братии не спрашивал друг друга, как он провел время в пустыне и чем занимался, имея свидетелем одну только свою совесть. Таков был монастырский устав иорданского монастыря.

Зосима, по обычаю того монастыря, также перешел через Иордан, взяв с собой ради немощи телесной немного пищи и ту одежду, которую носил постоянно. Блуждая по пустыне, он совершал свой молитвенный подвиг и по возможности воздерживался от пищи. Спал он мало; где застанет его ночь, там уснет немного, сидя на земле, а рано утром пробуждается и продолжает свой подвиг. Ему все больше и больше хотелось пройти вглубь пустыни и там найти одного из подвижников, который мог бы его наставить.

После двадцати дней пути он однажды приостановился и, обратившись на восток, стал петь шестой час[8], исполняя обычные молитвы: во время своего подвига он, приостанавливаясь, пел каждый час и молился. Когда он так пел, то увидал с правой стороны как будто тень человеческого тела. Испугавшись и думая, что это бесовское наваждение, он стал креститься. Когда страх прошел и молитва была окончена, он обернулся к югу и увидел человека нагого, опаленного дочерна солнцем, с белыми как лён волосами, спускавшимися только до шеи. Зосима побежал в ту сторону с большою радостью: в последние дни он не видал не только человека, но и животного. Когда этот человек издали увидел, что Зосима приближается к нему, то поспешно побежал вглубь пустыни. Но Зосима как будто забыл и свою старость, и утомление от пути и бросился догонять беглеца. Тот поспешно удалялся, но Зосима бежал быстрее, и когда нагнал его настолько, что можно им было услышать друг друга, то возопил со слезами:

– Зачем ты, раб Бога Истинного, ради Коего поселился в пустыне, убегаешь от меня, грешного старца? Подожди меня, недостойного и немощного, надежды ради воздаяния за твой подвиг! Остановись, помолись за меня и ради Господа Бога, Который никем не гнушается, преподай мне благословение.

Так восклицал Зосима со слезами. Между тем они достигли ложбины, как бы русла высохшей реки. Беглец устремился на другую сторону, а Зосима, утомленный и не имевший сил бежать дальше, усилил слезные мольбы свои и остановился. Тогда бежавший от Зосимы наконец остановился и сказал так:

– Авва[9] Зосима! Прости меня ради Бога, что не могу предстать перед тобой: женщина я, как видишь, нагая, ничем не прикрытая в своей наготе. Но если ты хочешь преподать мне, грешной, свою молитву и благословение, то брось мне что–нибудь из своей одежды прикрыться, и тогда я обернусь к тебе и приму от тебя молитву.

Страх и ужас объял Зосиму, когда он услышал свое имя из уст той, которая никогда его не видала и о нем ничего не слыхала. «Если бы она не была прозорливой, – подумал он, – то не назвала бы меня по имени».

Быстро исполнил он ее желание, снял с себя ветхую, разорванную одежду и, отворотившись, бросил ей. Взяв одежду, она препоясалась, насколько было возможно, прикрыла свою наготу и, оборотившись к Зосиме, сказала:

– Зачем ты, авва Зосима, пожелал увидеть меня, грешную жену? Хочешь что–либо услышать или научиться от меня и потому не поленился на трудный путь?

Он же на землю повергся, прося принять от нее благословения. Также и она поверглась, и лежали оба на земле, один от другого благословения прося, и слышно было от обоих только: «Благослови». По многом времени сказала женщина Зосиме: «Авва Зосима, тебе подобает благословить и молитву сотворить, ведь ты пресвитерства саном почтен, и, многие годы предстоя святому алтарю, Божественных Тайн дары Господу приносишь».

Эти слова повергли старца еще в больший страх. Обливаясь слезами, он сказал ей, с трудом переводя дыхание от трепета:

– О духовная матерь! Ты приблизилась к Богу, умертвив телесные немощи. Божий дар на тебе проявляется больше, чем на других: ты никогда не видала меня, но называешь меня по имени и знаешь мой сан иерея. Посему лучше ты меня благослови ради Бога и преподай свою святую молитву.

Тронутая настойчивостью старца, она благословила его с такими словами:

– Благословен Бог, хотящий спасения душам человеческим!

Зосима ответствовал «аминь», и оба поднялись с земли. Тогда она спросила старца:

– Человек Божий! Зачем ты пожелал посетить меня нагую, не украшенную никакими добродетелями? Но благодать Святого Духа привела тебя, чтобы, когда нужно, сообщить мне и о земной жизни. Скажи же мне, отец, как теперь живут христиане, царь и святые церкви?

– Вашими святыми молитвами, – отвечал Зосима, – Бог даровал Церкви прочный мир[10]. Но склонись к мольбам недостойного старца и помолись Господу за весь мир и за меня грешного, чтобы мое скитание по пустыне не прошло бесплодным.

– Скорее тебе, авва Зосима, – сказал она, – как имеющему священный сан, подобает помолиться за меня и за всех; ибо ты к сему и предназначен. Но из долга послушания я исполню твою волю.

С этими словами она обратилась на восток; возведши очи кверху и подняв руки, она начала молиться, но так тихо, что Зосима не слышал и не понимал слов молитвы. В трепете, молча стоял он, поникнув головой. «Призываю Бога в свидетели, – рассказывал он, – что через некоторое время я приподнял глаза и увидал ее поднявшеюся на локоть[11] от земли; так она стояла на воздухе и молилась». Увидев это, Зосима затрепетал от страха, со слезами повергнулся на землю и только произносил:

– Господи, помилуй!

Но тут его смутила мысль, не дух ли это и не привидение ли, как бы молящееся Богу. Но святая, подняв старца с земли, сказала:

– Зачем, Зосима, тебя смущает мысль о привидении, зачем думаешь, что я дух, совершающий молитву? Умоляю тебя, блаженный отец, уверься, что я жена грешница, очищенная только святым крещением; нет, я не дух, а земля, прах и пепел, я плоть, не помышляющая быть духом.

С этими словами она осенила крестным знамением свое чело, очи, уста, грудь и продолжала:

– Да избавит нас Бог от лукавого и от сетей его, потому что велика брань его на нас.

Слыша такие слова, старец припал к ногам ее и со слезами воскликнул:

– Именем Господа нашего Иисуса Христа, Бога истинного, рожденного от Девы, ради Коего ты, нагая, так умертвила свою плоть, заклинаю тебя, не скрывай от меня, но все расскажи о твой жизни, и я прославлю величие Божие. Ради Бога, скажи все, – и не для похвальбы, а чтобы дать наставление мне, грешному и недостойному. Я верю в Бога моего, для Коего ты живешь, что я направился в эту пустыню именно для того, чтобы Бог прославил твои дела: путям Божиим мы не в силах противостоять. Если бы Богу не было угодно, чтобы ты и твои подвиги сделались известны, Он не открыл бы тебя мне и меня не укрепил бы на такой далекий путь по пустыне!

Много убеждал Зосима ее и другими словами, а она, подняв его, сказала:

– Прости меня, святой отец, я стыжусь рассказать о позорной жизни моей. Но ты видел мое нагое тело, так я обнажу и душу мою, и ты узнаешь, сколько в ней стыда и позора. Я откроюсь тебе, не хвалясь, как ты говорил: о чем хвалиться мне, избранному сосуду дьявольскому! Но если начну рассказ о своей жизни, ты убежишь от меня, как от змеи; твой слух не выдержит повести о моем беспутстве. Однако я расскажу, ничего не умолчав; только прошу тебя, когда узнаешь жизнь мою, не забывай молиться за меня, чтобы мне получить какую–либо милость в день судный.

Старец с неудержимыми слезами просил ее поведать о своей жизни, и она так начала рассказывать о себе:

– Я, святой отец, родилась в Египте, но будучи двенадцати лет отроду, когда были живы еще мои родители, я отвергла их любовь и отправилась в Александрию[12].

Как я потеряла свою девическую чистоту и стала неудержимо, ненасытно предаваться любодеянию – об этом без стыда я не могу даже помыслить, не только пространно рассказывать; скажу только кратко, чтобы ты узнал о неудержимой моей похоти. Семнадцать лет, и даже больше, я совершала блуд со всеми не ради подарка или платы, так как ничего ни от кого я не хотела брать; но я так рассудила, что даром больше будут приходить ко мне и удовлетворять мою похоть. Не думай, что я была богата и оттого не брала, – нет, я жила в нищете, часто голодная пряла охлопья, но всегда была одержима желанием еще более погрязнуть в тине блуда: только то и считала я жизнью, чтобы всегда творить бесчестие естества. Однажды, во время жатвы, я увидела, что много мужей – и египтян, и ливийцев – идут к морю. Я спросила одного встречного, куда спешат эти люди. Тот ответил, что они идут в Иерусалим на предстоящий в скором времени праздник Воздвижения Честного и Животворящего Креста. На мой вопрос, возьмут ли они и меня с собой, он сказал, что если у меня есть деньги и пища, то никто не будет препятствовать. Я сказала ему: «Нет, брат, у меня ни денег, ни пищи, но все–таки я пойду и сяду с ними в один корабль, а они меня пропитают: я отдам им свое тело за плату». Я хотела пойти для того, чтобы – прости меня, мой отец, – около меня было много людей, готовых к похоти. Говорила тебе я, отец Зосима, чтобы ты не принуждал меня рассказывать про мой позор. Бог свидетель, я боюсь, что своими словами я оскверняю самый воздух.

Орошая землю слезами, Зосима воскликнул:

– Говори, мать моя, говори! Продолжай свою поучительную повесть!

– Встретившийся юноша, – продолжала она, – услышал мою бесстыдную речь, засмеялся и отошел прочь. А я, бросив случившуюся при мне пряслицу, поспешила к морю и там увидела десять или более стоящих на берегу мужей, юных телом и, казалось, подходящих для моего вожделения. Другие уже вошли в корабль. Бесстыдно, по обыкновению, я подбежала к стоявшим и сказала: «Возьмите и меня с собою, я вам буду угождать». Они засмеялись на эти и другие подобные слова и, видя мое бесстыдство, взяли с собою на корабль, и мы отплыли. Как тебе, человек Божий, сказать, что было дальше! Какой язык, какой слух вынесет рассказ о позорных делах, совершенных мною на корабле во время пути: я увлекала на грех даже против воли, и не было постыдных дел, каким бы я не научала. Поверь, отец, я ужасаюсь, как море перенесло такой разврат, как не разверзлась земля и не погрузила меня живою в ад после совращения столь многих людей! Но я думаю, что Бог ожидал моего покаяния, не желая смерти грешника, но с долготерпением ожидая обращения.

Таким образом прибыла я в Иерусалим, и все дни до праздника поступала по–прежнему, и даже хуже. Я не только не довольствовалась юношами, бывшими со мной на корабле, но еще собирала на блуд местных жителей и странников. Наконец наступил праздник Воздвижения Честного Креста, и я, как и прежде, пошла совращать юношей. Увидев, что рано утром все, один за другим, идут в церковь, отправилась и я, вошла со всеми в притвор и, когда наступил час святого Воздвижения Честного Креста Господня, попыталась с народом проникнуть в церковь. Как я ни старалась протесниться, но народ меня отстранял. Наконец с большим трудом приблизилась к дверям церкви и я, окаянная. Но все невозбранно входили в церковь, а меня не допускала какая–то Божественная сила. Я снова попыталась войти, и снова была отстранена, осталась одна в притворе. Думая, что это происходит от моей женской слабости, я вмешалась в новую толпу, но старание мое оказалось тщетным; моя грешная нога уже касалась порога, всех невозбранно церковь принимала, меня одну, окаянную, она не допускала; как будто нарочно приставленная многочисленная воинская стража, неведомая сила задерживала меня – и вот я опять оказалась в притворе. Так три, четыре раза я напрягала силы, но безуспешно. От изнеможения я не могла более вмешиваться в толпу входящих, все тело мое болело от тесноты и давки. Отчаявшись, я со стыдом отступила и встала в углу притвора, и, придя в чувство, я подумала: какая вина не дозволяет мне видеть животворящее древо Креста Господня. Свет спасительного разума, правда Божия, просвещающая душевные очи, коснулась сердца моего и указала, что мерзость дел моих возбраняет мне войти в церковь. Тогда я стала горько плакать, с рыданиями бить себя в грудь и вздыхать от глубины сердца.

Так я плакала, стоя в притворе. Подняв глаза, я увидела на стене икону Пресвятой Богородицы и, обратив к ней телесные и душевные очи, воскликнула: «О, Владычица, Дева, рождшая Бога Плотию! Я знаю, воистину знаю, что нет чести Тебе и хвалы, когда я, нечистая и скверная, взираю на Твой лик Приснодевы, чистой телом и душой. Праведно, если Твоя девственная чистота погнушается и возненавидит меня, блудницу. Но я слышала, что рожденный Тобою Бог для того и воплотился, чтобы призвать грешников к покаянию. Приди же ко мне, оставленной всеми, на помощь! Повели, чтобы мне не возбранен был вход в церковь, дай мне узреть Честное Древо, на котором Плотию был распят Рожденный Тобою, проливший святую Кровь Свою за мое избавление. Повели, Владычица, чтобы и для меня, недостойной, открылись двери церкви для поклонения Божественному Кресту! Будь моей верной поручительницей перед Сыном Твоим, что я более не оскверню своего тела нечистотою блуда, но, воззрев на Крестное Древо, отрекусь от мира и его соблазнов и пойду туда, куда поведешь меня Ты, Поручительница моего спасения».

Сказав это и как бы некое получив извещение, разгоревшись верою и надеждою на милосердие Богородицы, утвердившись, двинулась я с того места, где творила молитву, и опять смешалась с толпой входящих в церковь, и уже никто не отталкивал меня, и никто не возбранял мне быть близ дверей, которыми все входили в церковь. Страх и ужас напали на меня, я вся трепетала. Достигнув дверей, прежде для меня затворенных, я без труда вошла внутрь святой церкви и сподобилась видеть Животворящее Древо, постигла тайны Божии, поняла, что Бог не отринет кающегося. Падши на землю, я поклонилась Честному Кресту и облобызала его с трепетом. Потом я вышла из церкви к образу моей поручительницы – Богородицы и, преклонив колена перед Ее святой иконой, так молилась: «О Присноблаженная Дева, Владычица Богородица, не погнушавшись моей молитвы, Ты на мне показала Свое великое человеколюбие. Я видела славу Господню, блудная и недостойная зреть ее! Слава Богу, ради Тебя принимающему покаяние грешных! Что еще могу я, грешная, помыслить или сказать? Теперь, Владычица, пора исполнить то, что я обещалась, призывая Тебя поручительницей: наставь меня, как будет Твоя воля, и научи, как довершить спасение на пути покаяния».

После этих слов я услыхала, как будто издалека, голос: «Если перейдешь через Иордан, то найдешь себе полное успокоение».

Выслушав эти слова с верою, что они обращены ко мне, я со слезами воскликнула, взирая на икону Богородицы: «Владычица, Владычица Богородица, не оставь меня!»

С этими словами я вышла из церковного притвора и быстро пошла вперед. На дороге кто–то дал мне три монеты со словами: «Возьми это, мать».

Я приняла монеты, купила три хлеба и спросила продавца, где путь к Иордану. Узнав, какие ворота ведут в ту сторону, я быстро пошла, проливая слезы. Так я провела весь день в пути, спрашивая дорогу у встречных, и к третьему часу того дня, когда сподобилась узреть святой Крест Христов, уже на закате солнца, я дошла до церкви святого Иоанна Крестителя у реки Иордан. Помолившись в церкви, я сошла к Иордану, и тою святой водой руки и лицо умыв, я возвратилась в церковь и причастилась Пречистых и Животворящих Тайн Христовых. Потом я съела половину одного хлеба, выпила воды из Иордана и уснула на земле. Рано утром, нашедши небольшую лодку, я переправилась на другой берег и снова обратилась к своей руководительнице – Богородице – с молитвой, как Ей будет благоугодно наставить меня. Так я удалилась в пустыню, где и скитаюсь до сего дня, ожидая спасения, какое подаст мне Бог от душевных и телесных страданий.

Зосима спросил:

– Сколько же лет, госпожа, прошло, как ты водворилась в этой пустыне?

– Я думаю, – отвечала она, – протекло сорок семь лет, как я оставила святой город.

– Что же, – спросил Зосима, – ты находишь себе в пищу?

– Перешедши Иордан, – сказала святая, – я имела два с половиной хлеба; они понемногу высохли, как бы окаменели, и их я вкушала понемногу несколько лет.

– Как ты могла благополучно прожить столько времени, и никакой соблазн не смутил тебя?

– Я боюсь отвечать на твой вопрос, отец Зосима: когда я буду вспоминать о тех бедах, какие я претерпела, и о мучивших меня лютых помыслах, я боюсь, что они снова овладеют мною.

– Ничего, госпожа, – сказал Зосима, – не опускай в своем рассказе: я потому и спросил тебя, чтобы знать все подробности твоей жизни.

Тогда она сказала:

– Поверь мне, отец Зосима, что семнадцать лет прожила я в этой пустыне, борясь со своими безумными страстями, как с лютыми зверями. Когда я принималась за пищу, то желала мяса и рыбы, которые ела в Египте; мне хотелось выпить любимого мною вина. Будучи в миру, много пила я вина, а здесь не имела и воды; я изнывала от жажды и страшно мучилась. Иногда у меня являлось очень смущавшее меня желание петь блудные песни, к которым я привыкла. Тогда я проливала слезы, била себя в грудь и вспоминала обеты, данные мною при удалении в пустыню. Иногда я мысленно становилась перед иконою поручительницы моей, Пречистой Богородицы, и с плачем умоляла отогнать от меня мысли, смущавшие мою душу. Когда же довольно я так плакала, крепко ударяя себя в грудь, тогда как бы свет разливался вокруг меня, и я успокаивалась от волнений. Как признаться мне, отец, в блудных вожделениях, овладевавших мною? Прости, отец. Огонь страсти загорался во мне и опалял меня, понуждая к похоти. Когда на меня находил такой соблазн, то я повергалась на землю и обливалась слезами, представляя себе, что передо мною стоит Сама моя Поручительница, осуждает мое преступление и грозит за него тяжелыми мучениями. Поверженная на землю, я не вставала день и ночь, пока тот свет не озарял меня и не отгонял смущавшие меня мысли. Тогда я возводила очи к Поручительнице своей, горячо прося помощи моим страданиям в пустыне – и, действительно, Она мне давала помощь и руководство в покаянии. Так провела я 17 лет в постоянных мучениях. С тех пор и до сего дня помощница моя Богородица во всем руководит мною.

Тогда Зосима спросил:

– Не было ли тебе нужды в пище и в одежде?

Святая отвечала:

– Окончив хлебы, семнадцать лет я питалась растениями; одежда, какая была на мне при переходе через Иордан, истлела от ветхости, и я много страдала, изнемогая летом от зноя, трясясь зимой от холода; так что много раз я, как бездыханная, падала на землю и так долго лежала, претерпевая многочисленные телесные и душевные невзгоды. Но с того времени и до сего дня сила Божия во всем преобразила мою грешную душу и мое смиренное тело, и я только вспоминаю о прежних лишениях, находя для себя неистощимую пищу в надежде на спасение: питаюсь и покрываюсь я всесильным словом Божиим, ибо не о хлебе едином жив будет человек![13] И совлекшиеся греховного одеяния не имеют убежища, укрываясь среди каменных расселин[14].

Услыхав, что святая вспоминает слова Священного Писания из Моисея, пророков и Псалтири, Зосима спросил, не изучала ли она псалмы и другие книги.

– Не думай, – отвечала она с улыбкой, – что я со времени моего перехода через Иордан видела какого–либо человека, кроме тебя: даже зверя и животного я не видела ни одного. И по книгам я никогда не училась, не слыхала никогда из чьих–либо уст чтения или пения, но слово Божие везде и всегда просвещает разум и проникает даже до меня, неизвестной миру. Но заклинаю тебя воплощением Слова Божия: молись за меня, блудницу.

Когда она это проговорила и закончила свою речь, старец бросился к ее ногам со слезами и воскликнул:

– Благословен Бог, творящий великие и страшные, дивные и славные дела, коим нет числа! Благословен Бог, показавший мне, как Он награждает боящихся Его! Воистину, Ты, Господи, не оставляешь стремящихся к Тебе!

Святая не допустила старца поклониться ей и сказала:

– Заклинаю тебя, святой отец, Иисусом Христом, Богом Спасителем нашим, никому не рассказывай, что ты слышал от меня, пока Бог не возьмет меня от земли, а теперь иди с миром; через год ты снова увидишь меня, если нас сохранит благодать Божия. Но сделай ради Бога то, о чем тебя я попрошу: постом на будущий год не переходи через Иордан, как вы обыкновенно делаете в монастыре.

Подивился Зосима, что она говорит и о монастырском уставе, и ничего не мог промолвить, как только:

– Слава Богу, награждающему любящих Его!

– Так ты, святой отец, – продолжала она, – останься в монастыре, как я говорю тебе, потому что тебе невозможно будет уйти, если и захочешь; во Святой и Великий четверг, в день Тайной Христовой Вечери, возьми в святой подобающий сему сосуд Животворящего Тела и Крови, принеси к мирскому селению на том берегу Иордана и подожди меня, чтобы мне причаститься Животворящих Даров: ведь с тех пор, как я причастилась перед переходом через Иордан в церкви Иоанна Предтечи, до сего дня, я не вкусила Святых Даров. Теперь я к сему стремлюсь всем сердцем, и ты не оставь моей мольбы, но непременно принеси мне Животворящие и Божественные Тайны в тот час, когда Господь Своих учеников сделал участниками Своей Божественной Вечери. Иоанну, игумену монастыря, где ты живешь, скажи: «Смотри за собой и своей братией, во многом надо вам исправиться», но скажи это не теперь, а когда Бог наставит тебя.

После этих слов она снова попросила старца молиться за нее и удалилась вглубь пустыни. Зосима, поклонившись до земли и поцеловав во славу Божию место, где стояли ее стопы, пошел в обратный путь, хваля и благословляя Христа, Бога нашего. Пройдя пустыню, он достиг монастыря в тот день, когда обыкновенно возвращались жившая там братия. О том, что видел, он умолчал, не смея рассказать, но в душе молил Бога дать ему еще случай увидеть дорогое лицо подвижницы. Со скорбью он думал, как долго тянется год, и хотел, чтобы это время промелькнуло, как один день.

Когда наступила первая неделя Великого поста, то вся братия по обычаю и уставу монастырскому, помолившись, с пением, вышла в пустыню. Только Зосима, страдавший тяжелым недугом, принужден был остаться в обители. Тогда вспомнил он слова святой: «Тебе невозможно будет уйти, если и захочешь!» Скоро оправившись от болезни, Зосима остался в монастыре. Когда же возвратилась братия и приблизился день Тайной вечери, старец сделал все, указанное ему: положил в малую чашу Пречистого Тела и Крови Христа Бога нашего и потом, взяв в корзинку несколько сушеных смокв и фиников и немного вымоченной в воде пшеницы, поздним вечером вышел из обители и сел на берегу Иордана, ожидая прихода преподобной. Святая долго не приходила, но Зосима, не смыкая глаз, неустанно всматривался по направлению к пустыне, ожидая увидеть то, чего так сильно желал. «Может быть, – думал старец, – я недостоин, чтобы она пришла ко мне, или она уже приходила раньше и, не нашедши меня, возвратилась обратно». От таких мыслей он прослезился, вздохнул и, возведши очи к небу, стал молиться:

– Не лиши, Владыко, снова узреть то лицо, которое сподобил меня увидеть! Не дай мне уйти отсюда неуспокоенным, под бременем грехов, обличающих меня!

Тут ему на ум пришла другая мысль: «Если она и подойдет к Иордану, а лодки нет, как она переправится и придет ко мне, недостойному! Увы мне грешному, увы! Кто лишил меня счастия видеть ее?»

Так думал старец, а преподобная уже подошла к реке. Увидев ее, Зосима с радостью встал и возблагодарил Бога. Его еще мучила мысль, что она не может перейти Иордан, когда он увидел, что святая, озаряемая блеском луны, перекрестила крестным знамением реку, спустилась с берега на воду и пошла к нему по воде, как по твердой земле. Видя это, удивленный Зосима хотел ей поклониться, но святая, еще шествуя по воде, воспротивилась этому и воскликнула:

– Что ты делаешь? Ведь ты священник и несешь Божественные Тайны!

Старец послушался ее слов, а святая, вышедши на берег, попросила у него благословения. Объятый ужасом от дивного видения, он воскликнул:

– Воистину Бог исполняет Свое обещание уподобить Себе спасающихся по мере сил своих! Слава Тебе, Христу Богу нашему, показавшему мне через рабу Свою, как я еще далек от совершенства!

Потом святая попросила прочитать Символ веры и молитву Господню. По окончании молитвы она причастилась Пречистых и Животворящих Христовых Тайн и по обычаю иноческому поцеловала старца, после чего вздохнула и со слезами воскликнула:

– Ныне отпущаеши рабу Твою, Владыко, по глаголу Твоему с миром, яко видеста очи мои спасение Твое[15].

Потом, обратившись к Зосиме, святая сказала:

– Умоляю тебя, отче – не откажи исполнить еще одно мое желание: теперь иди в свой монастырь, а на следующий год приходи к тому же ручью, где ты прежде беседовал со мной; приходи ради Бога, и снова увидишь меня: так хочет Бог.

– Если бы было можно, – отвечал ей святой старец, – я хотел бы всегда следовать за тобой и видеть твое светлое лицо. Но прошу тебя, исполни и мое желание: вкуси немного пищи, принесенной мною.

Тут он показал, что принес в корзине. Святая притронулась концами пальцев к пшенице, взяла три зерна и, поднесши их к устам, сказала:

– Этого довольно: благодать пищи духовной, сохраняющей душу неоскверненной, насытит меня. Снова прошу тебя, святой отец, молись за меня Господу, поминая мое окаянство.

Старец поклонился ей до земли и просил ее молитв за Церковь, за царей и за него самого. После этой слезной просьбы он простился с нею с рыданиями, не смея дальше удерживать ее. Если бы и хотел, он не имел силы остановить ее. Святая снова осенила крестным знамением Иордан и, как прежде, перешла как посуху через реку. А старец возвратился в обитель, волнуемый и радостию, и страхом; он укорял себя в том, что не узнал имени преподобной, но надеялся узнать это в будущем году.

Прошел еще год. Зосима опять пошел в пустыню, исполняя монастырский обычай, и направился к тому месту, где имел дивное видение. Он прошел всю пустыню, по некоторым признакам узнал искомое место и стал внимательно вглядываться по сторонам, как опытный охотник, ищущий богатую добычу. Однако он не увидел никого, кто бы приближался к нему. Обливаясь слезами, он возвел очи к небу и стал молиться:

– Господи, покажи мне Свое сокровище, никем не похищаемое, скрытое Тобою в пустыне, покажи мне святую праведницу, этого ангела во плоти, с коей не достоин сравниться весь мир!

Произнося такую молитву, старец достиг места, где протекал ручей и, став на берегу, увидел к востоку преподобную, лежащую мертвой; руки у нее были сложены, как подобает у лежащих во гробу, лицо обращено на восток. Быстро он приблизился к ней и, припав к ногам ее, благоговейно облобызал и оросил их своими слезами. Долго он плакал; потом, прочитав положенные на погребение псалмы и молитвы, он стал думать, можно ли погребать тело преподобной, будет ли ей это угодно. Тут он увидел у головы блаженной такую надпись, начертанную на земле: «Погреби, авва Зосима, на этом месте тело смиренной Марии, отдай прах праху. Моли Бога за меня, скончавшуюся в месяце, по–египетски фармуфий, по–римски апреля в первый день, в ночь спасительных Страстей Христовых, по причащении Божественных Тайн»[16].

Прочитав надпись, старец прежде всего подумал, кто мог это начертать: святая, как она сама говорила, не умела писать. Но он очень был обрадован, что узнал имя преподобной. Кроме того, он узнал, что святая, причастившись на берегу Иордана, в один час достигла места своей кончины, куда он пришел после двадцати дней трудного пути, и тотчас предала душу Богу.

«Теперь, – подумал Зосима, – надо исполнить повеление святой, но как мне, окаянному, выкопать яму без всякого орудия в руках?»

Тут он увидел около себя брошенный в пустыне сук дерева, взял его и начал копать. Однако сухая земля не поддавалась усилиям старца, он обливался потом, но не мог ничего сделать. Горько вздохнул он из глубины души. Внезапно, подняв глаза, он увидел огромного льва, стоявшего у тела преподобной и лизавшего ее ноги. Ужаснулся старец при виде зверя, тем более, что он вспомнил слова святой, что она никогда не видела зверей. Он ознаменовал себя крестным знамением в уверенности, что сила почившей святой охранит его. Лев стал тихо приближаться к старцу, ласково, как бы с любовию, глядя на него. Тогда Зосима сказал зверю:

– Великая подвижница повелела мне погребсти ее тело, но я стар и не могу выкопать могилы; нет у меня и орудия для копания, а обитель далеко, не могу скоро принести его оттуда. Выкопай же ты когтями своими могилу, и я погребу тело преподобной.

Лев как будто понял эти слова и передними лапами выкопал яму, достаточную для погребения. Старец снова омочил слезами ноги преподобной, прося ее молитв за весь мир, и покрыл ее тело землей. Святая была почти нагая – старая, изорванная одежда, которую ей бросил Зосима при первой встрече, едва прикрывала ее тело. Потом оба удалились: лев, тихий, как ягненок, вглубь пустыни, а Зосима в свою обитель, благословляя и прославляя Христа, Бога нашего.

Пришедши в монастырь, он, ничего не скрывая, что видел и слышал, рассказал всем инокам о преподобной Марии. Все удивлялись величию Божию и решили со страхом, верою и любовию почитать память преподобной и праздновать день ее преставления.

Игумен Иоанн, как о том передавала еще преподобная Мария авве Зосиме, нашел некоторые неисправности в монастыре и устранил их с Божией помощью. А святой Зосима после долгой, почти во сто лет, жизни окончил свое земное существование и перешел к вечной жизни, к Богу[17].

Рассказ его о преподобной Марии иноки того монастыря устно передавали на общее поучение один другому, но письменно не излагали о подвигах святой.

«А я, – прибавляет святой Софроний, – услышав рассказ, записал его. Не знаю, может быть, кто–либо другой, лучше осведомленный, уже написал житие преподобной, но и я, насколько мог, записал все, излагая одну истину. Бог, творящий дивные чудеса и щедро одаряющий обращающихся к Нему с верою, да наградит ищущих себе наставления в этой повести, слушающих, читающих и поусердствовавших записать ее, и да подаст им участь блаженной Марии вместе со всеми, когда–либо угодившими Богу своими благочестивыми мыслями и трудами».

Воздадим же и мы славу Богу, Царю вечному, и да подаст Он нам Свою милость в день судный ради Иисуса Христа, Господа нашего, Коему подобает всякая слава, честь, держава и поклонение со Отцом и Пресвятым и Животворящим Духом ныне, и всегда, и во все века. Аминь[18].

Евангелия Святых Страстей Христовых

1–е Евангелие Святых Страстей

Евангелие от Иоанна, зач. 46–58 (Ин: 13: 31 – 18: 1):

Рече́ Госпо́дь Свои́м ученико́м: ны́не просла́вися Сын Челове́ческий, и Бог просла́вися о Нем. Аще Бог просла́вися о Нем, и Бог просла́вит Его́ в Себе́, и а́бие просла́вит Его́. Ча́дца, еще́ с ва́ми ма́ло есмь: взы́щете Мене́, и я́коже рех иуде́ом, я́ко а́може Аз иду́, вы не мо́жете прийти́, и вам глаго́лю ны́не. За́поведь но́вую даю́ вам, да лю́бите друг дру́га: я́коже возлюби́х вы, да и вы лю́бите себе́. О сем разуме́ют вси, я́ко Мои́ ученицы́ есте́, а́ще любо́вь и́мате между́ собо́ю. Глаго́ла Ему́ Си́мон Петр: Го́споди, ка́мо и́деши? Отвеща́ ему́ Иису́с: а́може Аз иду́, не мо́жеши ны́не по Мне ити́, последи́ же по Мне и́деши. Глаго́ла Ему́ Петр: Го́споди, почто́ не могу́ ны́не по Тебе́ ити́? Ны́не ду́шу мою́ за Тя положу́. Отвеща́ ему́ Иису́с: ду́шу ли твою́ за Мя положи́ши? Ами́нь, ами́нь глаго́лю тебе́: не возгласи́т але́ктор, до́ндеже отве́ржешися Мене́ три́щи. Да не смуща́ется се́рдце ва́ше: ве́руйте в Бо́га, и в Мя ве́руйте. В дому́ Отца́ Моего́ оби́тели мно́ги суть: аще ли же ни, рекл бых вам: иду́ угото́вати ме́сто вам. И а́ще угото́влю ме́сто вам, па́ки прииду́, и поиму́ вы к Себе́: да иде́же есмь Аз, и вы бу́дете. И а́може Аз иду́, ве́сте, и путь ве́сте. Глаго́ла ему́ Фома́: Го́споди, не ве́мы, ка́мо и́деши; и ка́ко мо́жем путь ве́дети; Глаго́ла ему́ Иису́с: Аз есмь Путь, и Истина, и Живо́т: никто́же прии́дет ко Отцу́, то́кмо Мно́ю. Аще Мя бы́сте зна́ли, и Отца́ Моего́ зна́ли бы́сте у́бо: и отсе́ле позна́сте Его́, и ви́десте Его́. Глаго́ла Ему́ Фили́пп: Го́споди, покажи́ нам Отца́, и довле́ет нам. Глаго́ла ему́ Иису́с: толи́ко вре́мя с ва́ми есмь, и не позна́л еси́ Мене́, Фили́ппе! Ви́девый Мене́ ви́де Отца́: и ка́ко ты глаго́леши: покажи́ нам Отца́? Не ве́руеши ли, я́ко Аз во Отце́, и Оте́ц во Мне есть; Глаго́лы, я́же Аз глаго́лю вам, о Себе́ не глаго́лю: Оте́ц же во Мне пребыва́яй, Той твори́т дела́. Ве́руйте Мне, я́ко Аз во Отце́, и Оте́ц во Мне. Аще ли же ни, за та дела́ ве́ру ими́те Ми. Ами́нь, ами́нь глаго́лю вам: ве́руяй в Мя, дела́, я́же Аз творю́, и той сотвори́т, и бо́льша сих сотвори́т, я́ко Аз ко Отцу́ Моему́ гряду́. И е́же а́ще что про́сите от Отца́ о Имени Мое́м, то сотворю́: да просла́вится Оте́ц в Сы́не. И а́ще чесо́ про́сите во Имя Мое́, Аз сотворю́. Аще лю́бите Мя, за́поведи Моя́ соблюди́те. И Аз умолю́ Отца́, и ино́го Уте́шителя даст вам, да бу́дет с ва́ми в век: Дух Истины, Его́же мир не мо́жет прия́ти, я́ко не ви́дит Его́, ниже́ зна́ет Его́: вы же зна́ете Его́, я́ко в вас пребыва́ет, и в вас бу́дет. Не оста́влю вас си́ры: прииду́ к вам. Еще́ ма́ло, и мир ктому́ не ви́дит Мене́: вы же ви́дите Мя, я́ко Аз живу́, и вы жи́ви бу́дете. В той день разуме́ете вы, я́ко Аз во Отце́ Мое́м, и вы во Мне, и Аз в вас. Име́яй за́поведи Моя́ и соблюда́яй их, той есть любя́й Мя. А любя́й Мя, возлю́блен бу́дет Отце́м Мои́м, и Аз возлюблю́ его́, и явлю́ся ему́ Сам. Глаго́ла Ему́ Иу́да, не Искарио́тский: Го́споди, и что бысть, я́ко нам хо́щеши яви́тися, а не ми́рови? Отвеща́ Иису́с, и рече́ ему́: а́ще кто лю́бит Мя, сло́во Мое́ соблюде́т: и Оте́ц Мой возлю́бит его́, и к нему́ прии́дема, и оби́тель у него́ сотвори́ма. Не любя́й Мя, слове́с Мои́х не соблюда́ет: и сло́во, е́же слы́шасте, несть Мое́, но посла́вшаго Мя Отца́. Сия́ глаго́лах вам, в вас сый. Уте́шитель же Дух Святы́й, Его́же по́слет Оте́ц во Имя Мое́, Той вы научи́т всему́, и воспомяне́т вам вся, я́же рех вам. Мир оставля́ю вам, мир Мой даю́ вам, не я́коже мир дае́т, Аз даю́ вам. Да не смуща́ется се́рдце ва́ше, ни устраша́ет. Слы́шасте, я́ко Аз рех вам: иду́ и прииду́ к вам. Аще бы́сте люби́ли Мя, возра́довалися бы́сте у́бо, я́ко рех, и́ду ко Отцу́: я́ко Оте́ц Мой бо́лий Мене́ есть. И ны́не рех вам, пре́жде да́же не бу́дет, да егда́ бу́дет, ве́ру и́мете. Ктому́ не мно́го глаго́лю с ва́ми: гряде́т бо сего́ ми́ра князь, и во Мне не и́мать ничесо́же. Но да разуме́ет мир, я́ко люблю́ Отца́, и я́коже запове́да Мне Оте́ц, та́ко творю́: воста́ните, и́дем отсю́ду. Аз есмь Лоза́ и́стинная, и Оте́ц Мой де́латель есть. Вся́ку ро́згу о Мне не творя́щую плода́, и́змет ю: и вся́ку творя́щую плод, отреби́т ю, да мно́жайший плод принесе́т. Уже вы чи́сти есте́ за сло́во, е́же глаго́лах вам. Бу́дите во Мне, и Аз в вас. Якоже розга́ не мо́жет плода́ сотвори́ти о себе́, а́ще не бу́дет на лозе́, та́ко и вы, а́ще во Мне не пребу́дете. Аз есмь Лоза́, вы же ро́ждие: и и́же бу́дет во Мне, и Аз в нем, той сотвори́т плод мног: я́ко без Мене́ не мо́жете твори́ти ничесо́же. Аще кто во Мне не пребу́дет, изве́ржется вон, я́коже розга́, и изсы́шет: и собира́ют ю, и во огнь влага́ют, и сгара́ет. Аще пребу́дете во Мне, и глаго́лы Мои́ в вас пребу́дут: ему́же а́ще хо́щете, проси́те, и бу́дет вам. О сем просла́вися Оте́ц Мой, да плод мног сотворите́, и бу́дете Мои́ ученицы́. Якоже возлюби́ Мя Оте́ц, и Аз возлюби́х вас: бу́дите в любви́ Мое́й. Аще за́поведи Моя соблюде́те, пребу́дете в любви́ Мое́й: я́коже Аз за́поведи Отца́ Моего́ соблюдо́х, и пребыва́ю в Его́ любви́. Сия́ глаго́лах вам, да ра́дость Моя́ в вас бу́дет, и ра́дость ва́ша испо́лнится. Сия́ есть за́поведь Моя́, да лю́бите друг дру́га, я́коже возлюби́х вы. Бо́льши сея́ любве́ никто́же и́мать, да кто ду́шу свою́ положи́т за дру́ги своя́. Вы дру́зи Мои́ есте́, а́ще творите́, ели́ка Аз запове́даю вам. Не ктому́ вас глаго́лю рабы́, я́ко раб не весть, что твори́т госпо́дь его́: вас же реко́х дру́ги, я́ко вся, я́же слы́шах от Отца́ Моего́, сказа́х вам. Не вы Мене́ избра́сте, но Аз избра́х вас и положи́х,: да вы и́дете и плод принесе́те, и плод ваш пребу́дет: да его́же а́ще про́сите от Отца́ во Имя Мое́, даст вам. Сие запове́даю вам, да лю́бите друг дру́га. Аще мир вас ненави́дит, ве́дите, я́ко Мене́ пре́жде вас возненави́де. Аще от ми́ра бы́сте бы́ли, мир у́бо свое́ люби́л бы: я́коже от ми́ра не́сте, но Аз избра́х вы от ми́ра, сего́ ра́ди ненави́дит вас мир. Помина́йте сло́во, е́же Аз рех вам: несть раб бо́лий го́спода своего́. Аще Мене́ изгна́ша, и вас изжену́т: а́ще сло́во Мое́ соблюдо́ша, и ва́ше соблюду́т. Но сия́ вся творя́т вам за Имя Мое́, я́ко не ве́дят Посла́вшаго Мя. Аще не бых прише́л, и глаго́лал им, греха́ не бы́ша име́ли: ны́не же вины́ не и́мут о гресе́ свое́м. Ненави́дяй Мене́, и Отца́ Моего́ ненави́дит. Аще дел не бых сотвори́л в них, и́хже ин никто́же сотвори́, греха́ не бы́ша име́ли: ны́не же и ви́деша, и возненави́деша Мене́ и Отца́ Моего́. Но да сбу́дется сло́во, пи́санное в зако́не их: я́ко возненави́деша Мя ту́не. Егда́ же прии́дет Уте́шитель, Его́же Аз послю́ вам от Отца́, Дух Истины, Иже от Отца́ исхо́дит, Той свиде́тельствует о Мне. И вы же свиде́тельствуете, я́ко искони́ со Мно́ю есте́. Сия глаго́лах вам, да не соблазните́ся. От со́нмищ иждену́т вы: Но прии́дет час, да всяк, и́же убие́т вы, мни́тся слу́жбу приноси́ти Бо́гу. И сия́ сотворя́т, я́ко не позна́ша Отца́, ни Мене́. Но сия́ глаго́лах вам, да егда́ прии́дет час, помина́йте се, я́ко Аз рех вам. Сих же вам испе́рва не рех, я́ко с ва́ми бех. Ны́не же иду́ к Посла́вшему Мя, и никто́же от вас вопроша́ет Мене́: ка́мо и́деши? Но я́ко сия́ глаго́лах вам, ско́рби испо́лних сердца́ ва́ша. Но Аз и́стину вам глаго́лю: у́не есть вам, да Аз иду́. Аще бо не иду́ Аз, Уте́шитель не прии́дет к вам: а́ще ли же иду́, послю́ Его́ к вам. И прише́д Он обличи́т мир о гресе́, и о пра́вде, и о суде́. О гресе́ у́бо, я́ко не ве́руют в Мя. О пра́вде же, я́ко ко Отцу́ Моему́ иду́, и ктому́ не ви́дите Мене́. О суде́ же, я́ко князь ми́ра сего́ осужде́н бысть. Еще́ мно́го и́мам глаго́лати вам, но не мо́жете носи́ти ны́не. Егда́ же прии́дет Он, Дух Истины, наста́вит вы на вся́ку и́стину: не о Себе́ бо глагола́ти и́мать, но ели́ка а́ще услы́шит, глаго́лати и́мать и гряду́щая возвести́т вам. Он Мя просла́вит, я́ко от Моего́ прии́мет, и возвести́т вам. Вся е́лика и́мать Оте́ц, Моя́ суть: сего́ ра́ди рех, я́ко от Моего́ прии́мет, и возвести́т вам. Вма́ле, и ктому́ не ви́дите Мене́: и па́ки вма́ле, и у́зрите Мя, я́ко иду́ ко Отцу́. Ре́ша же от учени́к Его́ к себе́: что есть сие́, е́же глаго́лет нам: вма́ле, и не ви́дите Мене́, и па́ки вма́ле, и у́зрите Мя, и я́ко Аз иду́ ко Отцу́; Глаго́лаху у́бо, что сие́ есть е́же глаго́лет: вма́ле? Не ве́мы, что глаго́лет. Разуме́ же Иису́с, я́ко хотя́ху Его́ вопроша́ти, и рече́ им: о сем ли стяза́етеся между́ собо́ю, я́ко рех: вма́ле, и не ви́дите Мене́, и па́ки вма́ле, и у́зрите Мя? Ами́нь, ами́нь глаго́лю вам, я́ко воспла́четеся и возрыда́ете вы, а мир возра́дуется: вы же печа́льни бу́дете, но печа́ль ва́ша в ра́дость бу́дет. Жена́ егда́ ражда́ет, скорбь и́мать, я́ко прии́де год ея́: егда́ же роди́т отроча́, ктому́ не по́мнит ско́рби за ра́дость, я́ко роди́ся челове́к в мир. И вы же печа́ль и́мате у́бо ны́не: па́ки же узрю́ вы, и возра́дуется се́рдце ва́ше, и ра́дости ва́шея никто́же во́змет от вас: и в той день Мене́ не вопро́сите ничесо́же. Ами́нь, ами́нь глаго́лю вам, я́ко, ели́ка а́ще чесо́ про́сите от Отца́ во Имя Мое́, даст вам. Досе́ле не проси́сте ничесо́же во Имя Мое́: проси́те, и прии́мите, да ра́дость ва́ша испо́лнена бу́дет. Сия́ в при́тчах глаголах вам, но прии́дет час, егда́ ктому́ в при́тчах не глаго́лю вам, но я́ве о Отце́ возвещу́ вам. В той день во Имя Мое́ вопро́сите, и не глаго́лю вам, я́ко Аз умолю́ Отца́ о вас. Сам бо Оте́ц лю́бит вы, я́ко вы Мене́ возлюби́сте и ве́ровасте, я́ко Аз от Бо́га изыдо́х. Изыдо́х от Отца́, и приидо́х в мир: и па́ки оставля́ю мир, и иду́ ко Отцу́. Глаго́лаша Ему́ ученицы́ Его́: се ны́не не обину́яся глаго́леши, а при́тчи никоея́же не глаго́леши. Ны́не ве́мы, я́ко ве́си вся, и не тре́буеши, да кто тя вопроша́ет: о сем ве́руем, я́ко от Бо́га изше́л еси́. Отвеща́ им Иису́с: ны́не ли ве́руете? Се гряде́т час, и ны́не прии́де, да разы́дется ко́ждо во своя́ и Мене еди́наго оста́вите: и несмь еди́н, я́ко Оте́ц со Мно́ю есть. Сия́ глаго́лах вам, да во Мне мир и́мате. В ми́ре ско́рбни бу́дете: но дерза́йте, я́ко Аз победи́х мир. Сия́ глаго́ла Иису́с, и возведе́ очи́ Свои́ на не́бо, и рече́: Отче, прии́де час: просла́ви Сы́на Твоего́, да и Сын Твой просла́вит Тя. Якоже дал еси́ Ему́ власть вся́кия пло́ти, да вся́ко е́же дал еси́ Ему́, даст им живо́т ве́чный. Се же есть живо́т ве́чный, да зна́ют Тебе́ Еди́наго и́стиннаго Бо́га, и Его́же посла́л еси́ Иису́с Христа́. Аз просла́вих Тя на земли́: де́ло соверши́х, е́же дал Мне да сотворю́. И ны́не просла́ви Мя Ты, Отче, у Тебе́ Самого́ сла́вою, ю́же име́х у Тебе́, пре́жде мир не бысть. Яви́х Имя Твое́ челове́ком, и́хже дал еси́ Мне от ми́ра: Твои́ бе́ша, и Мне их дал еси́, и сло́во Твое́ сохрани́ша. Ны́не разуме́ша, я́ко вся, ели́ка дал еси́ Мне, от Тебе́ суть. Яко глаго́лы, и́хже дал еси́ Мне, дах им: и ти́и прия́ша, и разуме́ша вои́стинну, я́ко от Тебе́ изыдо́х, и ве́роваша, я́ко Ты Мя посла́. Аз о сих молю́: не о всем мире молю́, но о тех, и́хже дал еси́ Мне, я́ко Твои́ суть. И Моя́ вся Твоя́ суть, и Твоя́ Моя́: и просла́вихся в них. И ктому́ несмь в ми́ре, и си́и в мире суть, и Аз к Тебе́ гряду́. Отче Святы́й, соблюди́ их во Имя Твое́, и́хже дал еси́ Мне, да бу́дут еди́но, я́коже и Мы. Егда́ бех с ни́ми в ми́ре, Аз соблюда́х их во Имя Твое́: и́хже дал еси́ Мне, сохрани́х, и никто́же от них поги́бе, то́кмо сын поги́бельный, да сбу́дется Писа́ние. Ны́не же к Тебе́ гряду́, и сия́ глаго́лю в ми́ре, да и́мут ра́дость Мою́ испо́лнену в себе́. Аз дах им сло́во Твое́: и мир возненави́де их, я́ко не суть от ми́ра, я́коже и Аз от ми́ра несмь. Не молю́, да во́змеши их от ми́ра, но да соблюде́ши их от неприя́зни. От ми́ра не суть, я́коже и Аз от ми́ра несмь. Святи́ их во и́стину Твою́: сло́во Твое́ и́стина есть. Якоже Мене́ посла́л еси́ в мир, и Аз посла́х их в мир. И за них Аз свящу́ Себе́, да и ти́и бу́дут свяще́ни во истину. Не о сих же молю́ то́кмо, но и о ве́рующих словесе́ их ра́ди в Мя. Да вси еди́но суть, я́коже Ты, Отче, во Мне, и Аз в Тебе́, да и ти́и в нас еди́но бу́дут: да и мир ве́ру и́мет, я́ко Ты Мя посла́л еси́. И Аз сла́ву, ю́же дал еси́ Мне, дах им: да бу́дут еди́но, я́коже Мы еди́но есма́. Аз в них, и Ты во Мне, да бу́дут сверше́ни во еди́но: и да разуме́ет мир, я́ко Ты Мя посла́, и возлюби́л еси́ их, я́коже Мене́ возлюби́л еси́. Отче, и́хже дал еси́ Мне, хощу́, да иде́же есмь Аз, и ти́и бу́дут со Мно́ю: да ви́дят сла́ву Мою́, ю́же дал еси́ Мне, я́ко возлю́бил Мя еси́ пре́жде сложе́ния ми́ра. Отче Пра́ведный, и мир Тебе́ не позна́, Аз же Тя позна́х, и си́и позна́ша, я́ко Ты Мя посла́. И сказа́х им Имя Твое́, и скажу́, да любы́, е́юже Мя еси́ возлюби́л, в них бу́дет, и Аз в них. И сия́ рек Иису́с, изы́де со ученики́ Свои́ми на он пол пото́ка Ке́дрска, иде́же бе вертогра́д, во́ньже вни́де Сам и ученицы́ Его́.

2–е Евангелие Святых Страстей

Евангелие от Иоанна, зач. 58–59 (Ин. 18: 1–28):

Во вре́мя о́но, изы́де Иису́с со ученики́ Свои́ми на он пол пото́ка Ке́дрска, иде́же бе вертогра́д, во́ньже вни́де Сам и ученицы́ Его́. Ве́дяше же Иу́да предая́й Его́ ме́сто, я́ко мно́жицею собира́шеся Иису́с ту со ученики́ Свои́ми. Иу́да же прие́м спи́ру и от архиере́й и фарисе́й слуги́, прии́де та́мо со свети́лы и свеща́ми и ору́жии. Иису́с же ве́дый вся гряду́щая Нань, изше́д рече́ им: кого́ и́щете? Отвеща́ша Ему́: Иису́са Назоре́а. Глаго́ла им Иису́с: Аз есмь. Стоя́ше же и Иу́да, и́же предая́ше Его́, с ни́ми. Да я́коже рече́ им: Аз есмь, идо́ша вспять, и падо́ша на земли́. Па́ки же вопроси́ их Иису́с: кого́ и́щете? Они́ же ре́ша: Иису́са Назоре́а. Отвеща́ Иису́с: рех вам, я́ко Аз есмь. Аще у́бо Мене́ и́щете, оста́вите сих ити́. Да сбу́дется сло́во, е́же рече́: я́ко и́хже дал еси́ Мне, не погуби́х от них никого́же. Си́мон же Петр, имы́й нож, извлече́ его́, и уда́ри архиере́ова раба́, и уре́за ему́ у́хо десно́е: бе же и́мя рабу́ Малх. Рече́ же Иису́с Петро́ви: вонзи́ нож в но́жницу. Ча́шу ю́же даст Мне Оте́ц, не и́мам ли пи́ти ея́? Спи́ра же и ты́сящник и слуги́ иуде́йския я́ша Иису́са, и связа́ша Его́. И ведо́ша Его́ ко Анне пе́рвее, бе бо тесть Каиа́фе, и́же бе архиере́й ле́ту тому́. Бе же Каиа́фа да́вый сове́т иуде́ом, я́ко у́не есть еди́ному челове́ку умре́ти за лю́ди. По Иису́се же идя́ше Си́мон Петр и други́й учени́к: учени́к же той бе зна́емь архиере́ови, и вни́де со Иису́сом во двор архиере́ов. Пе́тр же стоя́ше при две́рех вне. Изы́де у́бо учени́к той, и́же бе зна́емь архиере́ови, и рече́ две́рнице, и введе́ Петра́. Глаго́ла же раба́ две́рница Петро́ви: еда́ и ты учени́к еси́ Челове́ка Сего́? Глаго́ла он: несмь. Стоя́ху же раби́ и слуги́ огнь сотво́рше, я́ко зима́ бе, и гре́яхуся. Бе же с ни́ми Петр стоя́, и гре́яся. Архиере́й же вопроси́ Иису́са о ученице́х Его́ и о уче́нии Его́. Отвеща́ ему́ Иису́с: Аз не обину́яся глаго́лах ми́ру: Аз всегда́ уча́х на со́нмищих и в це́ркви, иде́же всегда́ иуде́е сне́млются, и тай не глаго́лах ничесо́же. Что Мя вопроша́еши? Вопроси́ слы́шавших, что глаго́лах им: се си́и ве́дят, я́же рех Аз. Сия́ же ре́кшу Ему́, еди́н от предстоя́щих слуг уда́ри в лани́ту Иису́са, рек: та́ко ли отвещава́еши архиере́ови? Отвеща́ ему́ Иису́с: а́ще зле глаго́лах, свиде́тельствуй о зле: а́ще ли до́бре, что Мя бие́ши? Посла́ же Его́ Анна свя́зана к Каиа́фе архиере́ови. Бе же Си́мон Петр стоя́ и гре́яся. Ре́ша же ему́: еда́ и ты от учени́к Его́ еси́? Он же отве́ржеся, и рече́: несмь. Глаго́ла еди́н от раб архиере́ов, ю́жика сый, ему́же Петр уре́за у́хо: не аз ли тя ви́дех в вертогра́де с Ним? Па́ки у́бо Петр отве́ржеся, и а́бие пе́тел возгласи́. Ведо́ша же Иису́са от Каиа́фы в прето́р. Бе же у́тро: и ти́и не внидо́ша в прето́р, да не оскверня́тся, но да ядя́т фа́ску.

3–е Евангелие Святых Страстей

Евангелие от Матфея, зач. 109 (Мф. 26: 57–75):

Во вре́мя о́но, во́ини е́мше Иису́са ведо́ша к Каиа́фе архиере́ови, иде́же кни́жницы и ста́рцы собра́шася. Петр же идя́ше по Нем издале́ча, до двора́ архиере́ова: и вшед внутрь, седя́ше со слуга́ми, ви́дети кончи́ну. Архиере́е же и ста́рцы, и сонм весь иска́ху лжесвиде́тельства на Иису́са, я́ко да убию́т Его́, и не обрета́ху: и мно́гим лжесвиде́телем присту́пльшим, не обрето́ша. По́слежде же приступи́ша два лжесвиде́теля, ре́ста: Сей рече́: могу́ разори́ти це́рковь Бо́жию, и треми́ де́ньми созда́ти ю. И воста́в архиере́й, рече́ Ему́: ничесо́же ли отвещава́еши, что си́и на Тя свиде́тельствуют? Иису́с же молча́ше. И отвеща́в архиере́й, рече́ Ему́: заклина́ю Тя Бо́гом живы́м, да рече́ши нам, а́ще Ты еси́ Христо́с Сын Бо́жий? Глаго́ла ему́ Иису́с: ты рече́. Оба́че глаго́лю вам: отсе́ле у́зрите Сы́на Челове́ческаго седя́ща одесну́ю си́лы, и гряду́ща на о́блацех небе́сных. Тогда́ архиере́й растерза́ ри́зы своя́, глаго́ля: я́ко хулу́ глаго́ла, что еще́ тре́буем свиде́телей? Се ны́не слы́шасте хулу́ Его́. Что ся вам мнит? Они́ же отвеща́вше ре́ша: пови́нен есть сме́рти. Тогда́ заплева́ша лице́ Его́, и па́кости Ему́ де́яху, о́вии же за лани́ту уда́риша, глаго́люще: прорцы́ нам, Христе́: кто есть ударе́й Тя? Петр же вне седя́ше во дворе́, и приступи́ к нему́ еди́на рабы́ня, глаго́лющи: и ты бе со Иису́сом Галиле́йским? Он же отве́ржеся пред все́ми, глаго́ля: не вем, что глаго́леши. Изше́дшу же ему́ ко врато́м, узре́ его́ друга́я, и глаго́ла им ту: и сей бе со Иису́сом Назоре́ом. И па́ки отве́ржеся с кля́твою, я́ко не зна́ю Челове́ка. По ма́ле же приступи́вше стоя́щии, ре́ша Петро́ви: вои́стинну и ты от них еси́: и́бо бесе́да твоя́ я́ве тя твори́т. Тогда́ нача́т роти́тися и кля́тися, я́ко не зна́ю Челове́ка. И а́бие пе́тел возгласи́. И помяну́ Петр глаго́л Иису́сов, рече́нный ему́: я́ко пре́жде да́же пе́тел не возгласи́т, трикра́ты отве́ржешися Мене́. И изше́д вон, пла́кася го́рько.

4–е Евангелие Святых Страстей

Евангелие от Иоанна, зач. 59–60 (Ин. 18: 28 – 19: 16):

Во вре́мя о́но ведо́ша Иису́са от Каиа́фы в прето́р. Бе же у́тро: и ти́и не внидо́ша в прето́р, да не оскверня́тся, но да ядя́т фа́ску. Изы́де же Пила́т к ним вон и рече́: ку́ю речь прино́сите на Челове́ка Сего́? Отвеща́ша и ре́ша ему́: а́ще не бы был Сей злоде́й, не бы́хом пре́да́ли Его́ тебе́. Рече́ же им Пила́т: поими́те Его́ вы и по зако́ну ва́шему суди́те Ему́. Ре́ша же ему иуде́е: нам недосто́ит уби́ти никого́же. Да сло́во Иису́сово сбу́дется, е́же рече́, назна́менуя, ко́ею сме́ртию хотя́ше умре́ти. Вни́де же па́ки Пила́т в прето́р, и гласи́ Иису́са, и рече́ Ему́: Ты ли еси́ Царь Иуде́йск? Отвеща́ ему́ Иису́с: о себе́ ли ты сие́ глаго́леши, или́ ини́и тебе́ реко́ша о Мне? Отвеща́ Пила́т: еда́ аз жидови́н есмь? Род Твой и архиере́е преда́ша Тя мне: что еси́ сотвори́л? Отвеща́ Иису́с: Ца́рство Мое́ несть от ми́ра сего́: аще от ми́ра сего́ бы́ло бы Ца́рство Мое́, слуги́ Мои́ у́бо подвиза́лися бы́ша, да не пре́дан бых был иуде́ом: ны́не же Ца́рство Мое́ несть отсю́ду. Рече́ же Ему́ Пила́т: у́бо Царь ли еси́ Ты? Отвеща́ Иису́с: ты глаго́леши, я́ко Царь есмь Аз. Аз на сие́ роди́хся и на сие́ приидо́х в мир, да свиде́тельствую и́стину: и всяк, и́же есть от и́стины, послу́шает гла́са Моего́. Глаго́ла Ему́ Пила́т: что есть и́стина? И сие́ рек, па́ки изы́де ко иуде́ом, и глаго́ла им: аз ни еди́ныя вины́ обрета́ю в Нем. Есть же обы́чай вам, да еди́наго вам отпущу́ на Па́сху: хо́щете ли у́бо, да отпущу́ вам Царя́ Иуде́йска? Возопи́ша же па́ки вси, глаго́люще: не Сего́, но Вара́вву. Бе же Вара́вва разбо́йник. Тогда́ у́бо Пила́т поя́т Иису́са и би Его́. И во́ини спле́тше вене́ц от те́рния, возложи́ша Ему́ на главу́, и в ри́зу багря́ну облеко́ша Его́, и глаго́лаху: ра́дуйся, Царю́ Иуде́йский! И бия́ху Его́ по лани́тома. Изы́де же па́ки вон Пила́т и глаго́ла им: се извожу́ Его́ вам вон, да разуме́ете, я́ко в Нем ни еди́ныя вины́ обрета́ю. Изы́де же вон Иису́с, нося́ терно́вен вене́ц и багря́ну ри́зу. И глаго́ла им: се́ Челове́к. Егда́ же ви́деша Его́ архиере́е и слуги́, возопи́ша глаго́люще: распни́, распни́ Его́. Глаго́ла им Пила́т: поими́те Его́ вы и распни́те, аз бо не обрета́ю в Нем вины́. Отвеща́ша ему́ иуде́е: мы зако́н и́мамы, и по зако́ну на́шему до́лжен есть умре́ти, я́ко Себе́ Сы́на Бо́жия сотвори́. Егда́ же слы́ша Пила́т сие́ сло́во, па́че убоя́ся. И вни́де в прето́р па́ки и глаго́ла Иису́сови: отку́ду еси́ Ты? Иису́с же отве́та не даде́ ему́. Глаго́ла же Ему́ Пила́т: мне ли не глаго́леши? не ве́си ли, я́ко власть и́мам распя́ти Тя, и власть и́мам пусти́ти Тя? Отвеща́ Иису́с: не и́маши вла́сти ни еди́ныя на Мне, а́ще не бы ти дано́ свы́ше. Сего́ ра́ди преда́вый Мя тебе́ бо́лий грех и́мать. От сего́ иска́ше Пила́т пусти́ти Его́. Иуде́е же вопия́ху, глаго́люще: а́ще Сего́ пу́стиши, не́си друг ке́сарев. Всяк, и́же царя́ себе́ творя́й, проти́вится ке́сарю. Пила́т же слы́шав сие́ сло́во, изведе́ вон Иису́са и се́де на суди́щи, на ме́сте глаго́лемем Лифострото́н, евре́йски же Гавва́фа. Бе же пято́к Па́сце, час же я́ко шесты́й. И глаго́ла иуде́ом: се Царь ваш. Они́ же вопия́ху: возми́, возми́, распни́ Его́. Глаго́ла им Пила́т: Царя́ ли ва́шего распну́? Отвеща́ша архиере́е: не и́мамы царя́ то́кмо ке́саря. Тогда́ же предаде́ Его́ им, да ра́спнется.

5–е Евангелие Святых Страстей

Евангелие от Матфея, зач. 111–112 (Мф. 27: 3–32):

Во вре́мя о́но, ви́дев Иу́да преда́вый Иису́са, я́ко осуди́ша Его́, раска́явся возврати́ три́десять сре́бреники архиере́ем и ста́рцем, глаго́ля: согреши́х, преда́в кровь непови́нную. Они́ же ре́ша: что есть нам; ты у́зриши. И пове́рг сре́бреники в це́ркви, оты́де, и шед удави́ся. Архиере́е же прие́мше сре́бреники, ре́ша: недосто́йно есть вложи́ти их в корва́ну: поне́же цена́ кро́ве есть. Сове́т же сотво́рше, купи́ша и́ми село́ скуде́льниче, в погреба́ние стра́нным. Те́мже нарече́ся село́ то, село́ кро́ве, до сего́ дне. Тогда́ сбы́стся рече́нное Иереми́ем проро́ком глаго́лющим: и прия́ша три́десять сре́бреник це́ну Цене́ннаго, Его́же цени́ша от сыно́в Изра́илев: и да́ша я на селе́ скуде́льничи, я́коже сказа́ мне Госпо́дь. Иису́с же ста пред иге́моном, и вопроси́ Его́ иге́мон, глаго́ля: Ты ли еси́ Царь Иуде́йский? Иису́с же рече́ ему́: ты глаго́леши. И егда́ Нань глаго́лаху архиере́е и ста́рцы, ничесо́же отвещава́ше. Тогда́ глаго́ла Ему́ Пила́т: не слы́шиши ли, коли́ко на Тя свиде́тельствуют? И не отвеща́ ему́ ни к едино́му глаго́лу: я́ко диви́тися иге́мону зело́. На всяк же пра́здник обы́чай бе иге́мону отпуща́ти еди́наго наро́ду свя́зня, его́же хотя́ху. Имя́ху же тогда́ свя́зана наро́чита, глаго́лемаго Вара́вву. Со́бранным же им, рече́ им Пила́т: кого́ хо́щете от обою́ отпущу́ вам, Вара́вву ли, или́ Иису́са, глаго́лемаго Христа́? Ве́дяше бо, я́ко за́висти ра́ди преда́ша Его́. Седя́щу же ему́ на суди́щи, посла́ к нему́ жена́ его́, глаго́лющи: ничто́же тебе́, и Пра́веднику Тому́: мно́го бо пострада́х днесь во сне Его́ ра́ди. Архиере́е же и ста́рцы наусти́ша наро́ды, да испро́сят Вара́вву, Иису́са же погубя́т. Отвеща́в же иге́мон, рече́ им: кого́ хо́щете от обою́ отпущу́ вам? Они́ же ре́ша: Вара́вву. Глаго́ла им Пила́т: что у́бо сотворю́ Иису́су глаго́лемому Христу́? Глаго́лаша ему́ вси: да ра́спят бу́дет. Иге́мон же рече́: ко́е у́бо зло сотвори́? Они́ же и́злиха вопия́ху, глаго́люще: да про́пят бу́дет. Ви́дев же Пила́т, я́ко ничто́же успева́ет, но па́че молва́ быва́ет, прие́м во́ду, умы́ ру́це пред наро́дом, глаго́ля: непови́нен есмь от кро́ве Пра́веднаго Сего́, вы у́зрите. И отвеща́вше вси лю́дие? ре́ша: кровь Его́ на нас и на ча́дех на́ших. Тогда́ отпусти́ им Вара́вву: Иису́са же бив, предаде́ им, да Его́ про́пнут. Тогда́ во́ини иге́моновы прие́мше Иису́са на суди́ще, собра́ша Нань все мно́жество во́ин. И совле́кше Его́, оде́яша Его́ хлами́дою червле́ною. И спле́тше вене́ц от те́рния, возложи́ша на главу́ Его́, и трость в десни́цу Его́: и покло́ншеся на коле́ну пред Ним, руга́хуся Ему́, глаго́люще: ра́дуйся, Царю́ Иуде́йский. И плю́нувше Нань, прия́ша трость, и бия́ху по главе́ Его́. И егда́ поруга́шася Ему́, совлеко́ша с Него багряни́цу: и облеко́ша Его́ в ри́зы Его́, и ведо́ша Его́ на пропя́тие. Исходя́ще же обрето́ша челове́ка Кирине́йска, и́менем Си́мона: и сему́ заде́ша понести́ Крест Его́.

6–е Евангелие Святых Страстей

Евангелие от Марка, зач. 67–68 (Мк. 15: 16–32):

Во вре́мя о́но, во́ини ведо́ша Иису́са внутрь двора́, е́же есть прето́р, и созва́ша всю спи́ру. И облеко́ша Его́ в препря́ду, и возложи́ша на Него́ спле́тше терно́в вене́ц. И нача́ша целова́ти Его́ и глаго́лати: ра́дуйся, Царю́ Иуде́йский. И бия́ху Его́ по главе́ тро́стию, и плюва́ху на Него́, и прегиба́юще коле́на, покланя́хуся Ему́. И егда́ поруга́шася Ему́, совлеко́ша с Него́ препря́ду, и облеко́ша Его́ в ри́зы Своя́: и изведо́ша Его́, да про́пнут Его́. И заде́ша мимоходя́щу не́коему Си́мону Кирине́ю, гряду́щу с села́, отцу́ Алекса́ндрову и Ру́фову, да во́змет Крест Его́. И приведо́ша Его́ на Голго́фу ме́сто: е́же есть сказа́емо, Ло́бное ме́сто. И дая́ху Ему́ пи́ти есмирнисме́но вино́: Он же не прия́т. И распе́ншии Его́ раздели́ша ри́зы Его́, мета́юще жре́бий о них, кто что во́змет. Бе же час тре́тий, и распя́ша Его́. И бе написа́ние вины́ Его́ напи́сано: Царь Иуде́йск. И с Ним распя́ша два разбо́йника: еди́наго одесну́ю, и еди́наго ошу́юю Его́. И сбы́стся писа́ние, е́же глаго́лет: и со беззако́нными вмени́ся. И мимоходя́щии ху́ляху Его́, покива́юще глава́ми свои́ми, и глаго́люще: уа́, разоря́яй це́рковь, и треми́ де́ньми созида́яй, спаси́ся Сам, и сни́ди с Креста́. Та́коже и архиере́е руга́ющеся друг ко дру́гу с кни́жники, глаго́лаху: и́ны спасе́, Себе́ ли не мо́жет спасти́; Христо́с Царь Изра́илев да сни́дет ны́не с Креста́, да ви́дим, и ве́ру и́мем Ему́.

7–е Евангелие Святых Страстей

Евангелие от Матфея, зач. 113 (Мф. 27: 33–54):

Во вре́мя о́но, прише́дше во́ини на ме́сто, нарица́емое Голго́фа, е́же есть Кра́ниево ме́сто, и да́ша Иису́су пи́ти о́цет с же́лчию сме́шен, и вкушь не хотя́ше пи́ти. Распе́ншии же Его́ раздели́ша ри́зы Его́, ве́ргше жре́бия: и седя́ще стрежа́ху Его́ ту. И возложи́ша верху́ главы́ Его́ вину́ Его́ напи́сану: Сей есть Иису́с Царь Иуде́йский. Тогда́ распя́ша с Ним два разбо́йника: еди́наго одесну́ю, и еди́наго ошу́юю. Мимоходя́щии же ху́ляху Его́, покива́юще глава́ми свои́ми, и глаго́люще: разоря́яй це́рковь, и треми́ де́ньми созида́яй, спаси́ся Сам: а́ще Сын еси́ Бо́жий, сни́ди со Креста́. Та́кожде же и архиере́е руга́ющеся с кни́жники, и ста́рцы, и фарисе́и, глаго́лаху: ины́я спасе́, Себе́ ли не мо́жет спасти́; аще Царь Изра́илев есть, да сни́дет ны́не со Креста́, и ве́руем в Него́: упова́ на Бо́га: да изба́вит ны́не Его́, а́ще хо́щет Ему́: рече́ бо, я́ко Бо́жий есмь Сын. То́жде же и разбо́йника распя́тая с Ним поноша́ста Ему́. От шеста́го же часа́ тьма бысть по всей земли́, до часа́ девя́таго. О девя́том же часе́ возопи́ Иису́с гла́сом ве́лиим, глаго́ля: Или́, Или́, лима́ савахфани́; еже есть, Бо́же Мой, Бо́же Мой, вску́ю Мя еси́ оста́вил? Не́цыи же от ту стоя́щих слы́шавше, глаго́лаху: я́ко Илию́ глаша́ет Сей. И а́бие тек еди́н от них, и прие́м гу́бу, испо́лнив же о́цта, и вонзе́ на трость, напая́ше Его́. Про́чии же глаго́лаху: оста́ви, да ви́дим, а́ще прии́дет Илиа́ спасти́ Его́. Иису́с же па́ки возопи́в гла́сом ве́лиим, испусти́ дух. И се заве́са церко́вная раздра́ся на дво́е, с вы́шняго кра́я до ни́жняго: и земля́ потрясе́ся, и ка́мение распаде́ся; и гро́би отверзо́шася, и мно́га телеса́ усо́пших святы́х воста́ша: и изше́дше из гроб по Воскресе́нии Его́, внидо́ша во святы́й град, и яви́шася мно́зем. Со́тник же и и́же с ним стрегу́щии Иису́са, ви́девше трус и бы́вшая, убоя́шася зело́, глаго́люще: вои́стинну Бо́жий Сын бе Сей.

8–е Евангелие Святых Страстей

Евангелие от Луки, зач. 111 (Лк. 23: 32–49):

Во вре́мя о́но, ведя́ху со Иису́сом и и́на два злоде́я с Ним уби́ти. И егда́ приидо́ша на ме́сто, нарица́емое Ло́бное, ту распя́ша Его́, и злоде́я, о́ваго у́бо одесну́ю, а друга́го ошу́юю. Иису́с же глаго́лаше: Отче, отпусти́ им: не ве́дят бо что творя́т. Разделя́юще же ри́зы Его́, мета́ху жре́бия. И стоя́ху лю́дие зря́ще. Руга́хуся же и кня́зи с ни́ми, глаго́люще: ины́я спасе́, да спасе́т и Себе́, а́ще Той есть Христо́с Бо́жий избра́нный. Руга́хуся же Ему́ и во́ини, приступа́юще, и о́цет приде́юще Ему́. И глаго́лаху: а́ще Ты еси́ Царь Иуде́йск, спаси́ся Сам. Бе же и написа́ние напи́сано над Ним писмены́ е́ллинскими, и ри́мскими, и евре́йскими: Сей есть Царь Иуде́йск. Еди́н же от обе́шеною злоде́ю ху́ляше Его́, глаго́ля: а́ще Ты еси́ Христо́с, спаси́ Себе́ и на́ю. Отвеща́в же други́й, преща́ше ему́, глаго́ля: ни ли ты бои́шися Бо́га, я́ко в то́мже осужде́н еси́; и мы у́бо в пра́вду, досто́йная бо по дело́м на́ю восприе́млева: Сей же ни еди́наго зла сотвори́. И глаго́лаше Иису́сови: помяни́ мя, Го́споди, егда́ прии́деши во Ца́рствии Си. И рече́ ему́ Иису́с: ами́нь глаго́лю тебе́, днесь со Мно́ю бу́деши в раи́. Бе же час я́ко шесты́й, и тьма бысть по всей земли́ до часа́ девя́таго. И поме́рче со́лнце, и заве́са церко́вная раздра́ся посреде́. И возгла́шь гла́сом ве́лиим Иису́с рече́: Отче, в ру́це Твои́ предаю́ дух Мой: и сия́ рек и́здше. Ви́дев же со́тник бы́вшее, просла́ви Бо́га, глаго́ля: вои́стинну Челове́к Сей пра́веден бе. И вси прише́дшии наро́ди на позо́р сей, ви́дяще быва́ющая, бию́ще пе́рси своя́ возвраща́хуся. Стоя́ху же вси зна́емии Его́ издале́ча, и жены́ спосле́дствовавшия Ему́ от Галиле́и, зря́ще сих.

9–е Евангелие Святых Страстей

Евангелие от Иоанна, зач. 61 (Ин. 19: 25–37):

Во вре́мя о́но, стоя́ху при Кресте́ Иису́сове Ма́ти Его́, и сестра́ Ма́тере Его́ Мари́я Клео́пова, и Мари́я Магдали́на. Иису́с же ви́дев Ма́терь и ученика́ стоя́ща, его́же любля́ше, глаго́ла Ма́тери Свое́й: Же́но, се сын Твой. Пото́м же глаго́ла ученику́: се Ма́ти твоя́. И от того́ часа́ поя́т Ю учени́к во своя́си. Посе́м ве́дый Иису́с, я́ко вся уже́ соверши́шася, да сбу́дется Писа́ние, глаго́ла: жа́жду. Сосу́д же стоя́ше полн о́цта: они́ же испо́лнивше гу́бу о́цта, и на трость во́нзше, приде́ша ко усто́м Его́. Егда́ же прия́т о́цет Иису́с, рече́: соверши́шася. И прекло́нь главу́, предаде́ дух. Иуде́е же, поне́же пято́к бе, да не оста́нут на Кресте́ телеса́ в суббо́ту, бе бо вели́к день тоя́ суббо́ты, моли́ша Пила́та, да пребию́т го́лени их, и во́зьмут. Приидо́ша же во́ини, и пе́рвому у́бо преби́ша го́лени, и друго́му распя́тому с Ним. На Иису́са же прише́дше, я́ко ви́деша Его́ уже́ уме́рша, не преби́ша Ему́ го́лений: но еди́н от во́ин копие́м ре́бра Ему́ прободе́, и а́бие изы́де кровь и вода́. И ви́девый свиде́тельствова, и и́стинно есть свиде́тельство его́. И той весть, я́ко и́стину глаго́лет, да вы ве́ру и́мете. Бы́ша бо сия́, да сбу́дется Писа́ние: кость не сокруши́тся от Него́. И па́ки друго́е Писа́ние глаго́лет: воззря́т Нань, Его́же прободо́ша.

10–е Евангелие Святых Страстей

Евангелие от Марка, зач. 69 (Мк. 15: 43–47):

Во вре́мя о́но, прии́де Ио́сиф, и́же от Аримафе́я, благообра́зен сове́тник, и́же и той бе ча́я Ца́рствия Бо́жия, дерзну́в вни́де к Пила́ту, и проси́ Те́ло Иису́сово. Пила́т же диви́ся, а́ще уже́ у́мре: и призва́в со́тника, вопроси́ его́: а́ще уже́ у́мре; и уве́дев от со́тника, даде́ Те́ло Ио́сифови. И купи́в плащани́цу, и снем Его́, обви́т плащани́цею, и положи́ Его́ во гроб, и́же бе изсе́чен от ка́мене: и привали́ ка́мень над две́ри гро́ба. Мари́я же Магдали́на, и Мари́я Иоси́ева зря́сте, где Его́ полага́ху.

11–е Евангелие Святых Страстей

Евангелие от Иоанна, зач. 62 (Ин. 19: 38–42):

Во вре́мя о́но, моли́ Пила́та Ио́сиф и́же от Аримафе́я, сый учени́к Иису́сов, потае́н же стра́ха ра́ди иуде́йска, да во́змет Те́ло Иису́сово: и повеле́ Пила́т. Прии́де же и взят Те́ло Иису́сово. Прии́де же и Никоди́м, прише́дый ко Иису́сови но́щию пре́жде, нося́ смеше́ние сми́рнено и ало́йно, я́ко литр сто. Прия́ста же Те́ло Иису́сово, и обви́ста е́ ри́зами со арома́ты, я́коже обы́чай есть иуде́ом погреба́ти. Бе же на ме́сте, иде́же распя́тся, верт, и в ве́рте гроб нов, в не́мже николи́же никто́же положе́н бе. Ту у́бо пятка́ ра́ди иуде́йска, я́ко близ бя́ше гроб, положи́ста Иису́са.

12–е Евангелие Святых Страстей

Евангелие от Матфея, зач. 114 (Мф. 27: 62–66):

Во у́трий день, и́же есть по пятце́, собра́шася архиере́е и фарисе́е к Пила́ту: глаго́люще: го́споди, помяну́хом, я́ко льстец он рече́ еще́ сый жив: по трие́х днех воста́ну. Повели́ у́бо утверди́ти гроб до тре́тияго дне: да не ка́ко прише́дше ученицы́ Его́ но́щию укра́дут Его́, и реку́т лю́дем: воста́ от ме́ртвых: и бу́дет после́дняя лесть го́рша пе́рвыя. Рече́ же им Пила́т: и́мате кустоди́ю, иди́те, утверди́те, я́коже ве́сте. Они́ же ше́дше утверди́ша гроб, зна́менавше ка́мень с кустоди́ею.

Паримии Страстной Субботы

1–е чтение из книги Бытия (Быт. 1: 1–13):

В нача́ле сотвори́ Бог не́бо и зе́млю. Земля́ же бе неви́дима, и неустро́ена, и тьма верху́ бе́здны; и Дух Бо́жий ноша́шеся верху́ воды́. И рече́ Бог: да бу́дет свет, и бысть свет. И ви́де Бог свет, я́ко добро́; и разлучи́ Бог между́ све́том и между́ тьмо́ю. И нарече́ Бог свет день, а тьму нарече́ нощь. И бысть ве́чер, и бысть у́тро, день еди́н. И рече́ Бог: да бу́дет твердь посреде́ воды́, и да бу́дет разлуча́ющи посреде́ воды́ и воды́; и бысть та́ко. И сотвори́ Бог твердь; и разлучи́ Бог между́ водо́ю, я́же бе под тве́рдию, и между́ водо́ю, я́же бе над тве́рдию. И нарече́ Бог твердь не́бо; и ви́де Бог, я́ко добро́. И бысть ве́чер, и бысть у́тро, день вторы́й. И рече́ Бог: да собере́тся вода́, я́же под небесе́м, в собра́ние еди́но, и да яви́тся су́ша; и бысть та́ко. И собра́ся вода́, я́же под небесе́м, в собра́ния своя́, и яви́ся су́ша. И нарече́ Бог су́шу зе́млю, и собра́ния вод нарече́ моря́; и ви́де Бог, я́ко добро́. И рече́ Бог: да прорасти́т земля́ бы́лие травно́е, се́ющее се́мя по ро́ду и по подо́бию, и дре́во плодови́тое, творя́щее плод, ему́же се́мя его́ в нем по ро́ду на земли́; и бысть та́ко. И изнесе́ земля́ бы́лие травно́е, се́ющее се́мя по ро́ду и по подо́бию, и дре́во плодови́тое творя́щее плод, ему́же се́мя его́ в нем по ро́ду на земли́; и ви́де Бог, я́ко добро́. И бысть ве́чер, и бысть у́тро, день тре́тий.

2–е чтение из пророчества Исаии (Ис. 60: 1–16):

Свети́ся, свети́ся, Иерусали́ме, прии́де бо твой свет, и сла́ва Госпо́дня на тебе́ возсия́. Се тьма покры́ет зе́млю, и мрак на язы́ки, на тебе́ же яви́тся Госпо́дь, и сла́ва Его на тебе́ у́зрится. И по́йдут ца́рие све́том твои́м и язы́цы све́тлостию твое́ю. Возведи́ о́крест о́чи твои́, и виждь собра́ная ча́да твоя́: се приидо́ша вси сы́нове твои́ издале́ча, и дще́ри твои́ на ра́мех во́змутся. Тогда́ узриши, и возра́дуешися, и убои́шися, и ужа́снешися се́рдцем, я́ко приложи́тся к тебе́ бога́тство морско́е, и язы́ков, и люде́й. И прии́дут к тебе́ стада́ вельблю́д, и покры́ют тя вельблю́ди Мадиа́мстии и Гефа́рстии: вси от Савы́ прии́дут, нося́ще зла́то, и лива́н принесу́т, и ка́мень че́стен, и спасе́ние Госпо́дне благовозвестя́т. И вся о́вцы Кида́рския соберу́тся тебе́, и о́вни Навео́фстии прии́дут к тебе́, и вознесу́тся прия́тная на же́ртвенник Мой, и дом моли́твы Моея́ просла́вится. Ки́и суть, и́же я́ко о́блацы летя́т, и я́ко го́луби со птенцы́ ко Мне? Мене́ о́строви жда́ша, и корабли́ Фарси́йстии в пе́рвых, привести́ ча́да твоя́ издале́ча, и сребро́ и зла́то их с ни́ми, имене ра́ди Госпо́дня Свята́го и за е́же Свято́му Изра́илеву сла́вну бы́ти. И сози́ждут сы́нове иноро́днии сте́ны твоя́, и ца́рие их предстоя́ти бу́дут тебе́: за гнев бо Мой порази́х тя, и за ми́лость Мою́ возлюби́х тя. И отве́рзутся врата́ твоя́ при́сно, день и нощь не затворя́тся, ввести́ к тебе́ си́лу язы́к, и цари́ их ведо́мыя. Язы́цы бо и ца́рие, и́же не порабо́тают ти, поги́бнут, и язы́цы запусте́нием запусте́ют. И сла́ва Лива́нова к тебе́ прии́дет, кипари́сом, и пе́вгом, и ке́дром, вку́пе просла́вити ме́сто свято́е Мое́, и ме́сто ног Мои́х просла́влю. И по́йдут к тебе́ боя́щеся сы́нове смири́вших тя и раздражи́вших тя, и покло́нятся следа́м ног твои́х вси прогне́вавшии тя; и нарече́шися град Госпо́день, Сио́н Свята́го Изра́илева. За сие́, я́ко был еси́ оста́влен и возненави́ден, и не бе помога́ющаго ти, положу́ тя в ра́дость ве́чную, весе́лие родо́м родо́в. И иссе́ши млеко́ язы́ков, и бога́тство царе́й сне́си, и уразуме́еши, я́ко Аз Госпо́дь спаса́яй тя, и избавля́яй тя Бог Изра́илев.

3–е чтение из книги Исхода (Исх. 12: 1–11):

Рече́ Госпо́дь к Моисе́ю и Ааро́ну в земли́ Еги́петстей, глаго́ля: ме́сяц сей вам нача́ло ме́сяцей, пе́рвый бу́дет вам в ме́сяцех ле́та. Рцы ко всему́ со́нму сыно́в Изра́илевых, глаго́ля: в деся́тый ме́сяца сего́ да во́змет ки́йждо овча́ по домо́м оте́честв, ки́йждо овча́ по до́му. Аще же ма́ло их есть в дому́, я́ко недово́льным бы́ти на овча́, да во́змет с собо́ю сосе́да бли́жняго своего́ по числу́ душ, ки́йждо дово́льное себе́ сочте́т на овча́. Овча́ соверше́нно, му́жеск пол, непоро́чно и единоле́тно бу́дет вам, от а́гнец и от ко́злищ прии́мете. И бу́дет вам соблюде́но да́же до четвертагона́десять дне ме́сяца сего́; и зако́лют то́ все мно́жество собо́ра сыно́в Изра́илевых к ве́черу. И прии́мут от кро́ве, и пома́жут на обою́ подво́ю и на пра́гах в доме́х, в ни́хже снедя́т то́е. И снедя́т мяса́ в нощи́ той пече́на огне́м, и опресно́ки с го́рьким зе́лием снедя́т. Не сне́сте от них су́рово, ниже́ варе́но в воде́, но пече́ное огне́м, главу́ с нога́ми и со утро́бою. Не оста́вите от него́ до у́трия, и ко́сти не сокруши́те от него́; оста́нки же от него́ до у́тра огне́м сожже́те. Си́це же сне́сте е́: чресла́ ва́ша препоя́сана, и сапо́зи ва́ши на нога́х ва́ших, и жезлы́ ва́ши в рука́х ва́ших; и сне́сте е́ со тща́нием: Па́сха есть Госпо́дня.

4–е чтение книги пророчества Ионы:

Бысть сло́во Госпо́дне ко Ио́не, сы́ну Амафи́ину, глаго́ля: воста́ни и иди́ в Ниневи́ю, град вели́кий, и пропове́ждь в нем, я́ко взы́де вопль зло́бы его́ ко Мне. И воста́ Ио́на, е́же бежа́ти в Фарси́с от лица́ Госпо́дня; и сни́де во Иоппи́ю, и обре́те кора́бль иду́щ в Фарси́с; и даде́ нае́м свой, и вни́де в онь плы́ти с ни́ми в Фарси́с от лица́ Госпо́дня. И Госпо́дь воздви́же ветр ве́лий на мо́ри, и бысть бу́ря вели́кая в мо́ри, и кора́бль бе́дствоваше е́же сокруши́тися. И убоя́шася корабе́льницы, и возопи́ша ки́йждо к бо́гу свое́му, и измета́ние сотвори́ша сосу́дов, и́же в корабли́, в мо́ре е́же облегчи́тися от них; Ио́на же сни́де во дно корабля́, и спа́ше ту́ и храпля́ше. И прии́де к нему́ ко́рмчий и рече́ ему́: что́ ты хра́плеши? Воста́ни и моли́ Бо́га твоего́, я́ко да спасе́т ны Бог, да не поги́бнем. И рече́ ки́йждо ко и́скреннему своему́: прииди́те ве́ржем жре́бия, и уразуме́ем, кого́ ра́ди есть зло сие́ на нас; и метну́ша жре́бия, и паде́ жре́бий на Ио́ну. И ре́ша к нему́: возвести́ нам, кого́ ра́ди сие́ зло на нас, и что́ твое́ де́лание есть, и отку́ду гряде́ши, и ка́мо и́деши, и от ко́ея страны́, и от ки́их люде́й еси́ ты? И рече́ к ним: раб Госпо́день есмь аз, и Го́спода Бо́га Небе́снаго аз чту, Иже сотвори́ мо́ре и су́шу. И убоя́шася му́жие стра́хом вели́ким и ре́ша к нему́: что́ сие́ сотвори́л еси́? Зане́ разуме́ша му́жие, я́ко от лица́ Госпо́дня бежа́ше, я́ко возвести́ им. И ре́ша к не́му: что́ тебе́ сотвори́м, и утоли́тся мо́ре от нас? – зане́ мо́ре восхожда́ше и воздвиза́ше па́че волне́ние. И рече́ к ним Ио́на: возми́те мя и вве́рзите в мо́ре, и утоли́тся мо́ре от вас: поне́же позна́х аз, я́ко ме́не ра́ди волне́ние сие́ вели́кое на вы есть. И нужда́хуся му́жие возврати́тися к земли́ и не можа́ху, я́ко мо́ре восхожда́ше и воздвиза́шеся па́че на них. И возопи́ша к Го́сподеви, и ре́ша: ника́коже, Го́споди, да не поги́бнем души́ ра́ди челове́ка сего́, и не даждь на нас кро́ве пра́ведныя: зане́ Ты, Го́споди, я́коже восхоте́л, сотвори́л еси́. И взя́ша Иону и вверго́ша его́ в мо́ре, и преста́ мо́ре от волне́ния своего́. И убоя́шася му́жие стра́хом вели́ким Го́спода, и пожро́ша же́ртву Го́сподеви, и помоли́шася моли́твами. И повеле́ Госпо́дь ки́ту вели́кому пожре́ти Ио́ну; и бе Ио́на во чре́ве ки́тове три дни и три но́щи. И помоли́ся Ио́на ко Го́споду Бо́гу своему́ от чре́ва ки́това, и рече́:

Молитва пророка Ионы (2: 3–10):

Возопи́х в ско́рби мое́й ко Го́споду Бо́гу моему́, и услы́ша мя: из чре́ва а́дова вопль мой, услы́шал еси́ глас мой. Отве́ргл мя еси́ в глубины́ се́рдца морска́го, и ре́ки обыдо́ша мя; вся высоты́ Твоя́, и во́лны Твоя́ на мне преидо́ша. И аз рех: отри́нухся от о́чию Твое́ю, еда́ приложу́ призре́ти ми к хра́му свято́му Твоему́? Возлия́ся на мя вода́ до души́ моея́, бе́здна обы́де мя после́дняя, понре́ глава́ моя́ в разсе́лины гор. Снидо́х в зе́млю, ея́же вереи́ ея́ закле́пи ве́чнии; и да взы́дет из истле́ния живо́т мой к Тебе́, Го́споди Бо́же мой. Внегда́ скончава́тися от мене́ души́ мое́й, Го́спода помяну́х, и да прии́дет к Тебе́ моли́тва моя́, к хра́му свято́му Твоему́. Храня́щии су́етная и ло́жная ми́лость свою́ оста́виша. Аз же со гла́сом хвале́ния и испове́дания пожру́ Тебе́, ели́ка обеща́х, возда́м Тебе́ во спасе́ние мое́, Го́сподеви.

И повеле́ Госпо́дь ки́тови, и изве́рже Ио́ну на су́шу. И бысть сло́во Госпо́дне ко Ио́не втори́цею, глаго́ля: воста́ни и иди́ в Ниневи́ю, град вели́кий, и пропове́ждь в нем по про́поведи пре́ждней, ю́же Аз глаго́лах тебе́. И воста́ Ио́на и и́де в Ниневи́ю, я́коже глаго́ла Госпо́дь: Ниневи́я же бя́ше град вели́к Бо́гу, я́ко ше́ствия пути́ трех дней. И нача́т Ио́на входи́ти во град, я́ко ше́ствие пути́ дне еди́наго, и пропове́да и рече́: еще́ три дни, и Ниневи́я преврати́тся. И ве́роваша мужие ниневи́йстии Бо́гови, и запове́даша пост, и облеко́шася во вре́тища от вели́ка их да́же до ма́ла их. И до́йде сло́во к царю́ Ниневи́йскому, и воста́ с престо́ла своего́, и све́рже ри́зы своя́ с себе́, и облече́ся во вре́тище, и се́де на пе́пеле. И пропове́дася, и рече́но бысть в Ниневи́и от царя́ и вельмо́ж его́, глаго́лющих: челове́цы, и ско́ти, и воло́ве, и о́вцы да не вку́сят ничесо́же, ни да пасу́тся, ниже́ воды́ да пию́т. И облеко́шася во вре́тища челове́цы и ско́ти, и возопи́ша приле́жно к Богу; и возврати́ся ки́йждо от пути́ своего́ лука́ваго, и от непра́вды су́щия в рука́х их, глаго́люще: кто́ весть, а́ще раска́ется и умоле́н бу́дет Бог, и обрати́тся от гне́ва я́рости Своея́, и не поги́бнем? И ви́де Бог дела́ их, я́ко обрати́шася от путе́й свои́х лука́вых; и раска́яся Бог о зле, е́же глаго́лаше сотвори́ти им, и не сотвори́. И опеча́лися Ио́на печа́лию вели́кою, и смути́ся. И помоли́ся ко Го́споду, и рече́: о, Го́споди, не сия́ ли у́бо словеса́ моя́, я́же глаго́лах, еще́ су́щу ми на земли́ мое́й? Сего́ ра́ди предвари́х бежа́ти в Фарси́с, зане́ разуме́х, я́ко Ми́лостив Ты еси́ и щедр, долготерпели́в и многоми́лостив, и ка́яйся о зло́бах челове́ческих. И ны́не, Влады́ко Го́споди, приими́ ду́шу мою́ от мене́, я́ко у́не ми умре́ти, не́жели жи́ти. И рече́ Госпо́дь ко Ио́не: а́ще зело́ опеча́лился еси́ ты? И изы́де Ио́на из гра́да, и се́де пря́мо гра́да; и сотвори́ себе́ ку́щу, и седя́ше под не́ю в се́ни, до́ндеже уви́дит, что бу́дет гра́ду. И повеле́ Госпо́дь Бог ты́кве, и возрасте́ над главо́ю Ио́ниною, да бу́дет сень над главо́ю его́ е́же осени́ти его́ от злых его́; и возра́довася Ио́на о ты́кве ра́достию вели́кою. И повеле́ Госпо́дь Бог че́рвию ра́ннему во у́трие, и подъяде́ ты́кву, и и́зсше. И бысть вку́пе внегда́ возсия́ти со́лнцу: и повеле́ Бог ве́тру зно́йну жегу́щу, и порази́ со́лнце на главу́ Ио́нину; и малоду́шствоваше, и отрица́шеся души́ своея́, и рече́: у́не ми умре́ти, не́жели жи́ти. И рече́ Госпо́дь Бог ко Ио́не: зело́ ли опеча́лился еси́ ты о ты́кве? И рече́ Ио́на: зело́ опеча́лихся аз да́же до сме́рти. И рече́ Госпо́дь: ты оскорби́лся еси́ о ты́кве, о не́йже не труди́лся еси́, ни воскорми́л еси́ ея́, я́же роди́ся обно́щь и обно́щь поги́бе. Аз же не пощажду́ ли Ниневи́и гра́да вели́каго, в не́мже живу́т мно́жайшии не́же двана́десять те́м челове́к, и́же не позна́ша десни́цы своея́, ниже́ шу́йцы своея́ и ско́ти их мно́зи?

5–е чтение из книги Иисуса Навина (Ис. Нав. 5: 10–15):

Ополчи́шася сы́нове Изра́илевы в Галга́лех, и сотвори́ша Па́сху в четвертыйна́десять день ме́сяца от ве́чера на за́паде на по́ли Иерихо́нском. И ядо́ша от пшени́цы земли́ о́ноя опресно́ки и но́вая. В той день преста́ ма́нна, повнегда́ ядо́ша от пшени́цы земли́, и ктому́ не бысть сыно́м Изра́илевым ма́нны, но ядо́ша от плодо́в земли́ Фини́ческия в ле́то о́ное. И бысть егда́ бя́ше Иису́с у Иерихо́на, и воззре́в очи́ма свои́ма, ви́де челове́ка стоя́ща пред ним, и меч его́ обнаже́н в руце́ его́. И приступи́в Иису́с, рече́ ему́: наш ли еси́, или́ от супоста́т на́ших? Он же рече́ ему́: аз, Архистрати́г Си́лы Госпо́дни, ны́не приидо́х се́мо. И Иису́с паде́ лице́м свои́м на зе́млю, и поклони́ся ему́, и рече́: го́споди, что повелева́еши рабу́ твоему́? И рече́ Архистрати́г Госпо́день ко Иису́су: иззу́й сапо́г с ногу́ твое́ю: ме́сто бо, на не́мже ты стои́ши, свя́то есть. И сотвори́ Иису́с та́ко.

6–е чтение из книги Исхода (Исх. 13: 20 – 14: 31):

Воздви́гшеся сы́нове Изра́илевы от Сокхо́фа, ополчи́шася во Ефо́ме при пусты́ни. Бог же вожда́ше их в день у́бо столпо́м о́блачным, показа́ти им путь; но́щию же столпо́м о́гненным, свети́ти им. И не оскуде́ столп о́блачный во дни, и столп о́гненный но́щию, пред все́ми людьми́. И рече́ Госпо́дь к Моисе́ю, глаго́ля: рцы сыно́м Изра́илевым, и обрати́вшеся да ополча́тся пря́мо придво́рию, между́ Магдо́лом и между́ мо́рем, пря́мо Веельсепфо́ну: пред ни́ми ополчи́шися при мо́ри. И рече́т фарао́н лю́дем свои́м о сыне́х Изра́илевых: заблужда́ют си́и по земли́, затвори́ бо их пусты́ня. Аз же ожесточу́ се́рдце фарао́ново, и пожене́т созади́ их; и просла́влюся в фарао́не, и во всем во́инстве его́, и уразуме́ют вси еги́птяне, я́ко Аз есмь Госпо́дь; и сотвори́ша та́ко. И возвеще́но бысть царю́ еги́петскому, я́ко бежа́ша лю́дие. И преврати́ся се́рдце фарао́ново и рабо́в его́ на лю́ди, и реко́ша: что́ сие́ сотвори́хом, отпусти́вше сы́ны Изра́илевы, да не рабо́тают нам? Впряже́ у́бо фарао́н колесни́цы своя́, и вся лю́ди своя́ собра́ с собо́ю. И поя́т шесть сот колесни́ц избра́нных, и вся ко́ни еги́петския, и триста́ты над все́ми. И ожесточи́ Госпо́дь се́рдце фарао́на царя́ еги́петскаго и рабо́в его́, и погна́ созади́ сыно́в Изра́илевых: сы́нове же Изра́илевы исхожда́ху руко́ю высо́кою. И погна́ша еги́птяне вслед их, и обрето́ша их ополчи́вшихся при мо́ри; и вся ко́ни и колесни́цы фарао́новы и ко́нницы, и во́инство его́ пря́мо придво́рию, проти́ву Веельсепфо́на. И фарао́н приближа́шеся; воззре́вше же сы́нове Изра́илевы очи́ма, ви́деша: и се еги́птяне ополчи́шася вслед их: и убоя́шася зело́. И возопи́ша сы́нове Изра́илевы ко Го́споду, и реко́ша к Моисе́ю: за е́же не бы́ти гробо́м во Еги́пте, изве́л еси́ нас умертви́ти в пусты́ни; что́ сие́ сотвори́л еси́ нам, изве́д нас из Еги́пта? Не сей ли бя́ше глаго́л, его́же реко́хом к тебе́ во Еги́пте, глаго́люще: оста́ви нас, да рабо́таем еги́птяном? Лу́чше бо бя́ше нам рабо́тати Еги́птяном, не́жели умре́ти в пусты́ни сей. Рече́ же Моисе́й к лю́дем: дерза́йте, сто́йте и зри́те спасе́ние, е́же от Го́спода, е́же сотвори́т нам днесь. Имже бо о́бразом ви́десте еги́птян днесь, не приложите́ ктому́ ви́дети их в ве́чное вре́мя. Госпо́дь побо́рет по вас, вы же умо́лкните. И рече́ Госпо́дь к Моисе́ю: что вопие́ши ко Мне? Рцы сыно́м Изра́илевым, и да путеше́ствуют. Ты же возми́ жезл твой, и простри́ ру́ку твою́ на мо́ре, и расто́ргни е́, и да вни́дут сы́нове Изра́илевы посреде́ мо́ря по су́ху. И се Аз ожесточу́ се́рдце фарао́ново, и всех Еги́птян, и вни́дут вслед их, и просла́влюся в фарао́не, и во всем во́инстве его́, и в колесни́цах и в ко́нех его́. И уве́дят вси Еги́птяне, я́ко Аз есмь Госпо́дь, егда́ просла́влюся в фарао́не, и в колесни́цах, и в ко́нех его́. Взя́тся же Ангел Бо́жий ходя́й пред полко́м сыно́в Изра́илевых, и по́йде созади́ их; взя́тся же и столп о́блачный от лица́ их, и ста созади́ их. И вни́де посреде́ полка́ еги́петска, и посреде́ полка́ сыно́в Израи́левых, и ста: и бысть тьма и мрак, и прии́де нощь, и не смеси́шася друг с дру́гом во всю нощь. Простре́ же Моисе́й ру́ку на мо́ре: и возгна́ Госпо́дь мо́ре ве́тром ю́жным си́льным всю нощь, и сотвори́ мо́ре су́шу, и разступи́ся вода́. И внидо́ша сы́нове Изра́илевы посреде́ мо́ря по су́ху; и вода́ им стена́ бысть одесну́ю, и стена́ ошу́юю. Погна́ша же еги́птяне, и внидо́ша вслед их, и всяк конь фарао́нов, и колесни́цы, и вса́дники посреде́ мо́ря. Бысть же в стра́жу у́треннюю, и воззре́ Госпо́дь на полк еги́петский в столпе́ о́гненном и о́блачном, и смяте́ полк еги́петский. И связа́ о́си колесни́ц их, и ведя́ше их с ну́ждею. И реко́ша еги́птяне: бежи́м от лица́ Изра́илева, Госпо́дь бо побора́ет по них на еги́птяны. И рече́ Госпо́дь к Моисе́ю: простри́ ру́ку твою́ на мо́ре, и да совокупи́тся вода́, и да покры́ет еги́птяны, колесни́цы же и вса́дники. Простре́ же Моисе́й ру́ку на мо́ре, и устро́ися вода ко дню на ме́сто: еги́птяне же бежа́ша под водо́ю: и истрясе́ Госпо́дь Еги́птяны посреде́ мо́ря. И обрати́вшися, вода́ покры́ колесни́цы и вса́дники, и всю си́лу фарао́нову, вше́дши вслед их в мо́ре, и не оста́ от них ни еди́н. Сы́нове же Изра́илевы проидо́ша по су́ху посреде́ мо́ря; вода́ же им стена́ бысть одесну́ю, и стена́ ошу́юю. И изба́ви Госпо́дь Изра́иля в день о́н из руки́ еги́петския: и ви́деша сы́нове Изра́илевы еги́птян изме́рших при краи́ мо́ря. Ви́де же Изра́иль ру́ку вели́кую, я́же сотвори́ Госпо́дь еги́птяном; и убоя́шася лю́дие Го́спода, и ве́роваша Бо́гу, и Моисе́ю уго́днику Его́. Тогда́ воспе́ Моисе́й и сы́нове Изра́илевы песнь сию́ Го́сподеви, и реко́ша глаго́люще:

7–е чтение из пророчества Софонии (Соф. 3: 8–15):

Та́ко глаго́лет Госпо́дь: потерпи́ Мене́ в день воскресе́ния Моего́, во свиде́тельство: зане́ суд Мой в со́нмища язы́ков е́же прия́ти царе́й, е́же излия́ти на ня гнев Мой, весь гнев я́рости Моея́; зане́ огне́м рве́ния Моего́ пояде́на бу́дет вся земля́. Яко тогда́ обращу́ к лю́дем язы́к в род его́, е́же призыва́ти всем Имя Го́сподне, рабо́тати Ему́ под и́гом еди́нем. От коне́ц рек Ефио́пских прииму́ моля́щия Мя, в разсе́янных Мои́х принесу́т же́ртвы Мне. В день о́н не и́маши постыди́тися от всех начина́ний твои́х, и́миже нече́ствовал еси́ в Мя: я́ко тогда́ отыму́ от тебе укори́зны досажде́ния твоего́, и ктому́ не и́маши приложи́ти велича́тися на горе́ святе́й Мое́й. И оста́влю в тебе́ лю́ди кро́тки и смире́нны, и бу́дут благогове́ти о имени Госпо́дни. Оста́нцы Изра́илевы, и не сотворя́т непра́вды, и не возглаго́лют су́етных, и не обря́щется во усте́х их язы́к льстив: зане́ ти́и пожиру́ют и угнездя́тся, и не бу́дет устраша́яй их. Ра́дуйся, дщи Сио́нова, зело́; пропове́дуй, дщи Иерусали́мова; весели́ся и преукраша́йся от всего́ се́рдца твоего́, дщи Иерусали́мля. Отъя́т Госпо́дь непра́вды твоя́, изба́вил тя есть из руки́ враг твои́х; воцари́тся Госпо́дь посреде́ тебе́, и не у́зриши зла ктому́.

8–е чтение из Третьей книги Царств (3 Цар. 17: 8–23):

Бысть глаго́л Госпо́день ко Илии́ глаголя: воста́ни, и иди́ в Саре́пту Сидо́нскую, и пребу́ди та́мо: се бо запове́дах та́мо жене́ вдови́це препита́ти тя. И воста́, и и́де в Саре́пту Сидо́нскую, и прии́де ко врато́м гра́да: и се та́мо жена́ вдова́ собира́ше дрова́. И возопи́ Илия́ вслед ея́, и рече́ ей: принеси́ ны́не ми ма́ло воды́ в сосу́де, и испию́. И и́де взя́ти, и возопи́ вслед ея́ Илия́, и рече́ ей: приими́ у́бо мне и укру́х хле́ба в руце́ свое́й, да ям. И рече́ жена́: жив Госпо́дь Бог твой, а́ще есть у мене́ опресно́к, но то́кмо горсть муки́ в водоно́се, и ма́ло еле́я в чва́нце; и се аз соберу́ два поле́нца, и вни́ду, и сотворю́ е́ себе́ и де́тем мои́м, и сне́мы е́, и у́мрем. И рече́ к ней Илия́: дерза́й, вни́ди, и сотвори́ по глаго́лу твоему́; но сотвори́ ми отту́ду опресно́к мал пре́жде, и принеси́ ми; себе́ же и ча́дом свои́м да сотвори́ши по́слежде. Яко та́ко глаго́лет Госпо́дь Бог Изра́илев: водоно́с муки́ не оскуде́ет, и чва́нец еле́я не ума́лится до дне, до́ндеже даст Госпо́дь дождь на зе́млю. И и́де жена́, и сотвори́ по глаго́лу Илиину́, и даде́ ему́, и яде́ той и та, и ча́да ея́. И от того́ дне водоно́с муки́ не оскуде́, и чва́нец еле́я не ума́лися, по глаго́лу Госпо́дню, его́же глаго́ла руко́ю Илиино́ю. И бысть по сих, и разболе́ся сын жены́ госпожи́ до́му, и бе боле́знь его́ крепка́ зело́, до́ндеже не оста́ся в нем дух его. И рече́ ко Илии́: что мне и тебе́, челове́че Бо́жий, вшел еси́ ко мне воспомяну́ти непра́вды моя́ и умори́ти сы́на моего́? И рече́ Илия́ к жене́: даждь ми сы́на твоего́; и взят его́ от не́дра ея́, и вознесе́ его́ в го́рницу, иде́же сам почива́ше, и положи́ его́ на одре́ свое́м. И возопи́ Илия́ ко Го́споду и рече́: увы́ мне, Го́споди, свиде́телю вдовы́, у нея́же аз ны́не пребыва́ю, Ты озло́бил еси́, е́же умори́ти сы́на ея́. И ду́ну на о́трочища три́жды, и призва Го́спода, и рече́: Го́споди, Бо́же мой, да возврати́тся у́бо душа́ о́трочища сего́ вонь. И бысть та́ко. И возопи́ о́трочищ, и сведе́ его́ с го́рницы в дом, и даде́ его́ ма́тери его́. И рече́ Илиа́: виждь, жив есть сын твой. И рече́ жена́ ко Илии́: се уразуме́х, я́ко челове́к Бо́жий еси́ ты, и глаго́л Госпо́день во усте́х твои́х и́стинен.

9–е чтение из пророчества Исаии (Ис. 61: 10 – 62: 5):

Да возра́дуется душа́ моя́ о Го́споде: облече́ бо мя в ри́зу спасе́ния и оде́ждею весе́лия оде́я мя; я́ко на жениха́ возложи́ на мя вене́ц, и я́ко неве́сту украси́ мя красото́ю. И я́ко земля́, растя́щая цвет свой, и я́ко вертогра́д се́мена своя́ прозяба́ет: та́ко возрасти́т Госпо́дь, Госпо́дь пра́вду, и весе́лие пред все́ми язы́ки. Сио́на ра́ди не умолчу́, и Иерусали́ма ра́ди не попущу́, до́ндеже изы́дет, я́ко свет, пра́вда моя́, и спасе́ние мое́, я́ко свети́ло, разжже́тся. И у́зрят язы́цы пра́вду твою́, и ца́рие сла́ву твою́, и прозову́т тя и́менем но́вым, и́мже Госпо́дь наимену́ет е́. И бу́деши вене́ц добро́ты в руце́ Госпо́дни, и диади́ма ца́рствия в руце́ Бо́га твоего́. И не прозове́шися ктому́ оста́влен, и земля́ твоя́ ктому́ не нарече́тся пуста́: тебе́ бо прозове́тся во́ля Моя́, и земля́ твоя́ вселе́нная; я́ко благоволи́ Госпо́дь в тебе́, и земля́ твоя́ вку́пе насели́тся. И я́коже живя́й ю́ноша с де́вою, та́ко поживу́т сы́нове твои́ с тобо́ю; и бу́дет, я́коже ра́дуется жени́х о неве́сте, та́ко возра́дуется Госпо́дь о тебе́.

10–е чтение из книги Бытия (Быт. 22: 1–18):

Бысть по глаго́лех сих, Бог искуша́ше Авраа́ма, и рече́ ему́: Авраа́ме, Авраа́ме. И рече́: се аз. И рече́: поими́ сы́на твоего́ возлю́бленнаго, его́же возлюби́л еси́, Исаа́ка, и иди́ на зе́млю высо́ку, и вознеси́ его́ та́мо во всесожже́ние, на еди́ну от гор, и́хже ти реку́. Воста́в же Авраа́м у́тро, оседла́ осля́ свое́. Поя́т же с собо́ю два о́трочища, и Исаа́ка сы́на своего́, и растни́в дрова́ во всесожже́ние, воста́в и́де и прии́де на ме́сто, е́же рече́ ему́ Бог, в тре́тий день. И воззре́в Авраа́м очи́ма свои́ма, ви́де ме́сто издале́че. И рече́ Авраа́м отроко́м свои́м: ся́дите зде со осля́тем, аз же и де́тищ по́йдем до о́нде, и поклони́вшеся возврати́мся к вам. Взя же Авраа́м дрова́ всесожже́ния и возложи́ на Исаа́ка сы́на своего́; взя же в ру́ки и огнь и нож, и идо́ста о́ба вкупе. Рече́ же Исаа́к ко Авраа́му отцу́ своему́: о́тче. Он же рече́: что́ есть, ча́до? Рече́ же: се огнь и дрова́, где есть овча́ е́же во всесожже́ние? Рече́ же Авраа́м: Бог у́зрит Себе́ овча́ во всесожже́ние, ча́до. Ше́дше же о́ба вку́пе, приидо́ста на ме́сто, е́же рече́ ему́ Бог; и созда́ та́мо Авраа́м же́ртвенник, и возложи́ дрова́; и связа́в Исаа́ка сы́на своего́, возложи́ его́ на же́ртвенник верху́ дров. И простре́ Авраа́м ру́ку свою взя́ти нож, закла́ти сы́на своего́. И воззва́ и́ Ангел Госпо́день с небесе́, и рече́: Авраа́ме, Авраа́ме. Он же рече́: се аз. И рече́: да не возложи́ши руки́ твоея́ на о́трочища, ниже́ да сотвори́ши ему́ что: ны́не бо позна́х, я́ко бои́шися ты Бо́га, и не пощаде́л еси́ сы́на твоего́ возлю́бленнаго Мене́ ра́ди. И воззре́в Авраа́м очи́ма свои́ма, ви́де: и се ове́н еди́н держи́мый рога́ма в са́де саве́к. И и́де Авраа́м, и взя овна́, и вознесе́ его́ во всесожже́ние вме́сто Исаа́ка, сы́на своего́. И нарече́ Авраа́м и́мя ме́сту тому́: Госпо́дь ви́де. Да реку́т днесь: на горе́ Госпо́дь яви́ся. И воззва́ Ангел Госпо́день Авраа́ма втори́цею с небесе́, глаго́ля: Мно́ю Саме́м кля́хся, глаго́лет Госпо́дь, его́же ра́ди сотвори́л еси́ глаго́л сей, и не пощаде́л еси́ сы́на твоего́ возлю́бленнаго Мене́ ра́ди: вои́стинну благословя́ благословлю́ тя, и умножа́я умно́жу се́мя твое́, я́ко зве́зды небе́сныя, и я́ко песо́к вскрай мо́ря; и насле́дит се́мя твое́ гра́ды супоста́тов. И благословя́тся о се́мени твое́м вси́ язы́цы земни́и, зане́же послу́шал еси́ гла́са Моего́.

11–е чтение из пророчества Исаии (Ис. 61: 1–9):

Дух Госпо́день на Мне, его́же ра́ди пома́за Мя, благовести́ти ни́щим посла́ Мя, исцели́ти сокруше́нныя се́рдцем, пропове́дати пле́нником отпуще́ние и слепы́м прозре́ние. Нарещи́ ле́то Госпо́дне прия́тно и день воздая́ния, уте́шити вся пла́чущия. Да́ти пла́чущим Сио́на сла́ву вме́сто пе́пела, пома́зание весе́лие пла́чущим, украше́ние сла́вы вме́сто ду́ха уны́ния; и нареку́тся ро́дове пра́вды, насажде́ние Госпо́дне в сла́ву. И сози́ждут пусты́ни ве́чныя, запусте́вшия пре́жде воздви́гнут, и обновя́т гра́ды пусты́я, опустоше́нныя в ро́ды. И прии́дут иноро́днии, пасу́щии о́вцы твоя́, и иноплеме́нницы ора́тели, и виногра́дари ва́ши. Вы же свяще́нницы Госпо́дни нарече́теся, служи́телие Бо́га ва́шего. Рече́тся вам: кре́пость язы́к сне́сте и в бога́тстве их чу́дни бу́дете. Си́це зе́млю свою́ втори́цею насле́дят, и весе́лие ве́чное над главо́ю их. Аз бо есмь Госпо́дь, любя́й пра́вду и ненави́дяй грабле́ния от непра́вды; и дам труд их пра́ведником, и заве́т ве́чен завеща́ю им. И позна́ется во язы́цех се́мя их, и вну́цы их посреди́ люде́й: всяк ви́дяй я́, позна́ет я́, я́ко си́и суть се́мя благослове́нное от Бо́га, и ра́достию возра́дуются о Го́споде.

12–е чтение из Четвертой книги Царств (4 Цар. 4: 8–37):

Бысть во еди́н день, и пре́йде Елиссе́й в Сома́н, и ту́ жена́ ве́лия, и удержа́ его́ сне́сти хле́ба. И бысть ему́ входи́ти и исходи́ти мно́жицею, и уклоня́шеся та́мо я́сти хле́ба. И рече́ жена́ к му́жу своему́: се ны́не разуме́х, я́ко челове́к Бо́жий свят сей ми́мо хо́дит нас при́сно. Сотвори́м у́бо ему́ го́рницу, ме́сто ма́ло, и поста́вим ему́ та́мо одр, и трапе́зу, и престо́л, и све́щник: и бу́дет, внегда́ входи́ти ему́ к нам, и уклоня́ется та́мо. И бысть во еди́н день, и вни́де та́мо, и уклони́ся в го́рницу, и спа та́мо. И рече́ ко Гиези́ю, о́трочищу своему́: призови́ ми сомани́тяныню сию́. И призва́ ю́, и ста пред ним. И рече́ ему́: рцы у́бо ей, се удиви́ла еси нас всем попече́нием сим; что́ подоба́ет сотвори́ти тебе́? Аще есть тебе́ сло́во к царю́, или́ ко кня́зю си́лы? Она́ же рече́: несть; посреде́ люде́й моих аз есмь живу́щи. И рече́ ко Гиези́ю: что́ подоба́ет сотвори́ти ей? И рече́ Гиези́й о́трочищ его́: вои́стинну сы́на несть у нея́, и муж ея́ стар. И рече́: призови́ ю́. И призва́ ю́, и ста при две́рех. И рече́ Елиссе́й к ней: во вре́мя сие́, я́коже час сей, живу́щи ты зачне́ши сы́на. Она́ же рече́: ни, господи́не, не солжи́ рабе́ твое́й. И зача́т во чре́ве жена́, и роди́ сы́на во вре́мя сие́, я́коже час сей живу́щи, я́коже глаго́ла к ней Елиссе́й. И возмужа́ о́трочищ: и бысть, егда́ изы́де ко отцу́ своему́, к жну́щим, и рече́ ко отцу́ своему́: глава́ моя́, глава́ моя́ боли́т. И рече́ ко о́троку: неси́ его́ к ма́тери его́. И несе́ его́ к матери его́, и лежа́ше на коле́ну ея́ до полу́дне и у́мре. И вознесе́ его́ и положи́ его́ на одре́ челове́ка Бо́жия; и затвори́ его́, и изы́де, и призва́ му́жа своего́, и рече́ ему́: посли́ ми у́бо еди́наго от о́трок и еди́но от осля́т, и теку́ до челове́ка Бо́жия и возвращу́ся. И рече́: что́ я́ко ты и́деши к нему́ днесь? Не нов ме́сяц, ниже́ суббо́та. Она́ же рече́: мир. И оседла́ осля́ и рече́ ко о́трочищу своему́: веди́ и иди́, да не удержи́ши мене́, е́же все́сти, я́коже реку́ тебе: гряди́ и иди́, и прииди́ к челове́ку Бо́жию на го́ру Карми́льскую. И и́де, и прии́де до челове́ка Бо́жия в го́ру Карми́льскую. И бысть я́ко ви́де ю́ Елиссе́й гряду́щую, и рече́ к Гиези́ю, о́трочищу своему́: се у́бо сомани́тяныня о́ная. Ны́не тецы́ в сре́тение ея и рече́ши ей: мир ли тебе́? И тече́ во сре́тение ей и рече́ ей: мир ли тебе́? Мир ли му́жу твоему́? Мир ли о́трочищу твоему́? Она же рече́: мир. И прии́де к Елиссе́ю на го́ру, и я́тся за но́зе его́: и прибли́жися Гиези́й отри́нути ю́. И рече́ Елиссе́й: оста́ви ю́, я́ко душа́ ея́ боле́зненна в ней, и Госпо́дь укры́ от мене́ и не возвести́ мне. Она́ же рече́: еда́ проси́х сы́на у господи́на моего́, я́ко реко́х: не прельсти́ мене́? И рече́ Елиссе́й ко Гиези́ю: препоя́ши чре́сла твоя́, и возми́ жезл мой в ру́це твои́ и иди́, я́ко а́ще обря́щеши му́жа, да не благослови́ши его́, и а́ще благослови́т тя муж, не отвеща́й ему́; и возложи́ жезл мой на лице́ о́трочища. И рече́ мати́ о́трочища: жив Госпо́дь, и жива́ душа́ твоя́, а́ще оста́влю тебе́. И воста́ Елиссе́й, и и́де вслед ея́. И Гиези́й и́де пред не́ю, и возложи́ жезл на лице о́трочища, и не бе гла́са, и не бе слы́шания. И возврати́ся в сре́тение его́, и пове́да ему, глаго́ля: не воста́ о́трочищ. И вни́де Елиссе́й в хра́мину, и се о́трочищ уме́рый положе́н на одре́ его́. И вни́де Елиссе́й в дом, и затвори́ дверь за двою́ собо́ю, и помоли́ся Го́споду. И взы́де, и ля́же на о́трочищи, и положи́ уста́ своя́ на усте́х его́, и о́чи свои́ на о́чи его́, и ру́це свои́ на ру́це его́, и плесне́ свои́ на плесну́ его́: и сляче́ся над ним, и ду́ну на него́, и согре́яся плоть о́трочища. И обрати́ся, и походи́ в хра́мине сю́ду и сю́ду; и взы́де, и сляче́ся над о́трочищем седми́жды: и отве́рзе о́трочищ о́чи свои́. И возопи́ Елиссе́й ко Гиези́ю и рече́: призови́ ми сомани́тяныню сию́. И призва́ ю́, и вни́де к нему́, и рече́ Елиссе́й: приими́ сы́на твоего́. И вни́де жена́, и паде́ на но́гу его́, и поклони́ся ему́ до земли́; и прия́т сы́на своего́, и изы́де.

13–е чтение из пророчества Исаии (Ис. 63: 11 – 64: 5):

Та́ко глаго́лет Госпо́дь: где Возведы́й от земли́ па́стыря ове́ц Свои́х? где есть Вложи́вый в них Ду́ха Свята́го? Возве́дшая десни́цею Моисе́я мы́шца сла́вы Его́ раздели́ во́ду пред лице́м его́, сотвори́ти Ему́ и́мя ве́чно. Проведе́ их сквозе́ бе́здну, я́коже коня́ сквозе́ пусты́ню, и не утруди́шася. И я́ко скоты́ по по́лю, и сни́де Дух от Го́спода и наста́ви их: та́ко прове́л еси́ лю́ди Твоя́, сотвори́ти Тебе́ Самому́ и́мя сла́вно. Обрати́ся, Го́споди, от небесе́, и виждь от до́му свята́го Твоего́ и сла́вы Твоея́: где есть ре́вность Твоя́ и кре́пость Твоя́? Где есть мно́жество ми́лости Твоея́, и щедро́т Твои́х, я́ко терпе́л еси́ нам? Ты бо еси́ Оте́ц наш, поне́же Авраа́м не уве́де нас, и Изра́иль не позна́ нас: но Ты, Го́споди, Оте́ц наш, изба́ви ны; испе́рва и́мя Твое́ на нас есть. Ято́ уклони́л еси́ нас, Го́споди, от пути́ Твоего́, и ожесточи́л еси́ сердца́ на́ша, е́же не боя́тися Тебе́? Обрати́ся ра́ди раб Твои́х, ра́ди племе́н достоя́ния Твоего́. Да поне́ ма́ло насле́дим горы́ святы́я Твоея́. Проти́вницы на́ши попра́ша святы́ню Твою́. Бы́хом я́ко испе́рва, егда́ не владе́л еси́ на́ми, ниже́ бе нарече́нное имя Твое́ на нас. Аще отве́рзеши не́бо, тре́пет прии́мут от Тебе́ го́ры и раста́ют. Яко та́ет воск от лица́ огня́, и попали́т огнь супоста́ты, и явле́но бу́дет Имя Твое́ в сопроти́вных Твои́х; от Лица́ Твоего́ язы́цы возмяту́тся, егда́ сотвори́ши сла́вная: тре́пет прии́мут от Тебе́ го́ры. От ве́ка не слы́шахом, ниже́ о́чи на́ши ви́деша Бо́га, ра́зве Тебе́, и дела́ Твоя́, я́же сотвори́ши жду́щим ми́лости. Милость бо сря́щет творя́щих пра́вду, и пути́ Твоя́ помя́нутся.

14–е чтение из пророчества Иеремии (Иер. 31: 31–34):

Та́ко глаго́лет Госпо́дь: се дни́е гряду́т, и завеща́ю до́му Изра́илеву и до́му Иу́дину заве́т нов, не по заве́ту, его́же завеща́х отце́м их в день, во́ньже е́мшу Ми за ру́ку их извести́ я́ от земли́ Еги́петския: я́ко ти́и не пребы́ша в заве́те Мое́м, и Аз небрего́х их, глаго́лет Госпо́дь. Яко сей заве́т, его́же завеща́ю до́му Изра́илеву, по днех о́нех, глаголет Госпо́дь: дая́ зако́ны Моя́ в мы́сли их, и на сердца́х их напишу́ я́, и бу́ду им в Бо́га, и ти́и бу́дут Ми в лю́ди. И не научи́т ки́йждо бли́жняго своего́ и ки́йждо бра́та своего́, глаго́ля: позна́й Го́спода: я́ко вси позна́ют Мя от ма́ла да́же и до вели́каго их; я́ко ми́лостив бу́ду непра́вдам их, и грехо́в их не помяну́ ктому́.

15–е чтение из пророчества Даниила (Дан. 3: 1–88):

В ле́то осмонадеся́тое Навуходоно́сор царь сотвори́ те́ло зла́то, высота́ его́ лакте́й шести́десяти, и широта́ его́ лакте́й шести́: и поста́ви е́ на по́ли Деи́ре, во стране́ Вавило́нстей. И посла́ Навуходоно́сор царь собра́ти ипа́ты, и воево́ды, и местонача́льники, вожди́ же и мучи́тели, и су́щия на власте́х, и вся кня́зи стран приити́ на обновле́ние куми́ра, его́же поста́ви Навуходоно́сор царь. И собра́шася местонача́льницы, ипа́ты, воево́ды, вожди́, мучи́тели вели́цыи, и́же над властьми́, и вси нача́льницы стран на обновле́ние те́ла, е́же поста́ви Навуходоно́сор царь; и ста́ша пред те́лом, е́же поста́ви Навуходоно́сор царь. И пропове́дник вопия́ше с кре́постию: вам глаго́лется наро́ди, лю́дие, племена́, язы́цы: во́ньже час а́ще услы́шите глас трубы́, свире́ли же и гу́сли, самви́ки же и псалти́ри, и согла́сия, и вся́каго ро́да мусики́йска, па́дающе покланя́йтеся те́лу злато́му, е́же поста́ви Навуходоно́сор царь. И и́же а́ще не пад покло́нится, в той час вве́ржен бу́дет в пещь огне́м горя́щую. И бысть, егда́ услы́шаша лю́дие глас трубы́, свире́ли же и гу́сли, самви́ки же и псалти́ри, и согла́сия, и вся́каго ро́да мусики́йскаго, па́дающе вси лю́дие, племена́, язы́цы покланя́хуся те́лу злато́му, е́же поста́ви Навуходоно́сор царь. Тогда́ приступи́ша му́жие халде́йстии и оболга́ша иуде́ев, отвеща́вше ре́ша Навуходоно́сору царе́ви: царю́, во ве́ки живи́. Ты, царю́, положи́л еси́ повеле́ние, да всяк челове́к, и́же а́ще услы́шит глас трубы́, свире́ли же и гу́сли, самви́ки же и псалти́ри, и согла́сия, и вся́каго ро́да мусики́йска, и не пад покло́нится те́лу злато́му, вве́ржен бу́дет в пещь, огне́м горя́щую. Суть у́бо му́жи иуде́е, и́хже поста́вил еси́ над де́лы страны́ вави́лонския, Седра́х, Миса́х и Авденаго́, и́же не послу́шаша за́поведи твоея́, царю́, и бого́м твои́м не слу́жат и те́лу злато́му, е́же поста́вил еси́, не покланя́ются. Тогда́ Навуходоно́сор в я́рости и гне́ве рече́ привести́ Седра́ха, Миса́ха и Авденаго́: и приведе́ни бы́ша пред царя́. И отвеща́ Навуходоно́сор, и рече́ им: а́ще вои́стинну, Седра́х, Миса́х и Авденаго́, бого́м мои́м не слу́жите, и те́лу злато́му, е́же поста́вих, не покланя́етеся? Ны́не у́бо а́ще есте́ гото́ви, да егда́ услы́шите глас трубы́, свире́ли же и гу́сли, самви́ки же и псалти́ри, и согла́сия, и вся́каго ро́да мусики́йскаго, па́дше поклони́теся те́лу злато́му, е́же сотвори́х. Аще же не поклони́теся, в той час вве́ржени бу́дете в пещь огне́м горя́щую: и кто есть Бог, Иже и́змет вы из руки́ моея́? И отвеща́ша Седра́х, Миса́х и Авденаго́, глаго́люще царю́ Навуходоно́сору: не тре́бе нам о глаго́ле сем отвеща́ти тебе́. Есть бо Бог наш на Небесе́х, Ему́же мы слу́жим, си́лен изъя́ти нас от пе́щи огне́м горя́щия и от руку́ твое́ю изба́вити нас, царю́. Аще ли ни́, ве́домо да бу́дет тебе́, царю́, я́ко бого́м твои́м не слу́жим, и те́лу злато́му, е́же поста́вил еси́, не кла́няемся. Тогда́ Навуходоно́сор испо́лнися я́рости, и зрак лица́ его́ измени́ся на Седра́ха, Миса́ха и Авденаго́, и рече́: разжжи́те пещь седмери́цею, до́ндеже до конца́ разгори́тся. И муже́м си́льным кре́постию рече́: окова́вше Седра́ха, Миса́ха и Авденаго́, вве́рзите в пещь огне́м горя́щую. Тогда́ му́жие о́нии око́вани бы́ша с га́щами свои́ми, и покрыва́лы, и сапогми́, и со оде́ждами свои́ми, и вве́ржени бы́ша посреде́ пе́щи огне́м горя́щия. Поне́же глаго́л царе́в превозмо́же и пещь разжже́на бысть преизли́шше: и муже́й о́ных, и́же вверго́ша Седра́ха, Миса́ха и Авденаго́, уби́ пла́мень о́гненный. И му́жие ти́и трие́, Седра́х, Миса́х и Авденаго́, падо́ша посреде́ пе́щи огне́м горя́щия око́вани, и хожда́ху посреде́ пла́мене, пою́ще Бо́га, и благословя́ще Го́спода. И став с ни́ми, Аза́рия помоли́ся си́це, и отве́рз уста́ своя́ посреде́ огня́, рече́:

Молитва пророка Даниила:

Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, хва́льно и просла́влено Имя Твое́ во ве́ки. Яко пра́веден еси́ о всех, я́же сотвори́л еси́ нам, и вся дела́ Твоя́ и́стинна, и пра́ви путие́ Твои́, и вси суди́ Твои́ и́стинны. И судьбы́ и́стинны сотвори́л еси́ по всем, я́же наве́л еси́ на ны, и на град святы́й оте́ц на́ших, Иерусали́м: я́ко и́стиною и судо́м наве́л еси́ сия́ вся на ны грех ра́ди на́ших. Яко согреши́хом и беззако́нновахом отступи́вше от Тебе́ и прегреши́хом во всех. И за́поведей Твои́х не послу́шахом, ниже́ соблюдо́хом, ниже́ сотвори́хом, я́коже запове́дал еси́ нам, да бла́го нам бу́дет. И вся, ели́ка сотвори́л еси́ нам, и вся, ели́ка наве́л еси́ на ны, и́стинным судо́м сотвори́л еси́. И преда́л еси́ нас в ру́ки враго́в беззако́нных, ме́рзких отсту́пников; и царю́ непра́ведну и лука́внейшу па́че всея́ земли́. И ны́не несть нам отве́рзти уст, студ и поноше́ние бы́хом рабо́м Твои́м и чту́щым Тя. Не преда́ждь у́бо нас до конца́ Имене Твоего́ ра́ди, и не разори́ Заве́та Твоего́, и не отста́ви ми́лости Твоея́ от нас, Авраа́ма ра́ди, возлю́бленнаго от Тебе́, и за Исаа́ка раба́ Твоего́, и Изра́иля свята́го Твоего́, имже глаго́лал еси́ умно́жити се́мя их, я́ко зве́зды небе́сныя, и я́ко песо́к вскрай мо́ря. Яко, Влады́ко, ума́лихомся па́че всех язы́к, и есмы́ смире́ни по всей земли́ днесь грех ра́ди на́ших. И несть во вре́мя сие́ кня́зя, и проро́ка, и вожда́; ниже́ всесожже́ния, ниже́ же́ртвы, ниже́ приноше́ния, ниже́ кади́ла, ни ме́ста, е́же пожре́ти пред Тобо́ю, и обрести́ ми́лость; но душе́ю сокруше́нною и ду́хом смире́нным да прия́ты бу́дем. Яко во всесожже́ниих о́вних и ю́нчих, и я́ко во тьмах а́гнец ту́чных: та́ко да бу́дет же́ртва на́ша пред Тобо́ю днесь, и да соверши́тся по Тебе́, я́ко несть студа́ упова́ющим на Тя. И ны́не возсле́дуем всем се́рдцем, и бои́мся Тебе́, и и́щем лица́ Твоего́. Не посрами́ нас, но сотвори́ с на́ми по кро́тости Твое́й и по мно́жеству ми́лости Твоея́. И изми́ нас по чудесе́м Твои́м, и даждь сла́ву Имени Твоему́, Го́споди. И да посра́мятся вси явля́ющии рабо́м Твои́м зла́я, и да постыдя́тся от вся́кия си́лы, и кре́пость их да сокруши́тся. И да разуме́ют, я́ко Ты еси́ Госпо́дь Бог еди́н и сла́вен по всей вселе́нней.

И не преста́ша вве́ргшии их слуги́ царе́вы жгу́ще пещь на́ффою и смоло́ю, и изгре́бми и хвра́стием. И разлива́шеся пла́мень над пе́щию на ла́кти четы́редесять де́вять. И обы́де и пожже́, и́хже обре́те о́крест пе́щи халде́йския. Ангел же Госпо́день сни́де ку́пно с су́щими со Аза́риею в пещь, и оттрясе́ пла́мень о́гненный от пе́щи, и сотвори́ сре́днее пе́щи я́ко дух росы́ шумя́щ; и не прикосну́ся их отню́д огнь, и не оскорби́, ниже́ стужи́ им. Тогда́ ти́и трие́ я́ко еди́ными усты́ поя́ху, и благословля́ху, и сла́вляху Бо́га в пе́щи, глаго́люще:

Песнь трех отроков:

Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших и препе́тый и превозноси́мый во ве́ки, и благослове́но имя сла́вы Твоея́ свято́е и препе́тое и превозноси́мое во ве́ки.

Благослове́н еси́ в хра́ме святы́я сла́вы Твоея́ и препе́тый и превозноси́мый во ве́ки.

Благослове́н еси́, Ви́дяй бе́здны, Седя́й на Херуви́мех и препе́тый и превозноси́мый во ве́ки.

Благослове́н еси́ на престо́ле сла́вы Ца́рствия Твоего́ и препе́тый и превозноси́мый во ве́ки.

Благослове́н еси́ на тве́рди Небе́сней и препе́тый и превозноси́мый во ве́ки.

Приложение. Пояснения [19] к тексту Великого канона святого Андрея Критского

В понедельник первой седмицы Великого поста

Песнь 1

Первозданнаго Адама преступлению поревновав, познах себе обнажена от Бога и присносущнаго Царствия и сладости, грех ради моих (Быт. 3: 6–7).

С первых строк канона святой Андрей, вглядываясь в свою душу, вспоминает прародителей всего человечества – Адама и Еву – первых людей, сотворенных Богом, но через непослушание, через недоверие Богу, утративших блаженство, радость и целостность. Каждый раз, пленившись грехом и согрешив, душа испытывает опустошение, очередное изгнание из рая, утрачивая Божественную благодать.

Песнь 2

Буря мя злых обдержит, благоутробне Господи; но, яко Петру, и мне руку простри (Мф. 14: 31).

Во время своей земной проповеди Господь Иисус Христос большое внимание уделял воспитанию веры в учениках. Во время бури Он пришел к ученикам по воде, когда те находились в лодке. Петр, самый ревностный и порывистый ученик Христа, сразу же попросил у Него позволения и ему идти по воде, но, испугавшись силы ветра и волн, стал тонуть. Христос подал ему руку, извлек из пучины и спросил его: зачем он усомнился? В нападении страстей, когда мы словно уходим на дно, важно помнить, что Христос силен избавить нас от самых страшных искушений, даже если личной веры самим нам не хватает.

Облекохся в раздранную ризу, юже изтка ми змий советом, и стыждуся.

После грехопадения и изгнания из рая Господь дал Адаму и Еве кожаные одежды как символ уязвимости телесной и утраты одухотворенности. Говоря, что одежды дал змей, святой Андрей имеет в виду, что дьявол своего добился – люди утратили бессмертие и общение с Богом. Ранее им не требовалось никакой одежды, потому что чувства стыда и вины были людям не знакомы, теперь же, лишившись благодати, Адам и Ева увидели свою наготу как ограниченность и опустошенность.

Слезы блудницы, Щедре, и аз предлагаю: очисти мя, Спасе, благоутробием Твоим (Лк. 7: 38).

Одна женщина, придя к Спасителю, плача о своей греховности, обливала слезами Его ноги и утирала их своими волосами. Живую веру и раскаяние этой, может быть, далекой от праведности женщины Христос противопоставил мертвому благочестию внешне религиозных фарисеев, духовных лидеров еврейского народа.

Делаша на хребте моем вси начальницы страстей, продолжающе на мя беззаконие их (Пс. 128: 2–3).

Этот стих псалма выражает угнетенность еврейского народа грехами и скорбями, из–за которых враги окончательно повергли его. Конечно, псалмопевец Давид подразумевает и личную подавленность отдельного человека его внутренними страстями, следствием которых всегда бывает внешний разлад жизни и деятельности.

Песнь 3

Огнь от Господа иногда Господь одождив, землю Содомскую прежде попали (Быт. 19: 24).

Содом и Гоморра были уничтожены Господом не столько за сами тяжкие противоестественные грехи, которыми были порабощены буквально все жители этих древних городов, сколько за нераскаянность. Упорство во грехе, потребность навязывать окружающим свое искаженное видение мира, желание сделать их соучастниками своего падения, утрата этической и смысловой основы существования делают покаяние практически невозможным для человека. Но каждый грешник, сожалеющий о своих падениях и желающий исправиться, падающий, но встающий, будет прощен Богом.

На горе спасайся, душе, якоже Лот оный, и в Сигор угонзай (Быт. 19: 22–23).

Господь, повелевший единственному праведнику города Содома Лоту как можно скорее покинуть уготованный к уничтожению город, сказал ему уйти в горы (гора – образ восхождения и духовного подвига), но Лот испросил разрешения укрыться в городе Сигор, что значит «Маленький». Здесь есть противопоставление – в маленьком городе праведнику жить, безусловно, проще, чем в большом. Но Лот, уйдя в Сигор, проявил недоверие Богу, хоть он и был спасен от огня, но не смог избежать дальнейших искушений.

Песнь 4

Приближается, душе, конец, приближается, и нерадиши, ни готовишися, время сокращается, востани, близ при дверех Судия есть. Яко соние, яко цвет, время жития течет: что всуе мятемся?

(Мф. 24: 33.Мк. 13: 29. Лк. 21: 31)

Евангельские притчи часто говорят о важности трезвения, о готовности предстать перед Богом. Никто из нас не знает своего последнего дня и часа, поэтому многие Отцы учили духовно проживать каждый новый день как последний. Обращаясь к своей душе, да и к любой другой, святой Андрей сокрушается о том, что, даже понимая важность трезвения, мы, тем не менее, чаще всего не выходим из состояния нерадения.

Лествица, юже виде древле великий в патриарсех, указание есть, душе моя, деятельнаго восхождения, разумнаго возшествия; аще хощеши убо деянием, и разумом, и зрением пожити, обновися (Быт. 28: 12).

Ветхозаветный патриарх Иаков, одновременно скрываясь от гнева брата Исава и желая найти праведную невесту, совершал путь в Харран, где проживали родственники их семейства. Взять хорошую жену было очень важно для Иакова: получив благословение отца, он становился следующим патриархом рода, в котором должен будет родиться Спаситель мира. Во время привала Иакову открылось таинственное видение – он увидел чудесную лестницу, по которой поднимались и спускались ангелы. Во время этого откровения к праведнику обратился Сам Бог, Он одобрил действия Иакова и подтвердил обетование, данное его деду Аврааму.

Зной дневный претерпе лишения ради патриарх, и мраз нощный понесе, на всяк день снабдения творя, пасый, труждаяйся, работаяй, да две жене сочетает (Быт. 30: 11–28).

Патриарх Иаков, желая получить в жены любимую им Рахиль, работал в Харране у ее отца Лавана семь лет. По окончании срока службы хитрый Лаван, не желая отпускать приносящего благословение успешного Иакова, обманул его. Вместо Рахили после пира, ночью, к брачному ложу отец привел свою старшую дочь Лию. Утром Лаван обосновал свой поступок тем, что неправильно отдать замуж младшую дочь прежде старшей. Иаков не отчаялся, он вынужден был взять Лию, но служил Лавану за Рахиль еще семь лет. Святой Андрей обращает внимание на неотступность праведника в его намерении обрести искомое.

Жены ми две разумей, деяние же и разум в зрении: Лию убо деяние, яко многочадную; Рахиль же разум, яко многотрудную; ибо кроме трудов, ни деяние, ни зрение, душе, исправится (Быт. 30: 11; 31).

Святой Андрей, обращаясь к духовному толкованию библейского текста, говорит о двух женах Иакова – о символе труда в лице Лии (она родила шесть сыновей Иакову, Рахиль только двух), и образе созерцания и духовного невидимого труда в лице Рахили, которую Иаков очень любил. Без этих двух качеств духовная жизнь человека невозможна.

Песнь 5

Рувима подражая, окаянный аз, содеях беззаконный и законопреступный совет на Бога Вышняго, осквернив ложе мое, яко отчее он (Быт. 35: 22; 49: 3–4).

Старший сын патриарха Иакова Рувим прелюбодействовал с наложницей своего отца Валлой. В ветхозаветные времена полигамия являлась нормой даже в среде праведников. Двенадцать сыновей Иакова были рождены от двух его жен Лии и Рахили и от наложницы Валлы. Так что Руввим обесчестил не только отца, но и двух своих братьев – Данна и Нефалима, которым Валла приходилась матерью. За тяжкое преступление инцеста и прелюбодеяния Иаков лишил Рувима первородства. Прелюбодеяние – один из самых тяжких грехов, в котором предательство проявляется наиболее фактурно на всех личностных уровнях – духовном, душевном и телесном. Потеря верности Богу, нарушение Его заповедей – тоже прелюбодеяние в глубинной духовной основе.

Исповедаюся Тебе, Христе Царю: согреших, согреших, яко прежде Иосифа братия продавшии, чистоты плод и целомудрия (Быт. 37: 28).

Праведный Иосиф, один из двух младших детей патриарха Иакова, сын Рахили, особенно любимый Иаковом, был продан в рабство десятью старшими братьями. Зависть понудила их совершить это преступление. А отцу они сказали, что, видимо, Иосифа растерзали дикие звери, этим они еще усугубили свое злодеяние, разбив сердце старца. Зависть и другие страсти, гнездящиеся в душе человека, могут заглушить чистый зов совести, мешающий им обладать человеком.

Аще и в рове поживе иногда Иосиф, Владыко Господи, но во образ погребения и востания Твоего: аз же что Тебе когда сицевое принесу?

(Быт. 37: 28)

Проданный в рабство Иосиф стал прообразом преданного Своим народом Христа. Перенеся предательство, рабство и темницу, Иосиф за свою мудрость и праведность был возвышен фараоном и в скором времени сделался большим вельможей в Египте, а во время затяжного голода Иосиф смог спасти отца, а своих братьев, ранее предавших его, он не только избавил от голода, но и простил. Святой Андрей, вглядываясь в свою душу, плачет, вопрошая, найдутся ли в ней силы вынести из скорбей и страданий духовное сокровище.

Песнь 6

Уклонилася еси, душе, от Господа твоего, якоже Дафан и Авирон; но пощади, воззови из ада преисподняго, да не пропасть земная тебе покрыет (Чис. 16: 32).

Когда Бог избрал пророка Моисея, чтобы он вывел еврейский народ из египетского рабства, странствие в пустыне продолжалось сорок лет. Все это время среди народа находились те, кто сеял смуты, панику, поднимал ропот на пророка. Часто звучали речи, что рабство стабильнее, чем изнурительный и опасный путь к благословенной земле. Дафан и Авирон были участниками одного из восстаний против Моисея, они поставили под сомнение законность его власти. За восстание против неоднократно являемой воли Божией Дафан и Авирон были поглощены разверзшейся землей. Святой Андрей приводит этот библейский эпизод как яркий образ губительности часто возникающего внутри человека ропота, малодушия, нежелания следовать воле Божьей.

Яко юница, душе, разсвирепевшая, уподобилася еси Ефрему: яко серна от тенет, сохрани житие, вперивши деянием ум и зрением (Иер. 31: 18, Ос. 10: 11).

Тенеты – это сети для охоты. Ефрем был одним из сыновей праведного Иосифа. В силу особенного благоволения деда и патриарха рода Иакова потомки Ефрема получили лучшие земли и особый статус, из–за чего высокомерие сделалось их родовым качеством. В трагическом расколе Иудеи на два царства, Иудейское и Израильское, колено Ефремово сыграло ключевую роль, впоследствии потомки Ефрема погибли в ассирийском плену. Святой Андрей уподобляет высокомерие буйству неразумного животного, рано или поздно оно попадет в сети собственной гордости.

Рука нас Моисеова да уверит, душе, како может Бог прокаженное житие убелити и очистити, и не отчайся сама себе, аще и прокаженна еси (Исх. 4: 6–7).

Здесь святой указывает нам и на момент малодушия пророка Моисея: когда Господь призвал его вывести народ из египетского пленения, Моисей пытался уклониться от служения, говоря, что никто его не послушает. Тогда Господь явил чудо: рука Моисея покрылась проказой, а вслед за этим сразу же сделалась чистой. Проказа – символ греха; тем самым Господь показал, что Он силен очисть человека, восполнить силой его немощь, исцелить от болезни, если только у этого человека имеется решимость идти за Богом, во всем Ему доверяя.

Песнь 7

Саул иногда яко погуби отца своего, душе, ослята, внезапу царство обрете к прослутию; но блюди, не забывай себе, скотския похоти твоя произволивши паче Царства Христова (1 Цар. 9: 1–27; 10: 1).

Избрание царем Саула, происходившего из скромного колена Вениаминова, произошло промыслительным образом: он был послан своим отцом найти пропавших ослиц. Во время поисков Саул, услыхав от слуги, что поблизости живет пророк Божий Самуил, решил пойти к нему. Бог указал пророку помазать на царство идущего к нему юношу Саула. Святой Андрей через этот сюжет напоминает, что Царство Христово всегда рядом с человеком, просто ради него необходимо отвлечься от приземленных мотивов и целей.

Давид иногда богоотец аще и согреши сугубо, душе моя, стрелою убо устрелен быв прелюбодейства, копием же пленен быв убийства томлением; но ты сама тяжчайшими делы недугуеши, самохотными стремленьми (2 Цар. 11: 14–15).

Царь и пророк Давид, пленившись красотой Вирсавии, жены своего верного воина Урии, завладел ею, совершив прелюбодеяние. Когда Давид узнал, что она забеременела от него, он намерено отправил Урию на смерть, после чего взял Вирсавию себе в жены. Один грех всегда тянет за собой другие. Но даже самое тяжелое падение не отвращает от человека Божественной любви, человек всегда своим покаянием может вернуться в радость Богообщения. Давид в дальнейшем горько оплакивал свое преступление перед Богом. Наиболее известный и любимый верующими пятидесятый псалом царя Давида традиция связывает именно с этим покаянным периодом жизни пророка.

Песнь 8

Колесничник Илия, колесницею добродетелей вшед, яко на Небеса, ношашеся превыше иногда от земных: сего убо, душе моя, восход помышляй (4 Цар. 2: 11).

Святой пророк Илия был взят от жизни чудесным образом. Это сверхъестественное изъятие произошло, когда он шел из Иерихона вместе со своим учеником Елисеем: «Вдруг явилась колесница огненная и кони огненные, и разлучили их обоих, и понесся Илия в вихре на небо» (4 Цар. 2: 11).

Елиссей иногда, прием милоть Илиину, прият сугубую благодать от Бога; ты же, о душе моя, сея не причастилася еси благодати за невоздержание (4 Цар. 2: 9, 12–13).

Во время небесного восхождения на колеснице Илия бросил свою милоть (плащ, верхнюю одежду) Елисею, она стала вещественным символом преемственности Божественной силы и пророческого служения, переходящей от учителя к ученику. Важно, что Елисей жаждал этой преемственности: когда Илия, знавший о своем скором уходе из мира, спросил Елисея, что он хочет получить. Ученик дерзновенно попросил духовную силу, вдвое большую, чем сила учителя.

Иорданова струя первее, милотию Илииною Елиссеем, ста сюду и сюду; ты же, о душе моя, сея не причастилася еси благодати за невоздержание (4 Цар. 2: 14).

Взяв милоть Илии, Елисей, призвав Бога, ударил ею по водам Иордана, после чего ему было явлено чудо, утвердившее его на пути пророческого служения: воды реки разошлись, открыв ему дорогу.

Соманитида иногда праведнаго учреди, о душе, нравом благим; ты же не ввела еси в дом ни странна, ни путника, темже чертога изринешися вон, рыдающи (4 Цар. 4: 8).

Богатая добрая женщина Соманитида, видя пророка Елисея, часто голодного и изнуренного, совершающего свой путь вблизи ее дома, устроила вместе со своим мужем особенную горницу, чтобы пророк имел возможность подкрепиться едой и отдохнуть. Добрые супруги были бездетными, по молитвам пророка Елисея в скором времени у них родился сын.

Гиезиев подражала еси, окаянная, разум скверный всегда, душе, егоже сребролюбие отложи поне на старость; бегай геенскаго огня, отступивши злых твоих (4 Цар. 5: 20–27).

Доброй и простой женщине святой Андрей противопоставляет хитрого слугу Елисея Гиезия. Несмотря на то, что он больше чем кто–либо другой находился рядом с пророком, сердце Гиезия оставалось пораженным лукавством и страстью сребролюбия. Лукавство в сочетании со страстью ослепляет человека, потому что лукавство учит обманывать и самого себя, прятать страсти от своей совести, заглушать ее – все это делает человека неспособным увидеть Божественное чудо и возжелать очиститься от рабства греху. Так и не возжелавший исправиться, Гиезий за свое лукавство по слову пророка был наказан проказой, которая стала лишь видимым проявлением его внутреннего разложения.

Песнь 9

Моисеово приведох ти, душе, миробытие и от того все заветное Писание, поведающее тебе праведныя и неправедныя: от нихже вторыя, о душе, подражала еси, а не первыя, в Бога согрешивши.

Автором первых пяти книг Библии по традиции считается сам пророк Моисей. Святой Андрей, видя действие греха, распространяющееся через всю историю мироздания от первых людей на все человечество, плачет о созвучности всех отрицательных примеров из Писания и желаний собственной души.

Закон изнеможе, празднует Евангелие, Писание же все в тебе небрежено бысть, пророцы изнемогоша и все праведное слово; струпи твои, о душе, умножишася, не сущу врачу, исцеляющему тя.

«Празднует» значит «остается праздным», не приносит пользы. Книжная мудрость и знание Писания не приносят пользы, если человек в духовной жизни не стремится всеми силами к Богу.

Христос вочеловечися, призвав к покаянию разбойники и блудницы; душе, покайся, дверь отверзеся Царствия уже, и предвосхищают е фарисее, и мытари, и прелюбодеи кающиися.

Господь Иисус Христос, совершая Свое земное служение, не гнушался даже самых грешных и отверженных обществом людей. Лишь гордость, особенно религиозная, нераскаянность и нерадение не дают человеку приблизиться к своему Спасителю Христу в желании получить прощение.

Христос вочеловечися, плоти приобщився ми, и вся елика суть естества хотением исполни, греха кроме, подобие тебе, о душе, и образ предпоказуя Своего снисхождения.

Господь принял на себя человеческую природу, во всем стал подобен людям, кроме произволения ко греху, это чуждость и инородность греха, как безобразного следствия отпадения человека от послушания Богу, должна вдохновлять человека в его стремлении ко Христу. Мы не в силах освободиться от действия греха, но через трезвое видение себя, желание измениться, покаяние и постоянное общение через молитву и таинства с Богом, можем свести это действие до минимума.

Постився Господь дний четыредесять в пустыни, последи взалка, показуя человеческое: душе, да не разленишися, аще тебе приложится враг, молитвою же и постом от ног твоих да отразится (см.: Исх. 34: 28; Мф. 4: 2; Лк. 4: 2; Мк. 1: 13).

Господь Иисус Христос перед выходом на проповедь постился сорок дней в пустыни, тем самым он утвердил особенную важность поста в деле духовного подвига.

Во вторник первой недели Великого поста

Песнь 1

Каиново прешед убийство, произволением бых убийца совести душевней, оживив плоть и воевав на ню лукавыми моими деяньми (Быт. 4: 8).

Каин, первенец Адама и Евы, сделался и первым в истории убийцей, из зависти он убил своего младшего брата, праведного Авеля. Причем, когда братоубийца все сильнее разжигал в себе зависть и негодование, Бог пытался его остановить, давая понять, что все помышления его сердца Ему открыты, но Каин закрылся от Божественной помощи, грубо отверг ее. Святой Андрей, вспоминая Каина и обращаясь к своей душе, говорит о внутреннем убийстве, совершающемся в ней, – тяга ко греху по принципу несовместимости стремиться уничтожить целомудренные мотивы.

Авелеве, Иисусе, не уподобихся правде, дара Тебе приятна не принесох когда, ни деяния Божественна, ни жертвы чистыя, ни жития непорочнаго (Быт. 4: 4).

Последней точкой, в которой зависть переросла в подготовку к убийству, стало жертвоприношение, совершаемое братьями. Жертва Авеля, приносимая от чистого и открытого сердца, была приятна Богу, в отличие от жертвы Каина, дым от костра которой стелился по земле.

Аще и согреших, Спасе, но вем, яко Человеколюбец еси: наказуеши милостивно и милосердствуеши тепле, слезяща зриши и притекаеши, яко Отец, призывая блуднаго (Лк. 15: 20).

Святой Андрей вспоминает притчу о блудном сыне, в которой отец без обвинений и обид принял в свои объятия сына, который прежде от него отказался, промотал все свое наследство и лишь в крайней нужде вернулся в отчий дом. Эта притча раскрывает бесконечную, «нарушающую» все законы, любовь Бога к грешному человеку, всегдашнюю готовность его простить.

Песнь 2

Сшиваше кожныя ризы грех мне, обнаживый мя первыя боготканныя одежды (Быт. 3: 11; 21).

После грехопадения и изгнания из рая Господь дал Адаму и Еве кожаные одежды как символ уязвимости телесной и утраты одухотворенности. Говоря, что одежды дал змей, святой Андрей имеет в виду, что дьявол своего добился – люди утратили бессмертие и общение с Богом. Ранее им не требовалось никакой одежды, потому что чувства стыда и вины были людям не знакомы, теперь же, лишившись благодати, Адам и Ева увидели свою наготу как ограниченность и опустошенность.

Обложен есмь одеянием студа, якоже листвием смоковным, во обличение моих самовластных страстей (Быт. 3: 7).

Искушая первых людей, дьявол обещал им, что в своем обособленном от Богопознания мире они сами сделаются подобными богам. После вкушения запретного плода Адам и Ева не только ничего не приобрели, но внесли смертность в свою природу, утратили ее целостность, лишились Божественной благодати. В момент этого опустошения они впервые увидели свою наготу, то есть познали, что без Бога они ровным счетом не имеют ничего, и впервые они своей наготы постеснялись; Адам и Ева сшили себе пояса из листьев.

Внешним прилежно благоукрашением единем попекохся, внутреннюю презрев богообразную скинию.

Скиния (шатер) – ветхозаветное походное святилище евреев, в котором совершались жертвоприношения Богу. Сердце человека, его душа, которая дороже всего мира, есть место, где совершается самое важное и значимое ежедневное жертвоприношение Богу.

Погребох перваго образа доброту, Спасе, страстьми, юже яко иногда драхму взыскав, обрящи (Лк. 15: 8).

Упоминается притча о десяти драхмах (серебряных монетах), в которой женщина, чтобы найти одну потерянную драхму, оставляет все остальные и ищет ее до тех пор, пока не найдет. Притча говорит о том, что Господь использует все возможности, чтобы образумить и спасти заблудшего человека.

Согреших, якоже блудница, вопию Ти: един согреших Тебе, яко миро, приими, Спасе, и моя слезы (Лк. 7: 37–38).

Одна женщина, придя к Спасителю и плача о своей греховности, обливала слезами Его ноги и утирала их своими волосами. Живую веру и раскаяние этой, может быть, далекой от праведности женщины Христос противопоставил мертвому благочестию внешне религиозных фарисеев, духовных лидеров еврейского народа.

Очисти, якоже мытарь, вопию Ти, Спасе, очисти мя: никтоже бо сущих из Адама, якоже аз, согреших Тебе (Лк. 18: 13).

Притча Христова о двух людях, молящихся в Иерусалимском храме: один – грешный и смиренный мытарь (презираемый народом сборщик податей в пользу римских захватчиков), другой – самоуверенный, праведный фарисей (духовный лидер народа); из них оправданным в дом свой после молитвы вернулся отнюдь не второй, а первый. Этот мытарь плакал, бил себя в грудь и повторял: «Боже, милостив буди мне грешному», в отличие от фарисея, который в молитве благодарности Богу по большей части говорил о своей праведности. Эта притча говорит о том, что Бог «гордым противится, а смиренным дает благодать».

Песнь 3

При Нои, Спасе, блудствовавшия подражах, онех наследовах осуждение в потопе погружения (Быт. 6: 1–17).

Ветхозаветному праведнику Ною Бог повелел построить ковчег (большое деревянное судно). В этом ковчеге Ной, его родственники и множество животных сохранили свои жизни во время всемирного потопа, который Бог навел на землю из–за всеобщей развращенности и озлобленности, распространившейся среди людского рода подобно эпидемии.

Хама онаго душе, отцеубийца подражавши, срама не покрыла еси искренняго, вспять зря возвратившися (Быт. 9: 22–23).

Когда Хам увидел наготу отца, заснувшего в неприглядном виде, вместо того чтобы его укрыть и избавить от стыда, неблагодарный сын посмеялся и позвал своих братьев поглядеть на патриарха рода, оказавшемся в столь неловком положении. В этом поступке Хама не только грубость и дерзость, в нем есть и желание усвоить себе родовое главенство, ведь нагота воспринималась в древности как опустошенность и обнажить чью–то наготу значило в определенном смысле это лицо низложить. За дерзость Ной проклял в сыне Хама Ханаане его потомство.

Запаления, якоже Лот, бегай, душе моя, греха, бегай Содомы и Гоморры, бегай пламене всякаго безсловеснаго желания (Быт. 19: 15–17).

Лот, единственный праведник в Содоме, был выведен Богом из этого обреченного на уничтожение огнем города. Содом и Гоморра были испепелены, это произошло по причине настоящего духовного разложения их жителей, считавших нормой самые противоестественные грехи. В Писании приводится эпизод прихода двух ангелов к Лоту, после которого возле его жилища в большом количестве собрались содомляне. Видимо, красота ангелов, подобных юношам, так подействовала на искушенных в грехах горожан, что они стали требовать у Лота, чтобы он немедленно вывел к ним этих юношей, когда же Лот попытался им возразить, рассерженные содомляне захотели совершить над ним сексуальное насилие. Только вмешательство ангелов, поразивших слепотой одержимых содомлян, остановило это безумие.

Песнь 4

Бди, о душе моя, изрядствуй, якоже древле великий в патриарсех, да стяжеши деяние с разумом, да будеши ум, зряй Бога, и достигнеши незаходящий мрак в видении, и будеши великий купец (Быт. 32: 28).

Имеется в виду патриарх Иаков, который все свои таланты – мудрость, смекалистость, целеустремленность – приносил к исполнению воли Бога.

Дванадесять патриархов великий в патриарсех детотворив, тайно утверди тебе лествицу деятельнаго, душе моя, восхождения: дети, яко основания, степени яко восхождения, премудренно подложив.

Патриарх Иаков, сыновья которого стали основателями двенадцати израильских колен (Израиль – имя, данное Иакову Самим Богом), во время своего пути в Харран увидел таинственную лестницу, соединяющую небо и землю, по этой лестнице поднимались и опускались ангелы. Иакову пришлось положить множество трудов (взойти на лестницу), чтобы возвысить свой род, из которого, по обетованию Божиему, должен был произойти Спаситель мира. Духовные плоды также достигаются множеством трудов – ежедневной молитвой и духовным подвигом, который становится в душе человека лестницей, соединяющей его со Спасителем Христом.

Исава возненавиденнаго подражала еси, душе, отдала еси прелестнику твоему первыя доброты первенство, и отеческия молитвы отпала еси, и дважды поползнулася еси, окаянная, деянием и разумом: темже ныне покайся (Быт. 25: 32; 27: 37; Мал. 1: 2–3).

Исав был братом–близнецом патриарха Иакова, однако Исав первым вышел из материнской утробы, поэтому благословение отца почивало на нем, как на первенце. Однако Исав, будучи грубым и нечутким ко всему нематериальному, не отвергая своего первородства, пренебрегал и им, и отцовским благословением. Иаков, напротив, всеми силами души к нему стремился. Как–то раз Исав, испытывая сильный голод, уступил Иакову свое первородство за чечевичную похлебку. Двукратное унижение души, о котором говорит святой Андрей, это когда человек сперва совершает действие греха в определенном смысле непроизвольно, по немощи, а следующее унижение – когда расположенность к греху входит в навык, пускает свои корни в разум и сознание человека, тем самым повреждая его личность.

Едом Исав наречеся, крайняго ради женонеистовнаго смешения: невоздержанием бо присно разжигаемь и сластьми оскверняемь, Едом именовася, еже глаголется разжжение души любогреховныя (Быт. 25: 30).

Едом в переводе с еврейского значит «красный». Наименование в память о цене предательства – чечевичной похлебке, которая имела красный цвет. Исав возненавидел Иакова, и последнему приходилось длительное время скрываться от гнева брата.

Иова на гноищи слышавши, о душе моя, оправдавшагося, того мужеству не поревновала еси, твердаго не имела еси предложения во всех, яже веси, и имиже искусилася еси, но явилася еси нетерпелива (Иов. 1: 1–22).

Ветхозаветный праведник и страдалец Иов, имевший прежде большую семью, богатство и почет, в одночасье потерял буквально все, так что ничего у него не осталось, кроме жены, утратившей от страдания рассудок и призывавшей мужа похулить Бога за все произошедшее, а вслед за этим умереть. В довершение страданий праведный Иов заболел проказой, считавшейся в древности болезнью, посылаемой Богом за особенно тяжкие грехи. Иов – пример и образ праведного страдальца, он является прообразом страдающего за грехи людей Христа. Иов, обращался к Богу, искренне пытаясь понять, почему с ним все это происходит. Господь открылся Иову, дав понять, что страдания всегда посылаются не за что–то, а для чего–то. То есть не как наказание, а ради духовного становления человека, хоть, конечно, далеко не всегда человек может осознавать необходимость такого для себя испытания. Бог вновь возвысил Иова, вернув ему здоровье, силы и состояние.

Песнь 5

Моисеов слышала еси ковчежец, душе, водами, волнами носим речными, яко в чертозе древле, бегающий дела горькаго совета фараонитска (Исх. 2: 3).

Египетский фараон, опасаясь возрастающей численности евреев, имевших большое влияние при прежней династии, сперва низвел их почти до рабского положения, а после повелел убивать всех рожденных в этом народе мальчиков. Пророк Моисей в младенчестве был спасен от смерти: мать положила его в корзине на берегу Нила, там младенца нашла дочь фараона. Она пожалела его, собственно она и нарекла его Моисеем, мальчик был взят на содержание и воспитание при царском дворе.

Аще бабы слышала еси, убивающая иногда безвозрастное мужеское, душе окаянная, целомудрия деяние, ныне, яко великий Моисей, сси премудрость (Иск. 1: 8–22).

Повеление убивать еврейских новорожденных мальчиков было возложено фараоном непосредственно на повивальных бабок (акушерок). Они же, не взирая на возможную расправу, стремились уклониться и уйти от исполнения этого указа, тем самым они сумели спасти многие жизни.

Яко Моисей великий египтянина, ума, уязвивши окаянная, не убила еси, душе; и како вселишися, глаголи, в пустыню страстей покаянием? (Исх. 2: 11–12).

Убив жестокого египтянина, избивавшего работающего еврея, Моисей укрыл тело мучителя в песке. После чего Моисею пришлось сорок лет скрываться от египетских властей в земле Мадиамской, именно там Бог призвал его к пророческому служению и к избавлению его народа от египетского рабства. В аллегорическом толковании библейского текста «убить египтянина» – значит преодолеть мучащий тебя греховный помысел, и только после этого, удалившись от искушения, человек сможет ощутить в себе глас Божий.

Моисеов жезл воображай, душе, ударяющий море и огустевающий глубину, во образ Креста Божественнаго: имже можеши и ты великая совершити (Исх. 14: 21–22).

Во время исхода евреев из Египта Бог явил им великое чудо: по мановению руки Моисея, в которой он держал свой жезл, Красное море под действием поднявшегося сильного ветра расступилось, открыв путь народу от преследовавших их египетских воинов к земле Обетованной. Жезл Моисея – это прообраз Креста Господня.

Аарон приношаше огнь Богу, непорочный, нелестный; но Офни и Финеес, яко ты душе, приношаху чуждее Богу, оскверненное житие (Лев. 10: 1–3; 1 Цар. 2: 12–13).

Аарон – старший брат пророка Моисея и первосвященник еврейского народа. Два его старших сына за непослушание Богу и небрежное исполнение своего служения были поражены смертью. Офния и Финеес жили значительно позже – они были сыновьями священника Илии; их нечестие, за которое они так же, как и сыновья Аарона, были поражены смертью, было настолько велико, что люди из–за них прекратили совершать жертвоприношения Богу. Святой Андрей, взывая к своей душе, сокрушается о том, что можно ежедневно находиться рядом со святыней, служить Богу и, умом понимая всю важность и ответственность этого служения, тем не менее оставаться нерадивым и распущенным.

Песнь 6

Волны, Спасе, прегрешений моих, яко в мори Чермнем возвращающеся, покрыша мя внезапу, яко египтяны иногда и тристаты (Иск. 14: 26–28; 15: 4–5).

Море, расступившееся перед Моисеем и следовавшими за ним евреями, впоследствии накрыло преследовавшее их войско египтян (тристаты – всадники). В образном толковании исход из египетского рабства – это покаяние, освобождение человека от тирании греха, войско – это греховные навыки и привычки, от которых необходимо отказаться. Но бывает, что человек настолько прикипает к своим страстям, давая им войти в душевные и духовные глубины личности, что личность его может погибнуть для вечности с Богом, потому что, вместив грех в свою природу, душа уже не сможет вынести Божества, именно поэтому ничто нечистое не войдет в Царствие Божие.

Неразумное, душе, произволение имела еси, яко прежде Израиль: Божественныя бо манны предсудила еси безсловесно любосластное страстей объядение (Чис. 21: 5).

Во время странствия по пустыни в поисках Обетованной земли Бог чудесным образом питал еврейский народ: утром землю, подобно росе или снегу, покрывала особая пища – манна. Евреи, постоянно роптавшие и укорявшие Моисея в том, что им долгое время приходится терпеть бесконечные лишения, сначала воспринимали появление манны невероятным чудом, но со временем стали говорить и о ней как о негодной пище.

Кладенцы, душе, предпочла еси хананейских мыслей, паче жилы камене, из негоже премудрости река, яко чаша, проливает токи богословия (Исх. 17: 6).

Хананеи – потомки сына Хама Ханаана, отверженного Ноем. В Священном Писании – это народ, несущий на себе печать этого отвержения в своих языческих обрядах, традициях и образе мыслей. Этот греховный образ мыслей, нацеленный только на материальное, проявляется у каждого человека. Святой Андрей, говоря о камне, из которого потекла вода, вспоминает один эпизод странствия еврейского народа по пустыни. В очередной раз когда евреи поднял ропот на Моисея, в этом случае из–за недостатка питьевой воды, и пророку казалось, что сейчас его уже побьют камнями, он ударил своим жезлом по скале и из нее забил родник чистейшей воды. Чистейшая вода подобна чистой мысли, которая в отличии от той ропотливой, всегда несущей в себе эгоистичное желание, напротив, не стремится к обладанию, а рождается в мужестве, упорстве и доверии Богу.

Свиная мяса и котлы, и египетскую пищу, паче Небесныя, предсудила еси, душе моя, якоже древле неразумнии людие в пустыни (Исх. 16: 3).

Упоминается еще один из многочисленных эпизодов ропота евреев на Моисея во время их сорокалетнего странствования: люди вспоминали, что в Египте, несмотря на тяготы и унижения рабства, у них были гарантированные котлы, в которых варилось мясо. Сам Господь вел их к свободе, к обладанию собственной плодородной землей, к свидетельству о Едином Живом Боге для всего языческого мира – и все это в моменты малодушия становилось для них меньшей ценностью, чем кормежка и отдых по окончании изнурительных работ на строительстве пирамид для мертвых фараонов.

Яко удари Моисей, раб Твой, жезлом камень, образно животворивая ребра Твоя прообразоваше, из нихжевси питие жизни, Спасе, почерпаем (Исх. 16: 3).

Тот же эпизод с чудесным изведением воды из скалы ударом жезла Моисея упоминается как прообраз истечения из ребер Христа крови и воды во время крестных Его страданий, после удара, нанесенного воином, чтобы убедиться в наступившей смерти Распятого. Этот эпизод евангелия от Иоанна является указанием на Евхаристию.

Испытай, душе, и смотряй, якоже Иисус Навин, обетования землю, какова есть, и вселися в ню благозаконием.

Иисус Навин – преемник Моисея, военачальник, одержавший множество побед и введший израильтян в Обетованную землю.

Песнь 7

Кивот яко ношашеся на колеснице, Зан оный, егда, превращшуся тельцу, точию коснуся, Божиим искусися гневом; но того дерзновения убежавши, душе, почитай Божественная честне (2 Цар. 6: 6–7).

Кивот или Ковчег Завета – величайшая святыня еврейского народа. Во время перевоза Ковчега в Иерусалим Оза, один из служителей, коснулся ковчега рукой, когда телега, как ему показалось, сильно наклонилась. За это прикосновение к святыне, строго запретное в Ветхом Завете, Озия был поражен смертью.

Слышала еси Авессалома, како на естество воста, познала еси того скверная деяния, имиже оскверни ложе Давида отца; но ты подражала еси того страстная и любосластная стремления (2 Цар. 15: 1–37; 16: 21).

Авессалом, честолюбивый сын пророка и царя Давида, восстал на своего отца в намерении убить его и захватить в свои руки власть в Иудее. Давиду с верными ему людьми пришлось скрываться от людей Авессалома. А заносчивый сын, желая показать всему Иерусалиму свое пренебрежение к отцу, завладел его наложницами, причем шатер, в котором Авессалом совершал свое злодеяние располагался так, чтобы всем было видно, как он заводит туда этих женщин. В дальнейшем мятежники были изгнаны из Иерусалима, сам же Авессалом во время бегства бесславно погиб.

Покорила еси неработное твое достоинство телу твоему, иного бо Ахитофела обретше врага, душе, снизшла еси сего советом; но сия разсыпа Сам Христос, да ты всяко спасешися (2 Цар. 16: 20–21).

Ахитофел – советник царя Давида и предатель, ставший на сторону мятежного Авессалома. Именно он дал ему совет завладеть наложницами отца, чтобы весь Иерусалим об этом узнал. Еще одним советом этого лукавого человека было обоснование необходимости убийства Давида. Исполнение этого намерения сумел мудро отклонить другой советник Авессалома, сохранивший верность изгнанному Давиду, его звали Хусий. Он дождался восстановления справедливости и возвращения Давида, а предатель Ахитофел закончил свою жизнь самоубийством.

Соломон чудный и благодати премудрости исполненный, сей лукавое иногда пред Богом сотворив, отступи от Него; емуже ты проклятым твоим житием, душе, уподобилася еси (3 Цар. 3: 12; 11: 4–6).

Другой сын Давида, Соломон, прославившийся в истории своей мудростью, не смог до конца устоять в ней, утратив благочестие. Ослепительная слава и необъятное богатство подточили его мудрость. Множество жен и наложниц, которых брал он себе из языческих народов, склонили его сердце к идолопоклонству.

Ровоаму поревновала еси, не послушавшему совета отча, купно же и злейшему рабу Иеровоаму, прежнему отступнику, душе; но бегай подражания и зови Богу: согреших, ущедри мя (З Цар. 12: 13–14, 20).

После смерти Соломона его сын Ровоам необдуманными и заносчивыми решениями спровоцировал смуту и раскол в мощном, созданном Давидом и Соломоном государстве. Оно разделилось на два враждующих царства – Иудейское и Израильское, первое возглавил Ровоам, второе – один из прежних слуг Соломона Иеровоам.

Песнь 8

Ты Озии, душе, поревновавши, сего прокажение в себе стяжала еси сугубо: безместная бо мыслиши, беззаконная же дееши; остави, яже имаши, и притецы к покаянию (4 Цар. 15: 5; 2 Парал. 26: 19).

Иудейский Царь Озия, благочестиво и мудро начавший правление и успевший принести много пользы своему народу, как часто случается, приписал многочисленные успехи исключительно собственной гениальности, отчего сердце его ожесточилось к окружающим – царь сделался надменным. Гордость привела его к тому, что Озия собственноручно решил совершать священнодействия в Иерусалимском Храме. Попытки священников образумить царя, остановить это безумие встретили лишь гнев. За свою гордость и святотатство Озия был наказан проказой, а правление страной перешло к его сыну.

Ниневитяны, душе, слышала еси кающияся Богу, вретищем и пепелом, сих не подражала еси, но явилася еси злейшая всех, прежде закона и по законе прегрешивших (Иона 3: 5).

Жители Ниневии, столицы Ассирийского царства, одного из самых жестоких и агрессивных государств в истории Древнего мира, покаялись от обличительной проповеди пророка Ионы. Внешним выражением их покаяния был строгий пост. Ниневитяне оделись во вретища – старые одежды из грубых тканей – и посыпали головы пеплом – это традиционные восточные знаки выражения глубокой скорби и печали.

В рове блата слышала еси Иеремию, душе, града Сиона рыданьми вопиюща и слез ищуща; подражай сего плачевное житие, и спасешися (Иер. 38: 6).

Иеремия во время осады Иерусалима вавилонским царем Навуходоносором, был брошен иудейскими вельможами в яму за свои, как им казалось, упаднические пророчества. Пророк и раньше подвергался насилию от властителей и приближенных к ним угодливых лжепророков зато, что пророчествовал от Бога, и эти слова всегда были не теми, что они желали слышать.

Иона в Фарсис побеже, проразумев обращение ниневитянов, разуме бо, яко пророк, Божие благоутробие; темже ревноваше пророчеству не солгатися (Иона 1: 3).

Пророк Иона, призванный Богом, чтобы идти пророчествовать в Нинивею, столицу враждебного Израилю Ассирийского Царства, сначала пытался уклониться от этого призыва. Поначалу пророк Иона отреагировал вполне по–человечески: он поплыл в противоположную от Ассирии сторону, в Фарс. Пророк, как израильтянин, не хотел, чтобы Господь помиловал жестоких, враждебных его народу ассирийцев, не покаяния он желал им, а наказания.

Даниила в рове слышала еси, како загради уста, о душе, зверей; уведела еси, како отроцы, иже о Азарии, погасиша верою пещи пламень горящий (Дан. 6: 4–28; 4: 24).

Библейский пророк Даниил, находившийся в вавилонском пленении за неповиновение указу взошедшего на престол мидийского царя Дария, прославлял своего Бога, и был брошен за это в ров со львами. Дикие звери не причинили святому вреда, пророк был отпущен, а царь, поразившись этому чуду, издал новый указ, чтобы во всех его владениях чтили Бога, которому служит Даниил. Ранее, при прежней халдейской династии, за отказ поклониться языческому истукану друзья Даниила – Азария, Анания и Мисаил – живьем были брошены в печь; от огня их избавил ангел, что стало поводом для такого же указа царя Навуходоносора II.

Песнь 9

Христос искушашеся, диавол искушаше, показуя камение, да хлеби будут, на гору возведевидети вся царствия мира во мгновении; убойся, о душе, ловления, трезвися, молися на всякий час Богу (Мф. 4: 1–9; Мк. 1: 12–13; Лк. 4: 1–12).

Перед выходом на общественное служение Господь Иисус Христос сорок дней постился в пустыни, в это время Его искушал дьявол. Наряду с другими искушениями испуганный дьявол пытался вынудить Иисуса сотворить из камня хлеб, возможно, он хотел проверить, действительно ли Иисус обладает Божественной силой, и вынудить Его использовать эту силу не для служения Отцу, а для собственных потребностей. Вспоминая этот эпизод, святой Андрей призывает христиан к посту, молитве и трезвению, чтобы избежать изощренных искушений отца лжи – дьявола.

Горлица пустыннолюбная, глас вопиющаго возгласи, Христов светильник, проповедуяй покаяние; Ирод беззаконнова со Иродиадою. Зри, душе моя, да не увязнеши в беззаконныя сети, но облобызай покаяние (см.: Мф. 3: 8; 14, 3; Мк. 6: 17; Лк. 3: 19–20).

Царь Ирод похитил жену своего брата Филиппа и незаконно сожительствовал с ней; часто один грех тянет за собой другой, и со временем душа попадает в «беззаконные сети». В дальнейшем именно это прелюбодеяние, обличаемое Иоанном Крестителем, стало причиной жестокой его казни.

В пустыню вселися благодати Предтеча, и Иудея вся и Самария, слышавше, течаху и исповедаху грехи своя, крещающеся усердно: ихже ты не подражала еси, душе (см.: Мф. 3: 1–6; Мк. 1: 3–6).

Иоанн Предтеча проповедовал, призывая людей к покаянию, он готовил народ к пришествию Христа, именно на это служение его призвал Бог. Послушать Иоанна, подвизавшегося в пустыни, шли люди из самых разных сословий, они исповедовали ему свои грехи.

Брак убо честный, и ложе нескверно: обоя бо Христос прежде благослови, плотию ядый, и в Кане же на браце воду в вино совершая, и показуя первое чудо, да ты изменишися, о душе (Ин. 2: 1–11).

Первым чудом, совершенным Христом, было превращение воды в вино на браке в Кане Галилейской. Чудо произошло по просьбе Матери Иисуса. Говоря об этом чуде, толкователи всегда рассуждали не только о любви Бога и Пресвятой Богородицы и их живом участии даже в простых человеческих нуждах, но и о благодати, о наполненности, о том, что Христос преображает в иное качество природу человека, если тот искренне стремится к жизни с Ним.

В среду первой недели Великого поста

Песнь 1

Священник, мя предвидев, мимо иде, и левит, видев в лютых нага, презре; но из Марии возсиявый, Иисусе, Ты, представ, ущедри мя (Лк. 10: 31–32).

В евангельской притче о милосердном самарянине, проявившем сострадание и оказавшем помощь несчастному человеку, пострадавшему на пути от разбойников, левит и священник, проходившие прежде самарянина и видевшие на дороге этого истекающего кровью человека, не оказали ему помощь, а отправились дальше своей дорогой.

Песнь 2

Поползохся, яко Давид, блудно и осквернихся, но омый и мене, Спасе, слезами (2 Цар. 11: 4).

Царь и пророк Давид, пленившись красотой Вирсавии, жены своего верного воина Урии, завладел ею, совершив прелюбодеяние. Когда Давид узнал, что она забеременела от него, намерено отправил Урию на смерть, после чего взял Вирсавию себе в жены. Один грех всегда тянет за собой другие. Но даже самое тяжелое падение не отвращает от человека Божественной любви, человек всегда своим покаянием может вернуться в радость Богообщения. Давид в дальнейшем горько оплакивал свое преступление перед Богом. Наиболее известный и любимый пятидесятый псалом царя Давида традиция связывает именно с этим покаянным периодом жизни пророка.

Дверь Твою не затвори мне тогда, Господи, Господи, но отверзи ми сию, кающемуся Тебе (Мф. 7: 21–23; 25: 11).

В притче о десяти девах Христос говорит о готовности людей к встрече с Богом. Девы ночью со светильниками ожидали прихода Жениха – это традиционная часть брачной палестинской церемонии, когда подруги невесты ждали прихода ее избранника. Пять дев из притчи были мудрыми, они запаслись маслом, пять других, напротив, проявили нерадение – когда Жених пришел в ночи, масло в их светильниках закончилось. Пять нерадивых дев побежали покупать новое масло, но, когда они вернулись, двери, вводящие к брачному пиру, были уже затворены. Эта притча напоминает о необходимости бодрствования, потому что никто из нас не знает своего часа, и проявляющие нерадение не войдут со Христом в Его Царство.

Кому уподобилася еси, многогрешная душе? Токмо первому Каину и Ламеху оному, каменовавшая тело злодействы и убившая ум безсловесными стремленьми (Быт. 4: 1–26).

О первом в истории убийце Каине святой Андрей уже вспоминал – это был старший сын прародителей Адама и Евы, убивший своего родного брата Авеля. Ламех был потомком Каина в шестом поколении и тоже убийцей, только в отличие от своего предка Ламех уже не старался скрыть своего злодеяния, он, напротив, хвастался им перед своими женами.

Едина отверзла еси хляби гнева Бога твоего, душе моя, и потопила еси всю, якоже землю, плоть, и деяния, и житие, и пребыла еси вне спасительнаго ковчега (Быт. 7: 1–24).

Вспоминая ветхозаветных праведников, верой и жизнью своей противостоящих всеобщей греховной энтропии, поразившей мироздание после падения прародителей рода человеческого, святой Андрей, остановившись мыслью на Ное, обращается к своей душе, уподобляя ее всем современникам праведника, жившим одним лишь грехом, который и погубил их в пучине вод, в то время как Ной спасся от потопана в ковчеге.

Песнь 3

Благословения Симова не наследовала еси, душе окаянная, ни пространное одержание, якоже Иафеф, имела еси на земли оставления (Быт. 9: 21–29).

Сим и Иафет, два сына праведного Ноя, противопоставляются его третьему сыну – Хаму, проявившему дерзость и надсмеявшемуся над своим отцом. Когда Хам увидел наготу отца, заснувшего в неприглядном виде, вместо того чтобы его укрыть и избавить от стыда, неблагодарный сын посмеялся и позвал своих братьев поглядеть на патриарха рода, оказавшемся в столь неловком положении. В этом поступке Хама можно усмотреть не только грубость и дерзость, в нем есть и желание усвоить себе родовое главенство, ведь нагота воспринималась в древности как опустошенность, и обнажить чью–то наготу значило в определенном смысле это лицо низложить. Но братья Хама Сим и Иафет поступили благоразумно, они, отвернув лица от спящего отца, чтобы не внести в сердце свое смущение, укрыли его одеялом.

От земли Харран, изыди от греха, душе моя, гряди в землю, точащую присноживотное нетление, еже Авраам наследствова (Быт. 12: 1–7).

Бог призвал к служению праведного Авраама, повелев выйти ему со своими людьми и стадами с насиженного места, оттуда, где проживали его родственники, и идти в неизвестность, в землю, которую Бог обещал указать Аврааму в дальнейшем. Авраам поверил Богу, он откликнулся на Его призыв и покинул Харран.

У дуба Мамврийскаго учредив патриарх Ангелы, наследствова по старости обетования ловитву (Быт. 18: 1).

В дубраве Мамре Аврааму явился Бог в образе трех ангелов. В этом явлении, по толкованию святых отцов, был откровение Бога Троицы в едином Существе – Отца, Сына и Святого Духа. Явившись Аврааму, Господь в очередной раз сказал ему и о том, что Сарра вопреки старости родит сына, что и исполнилось в ближайшее время.

Исаака, окаянная душе моя, разумевши новую жертву, тайно всесожженную Господеви, подражай его произволению (Быт. 22: 2).

Настоящее чудо было явлено в рождении пожилой Саррой обетованного наследника Аврааму, мальчика нарекли Исааком. Он стал истинным утешением для отца. Но Господь решил испытать веру своего избранника, Он повелел Аврааму подняться в горы и принести в жертву Исаака. С великой скорбью и плачем Авраам, всегда исполнявший волю Божию, повиновался и на этот раз. Когда он уже готов был вознести нож над сыном, Бог через ангела Своего остановил руку Авраама, вернув ему радость отцовства. В этом испытании толкователи усматривают прообраз крестной жертвы Сына Божия, принесенного в Жертву за грехи всего мира.

Исмаила слышала еси, трезвися, душе моя, изгнана, яко рабынино отрождение, виждь, да не какоподобно что постраждеши, ласкосердствующи (Быт. 21: 10–11).

До чудесного рождения Исаака, во время ожидания этого обещания Божьего, Авраам и Сарра, впав в малодушие, решили, что Аврааму необходима наложница, способная родить ребенка уже сейчас. Ею стала одна из служанок, египтянка Агарь. Она родила Аврааму сына Измаила. Рождение Аврааму наследника стало для Агари предметом превозношения над Саррой, отчего та сильно переживала. Даже когда старая Сарра зачала и родила Исаака, неприязненное отношение Агари сохранялось, оно переходило даже на отношение ее сына Измаила к Исааку. Агарь с Измаилом, по повелению Божию, были оставлены Авраамом. В дальнейшем от Измаила произошли арабские народы. Апостол Павел, говоря о вере, рождение от рабыни, которое произошло вследствие недоверия Богу, толкует как веру из страха, как законничество, а под обетованным рождением Исаака подразумевает свободу и духовной жизнь во Христе.

Песнь 4

Чашу Церковь стяжа, ребра Твоя живоносная, из нихже сугубыя нам источи токи оставления и разума во образ Древняго и Новаго, двоих вкупе Заветов, Спасе наш (Ин. 19: 34).

В Евангелии от Иоанна, таинственном и символичном, есть много важных параллелей. Вода, чудесным образом превращенная в вино на браке в Кане Галилейской, – это не только чудо любви, явленное простым людям, – это и символ наполненности благодатью с приходом Христа всего, что мы имели прежде Него. Вода, ставшая вином, – это и Ветхий Завет, смененный Новым. И упоминание евангелистом Иоанном истечения из ребра Христа на Голгофе крови и воды – это знак того, что Крестная Жертва есть центр всей священной истории, но человек приобщается к этой Жертве Любви, только если прилагает к этому старание.

Наг есмь чертога, наг есмь и брака, купно и вечери; светильник угасе, яко безъелейный, чертог заключися мне спящу, вечеря снедеся, аз же по руку и ногу связан, вон низвержен есмь (см.: Мф. 25: 1–13; Лк. 12: 35–37; 13: 24–27; 14: 7–24).

Тема небрежения к Божественной любви, постоянно поднимаемая святым Андреем в каноне, в Святом Евангелии выражена во множестве притч, произнесенных Христом. Очень часто образ Царства Небесного в притчах Господь уподоблял брачному пиру, от которого приглашенные в одном случае просто отказывались под мнимыми причинами, а в другом – приходили, но в не соответствующей торжеству одежде.

Песнь 5

Яко тяжкий нравом, фараону горькому бых, Владыко, Ианни и Иамври, душею и телом, и погружен умом, но помози ми (Исх. 7: 11; 2 Тим. 3:, 8).

Наше внутреннее противление и нежелание следовать за Богом святой Андрей уподобляет египетским жрецам Ианни и Иамври, которые противились чудесам Моисея, пытаясь тщетно их повторить. Все старания жрецов были направлены на то, чтобы удержать колеблющихся евреев в своем рабстве, не отпустить их вслед за пророком Моисеем.

Мене ради Бог сый, вообразился еси в мя, показал еси чудеса, исцелив прокаженныя и разслабленнаго стягнув, кровоточивыя ток уставил еси, Спасе, прикосновением риз (см.: Мф. 9: 20; Мк. 5: 25–27; Лк. 8: 43–44).

Господь Иисус Христос, совершая Свои чудеса любви к людям, одновременно разрушал фарисейские стереотипы, человеческие псевдорелигиозные установления, которые, становились оковами живой веры и любви. Он исцелял людей в субботу, нарушал постановления о ритуальной чистоте и осмысленно делал многое другое, что раздражало фарисеев. Эпизод с кровоточивой женщиной, которая не имела права прикасаться вообще ни к кому, но с верой и дерзновением прикоснулась к одеже Христа, и не только сразу же получила исцеление от своего недуга, но и одобрение Христом ее действий, – это свидетельство о силе настоящей веры, способной преодолевать стыд, страх и даже неизлечимые болезни.

Песнь 6

Востани и побори, яко Иисус Амалика, плотския страсти, и гаваониты, лестныя помыслы, присно побеждающи (Исх. 17: 8; Нав. 8: 21).

Иисус Навин – преемник пророка Моисея, военачальник, одержавший множество побед и введший израильтян в Обетованную землю. Амаликитяне – языческий народ, селившийся между Синайским полуостровом и юго–западом Палестины. Между израильтянами и амаликитянами произошла битва, в которой избранный народ одержал победу не столько мужеством воинов и силой оружия, сколько чудом Божьим, совершившимся по молитве пророка Моисея.

Прейди, времене текущее естество, яко прежде ковчег, и земли оныя буди во одержании обетования, душе, Бог повелевает (Нав. 3: 17).

Чудо, совершенное Богом во время пути евреев к земле Обетованной. Иисус Навин с народом подошел к реке Иордан, и как только ноги священников, несущих главную святыню – ковчег Завета, коснулись вод, течение реки остановилось. С одной стороны река встала стеной, другая сторона реки, текущая к морю, осушила русло, дно сделалось твердым, и весь народ вслед за священниками, несущими ковчег, смог выйти на другой берег.

Яко спасл еси Петра, возопивша, спаси, предварив мя, Спасе, от зверя избави, простер Твою руку, и возведи из глубины греховныя (Мф. 14: 31).

Во время своей земной проповеди Господь Иисус Христос большое внимание уделял воспитанию веры в учениках. Во время бури Он пришел к ученикам по воде, когда те находились в лодке. Петр, самый ревностный и импульсивный ученик Христа, сразу же попросил у Него позволения идти по воде и для себя, но, испугавшись силы ветра и волн, стал тонуть. Христос подал ему руку, извлек из пучины и спросил его: зачем он усомнился? В нападении страстей, когда мы словно уходим на дно, важно помнить, что Христос силен избавить нас от самых страшных искушений, даже если личной веры самим нам не хватает.

Песнь 7

Манассиева собрала еси согрешения изволением, поставльши яко мерзости страсти и умноживши, душе, негодования; но того покаянию ревнующи тепле, стяжи умиление (4 Цар. 21; 1–2; 2 Пар. 33: 10–13).

Почти все пятьдесят пять лет правления иудейского царя Манассии, сына благочестивого царя Езекии, были ознаменованы непрекращающимся грехом, выражавшемся в осквернении святынь, идолопоклонстве, волхвовании, и жестокости к подданным. Причем царь своим примером склонил к нечестию и значительную часть своего народа. После пленения ассирийцами, находясь в заточении, он принес слезное покаяние Богу. Манассии было возвращено царство, он после и делом пытался исправить свои грехи: упразднял возведенные ранее капища, укреплял Иерусалим, но в священную историю Манассия вошел как царь–вероотступник, потому что его личное покаяние не смогло исправить то разрушительное влияние, которое он оказал на свой народ, да и сын царя Амон, взявший царство после смерти отца, стал подражателем греховного типа правления отца.

Ахаавовым поревновала еси сквернам, душе моя, увы мне, была еси плотских скверн пребывалище и сосуд срамлен страстей, но из глубины твоея воздохни и глаголи Богу грехи твоя (З Цар. 16: 30).

Ахав – израильский царь и вероотступник, находившийся под большим влиянием своей жены–язычницы Изавели. В его правление был воздвигнут храм языческому божеству Ваалу, повсеместно в Израиле совершались языческие культы, а праведники и пророки, противостоявшие этому нечестию, подвергались жестоким гонениям. История гонений Ахава на пророка Илию подробно описана в Священном Писании.

Заключися тебе небо, душе, и глад Божий постиже тя, егда Илии Фесвитянина, якоже Ахаав, не покорися словесем иногда; но Сараффии уподобився, напитай пророчу душу (З Цар. 17: 8–9).

Злодеяния Ахава и значительной части израильского народа повлекли за собой страшную засуху и голод. О надвигающейся каре нечестивого Ахава предупредил посланный Богом к нему пророк Илия, после этого пророк удалился в Сарепту Сидонскую, где его кормила бедная вдова, в доме которой с приходом Илии чудесным образом не иссякали мука и масло.

Попали Илиа иногда дващи пятьдесят Иезавелиных, егда студныя пророки погуби, во обличение Ахаавово, но бегай подражания двою, душе, и укрепляйся (4 Цар. 1: 10–15).

Пророк Илия, наверное, самый дерзновенный из всех ветхозаветных пророков. В один из дней Господь призвал Илию вновь идти к Ахаву, чтобы возвестить об окончании засухи. Ахав уже и сам повсюду разыскивал Илию. Пророк предстал перед царем, далее Илия перед народом явил чудо, которого никак не могли добиться языческие лжепророки и жрецы Ваала: по молитве Илии на жертвеннике разгорелось пламя и на небе появились долгожданные дождевые тучи. Весь народ прославил Бога, а Илия собственноручно умертвил языческих жрецов и лжепророков, состоявших при дворе вероотступника Ахава.

Песнь 9

Недуги исцеляя, нищим благовествоваше Христос Слово, вредныя уврачева, с мытари ядяше, со грешники беседоваше, Иаировы дщере душу предумершую возврати осязанием руки (см.: Мф. 4: 23; 9: 10–11; Мк. 5; 41–42).

Среди многочисленных евангельских чудес Христа, в которых проявлялась безграничная Его любовь и всепрощение, никогда не было избирательности. Он, принимая грешников и мытарей, исцелил слугу римского сотника, воскресилумершуюдочь священника. Господь требует от человека лишь одного – живой веры и стремления к покаянию.

Мытарь спасашеся, и блудница целомудрствоваше, и фарисей, хваляся, осуждашеся. Ов убо: очисти мя; ова же: помилуй мя; сей же величашеся, вопия: Боже, благодарю Тя, и прочия безумныя глаголы (Лк. 7: 46–47; 18: 14).

Притча Христова о двух людях, молящихся в Иерусалимском храме: один грешный и смиренный мытарь (презираемый народом сборщик податей в пользу римских захватчиков), другой – самоуверенный, праведный фарисей (духовный лидер народа); из них оправданным в дом свой после молитвы вернулся отнюдь не второй, а первый. Этот мытарь плакал, бил себя в грудь и повторял: «Боже, милостив буди мне грешному», в отличие от фарисея, который в молитве благодарности Богу по большей части говорил самому себе о своей праведности. Эта притча говорит о том, что Бог «гордым противится, а смиренным дает благодать».

Блуднице, о окаянная душе моя, не поревновала еси, яже приимши мира алавастр, со слезами мазаше нозе Спасове, отре же власы, древних согрешений рукописание Раздирающаго ея (Лк. 7: 37–38).

Одна женщина, придя к Спасителю, плача о своей греховности, обливала слезами Его ноги и утирала их своими волосами. Живую веру и раскаяние этой, может быть, далекой от праведности женщины Христос противопоставил мертвому благочестию внешне религиозных фарисеев, духовных лидеров еврейского народа.

Грады, имже даде Христос благовестие, душе моя, уведала еси, како прокляти быша: убойся указания, да не будеши якоже оны, ихже содомляном Владыка уподобив, даже до ада осуди (Лк. 10: 12–15).

Посылая на проповедь Своих учеников, Христос говорит о невериии гордости, как о самой большой трагедии, которая может случится не только с отдельным человеком, но и с целым народом. Обращаясь к палестинским городам, Господь говорит, что жившим в неведении Содому и Гоморре в день всеобщего суда будет отраднее, чем им, отвергшим любовь Христову.

Да не горшая, о душе моя, явишися отчаянием, хананеи веру слышавшая, еяже дщи словом Божиим исцелися; Сыне Давидов, спаси и мене, воззови из глубины сердца, якоже она Христу (Мф. 15: 22).

Один из многих примеров Священного Писания, когда вера и надежда на Бога у язычников оказывается сильнее, чем у чтущих Бога израильтян. Хананеянка, умоляющая Христа об исцелении ее дочери, явила высоту веры и смирения и получила просимое.

В четверг первой седмицы Великого поста

Песнь 1

Агнче Божий, вземляй грехи всех, возми бремя от мене тяжкое греховное, и яко благоутробен, даждь ми слезы умиления (Ин. 1: 29).

Христос именуется Агнцем Божьим. Агнец – это ритуальный ягненок, приносимый в жертву в Ветхом Завете, кровь этого животного, проливаемая на жертвеннике, была как бы замещением людской крови, которая должна была пролиться за совершенные ими грехи. Все ветхозаветные приношения стали прообразом крестной жертвы Христа, которую Он совершил, чтобы омыть грехи всего мира.

Песнь 2

Мужа убих, глаголет, в язву мне и юношу в струп, Ламех, рыдая вопияше; ты же не трепещеши, о душе моя, окалявши плоть и ум осквернивши (Быт. 4: 23).

Ламех был потомком братоубийцы Каина в шестом поколении и тоже стал убийцей, только в отличие от своего предка Ламех уже не старался скрыть свое злодеяние, он, напротив, хвастался им перед своими женами. Другая традиция толкования склонна считать, что монолог Ламеха был не похвальбой, а все–таки сокрушением о содеянном.

Столп умудрила еси создати, о душе, и утверждение водрузити твоими похотьми, аще не бы Зиждитель удержал советы твоя и низвергл на землю ухищрения твоя (Быт. 11: 3–4).

Строительством вавилонской башни – гипертрофированного культового сооружения – люди пытались показать могущество, которого они достигли. Это строительство было пропитано духом гордости и искаженной религиозности, которая в дальнейшем выразилась во многих языческих культах. Во время этой глобальной стройки Господь навел на людей смешение языков, так что они перестали друг друга понимать, из–за чего строительство было заброшено, а люди стали расселяться, осваивая более обширные территории земли.

Одожди Господь от Господа огнь иногда, на беззаконие гневающее, сожег содомляны; ты же огнь вжегла еси геенский, в немже имаши, о душе, сожещися (Быт. 19: 24).

Содом и Гоморра были уничтожены Господом, не столько за сами тяжкие противоестественные грехи, которыми были порабощены буквально все жители этих древних городов, сколько за нераскаянность. Упорство во грехе, потребность навязывать окружающим свое искаженное видение мира, желание сделать их соучастниками своего падения, утрата этической и смысловой основы существования делают покаяние практически невозможным для человека, но каждый грешник, сожалеющий о своих падениях и желающий исправиться, падающий, но встающий, будет прощен Богом.

Песнь 3

Агаре древле, душе, египтяныне уподобилася еси, поработившися произволением и рождши новаго Исмаила, презорство (Быт. 16: 16).

До чудесного рождения Исаака, во время ожидания этого обещания Божьего, Авраам и Сарра, впав в малодушие, решили, что Аврааму необходима наложница, способная родить ребенка уже сейчас. Ею стала одна из служанок, египтянка Агарь. Она родила Аврааму сына Измаила. Рождение Аврааму наследника стало для Агари предметом превозношения над Саррой, отчего та сильно переживала. Даже когда старая Сарра зачала и родила Исаака, неприязненное отношение Агари сохранялось, оно переходило даже на отношение ее сына Измаила к Исааку. Агарь с Измаилом, по повелению Божию, были оставлены Авраамом. В дальнейшем от Измаила произошли арабские народы. Апостол Павел, говоря о вере, рождение от рабыни, которое произошло вследствие недоверия Богу, толкует как веру из страха, как законничество, а под обетованным рождением Исаака подразумевает свободу и духовной жизнь во Христе.

Иаковлю лествицу разумела еси, душе моя, являемую от земли к небесем; почто не имела еси восхода тверда, благочестия (Быт. 28: 12).

Ветхозаветный патриарх Иаков, одновременно скрываясь от гнева брата Исава и желая найти праведную невесту, совершал путь в Харран, где проживали родственники их семейства. Взять хорошую жену было очень важно для Иакова, получив благословение отца, он становился следующим патриархом рода, в котором должен будет родиться Спаситель мира. Во время привала Иакову открылось таинственное видение: он увидел чудесную лестницу, по которой поднимались и опускались ангелы, во время этого откровения к праведнику обратился сам Бог, Он одобрил действия Иакова и подтвердил обетование, данное его деду Аврааму.

Священника Божия и царя уединена, Христово подобие в мире жития, в человецех подражай (Быт. 14: 18; Евр. 7: 1–3).

В развязавшейся войне между царями небольших древних государств праведный Лот со всем своим имуществом и стадами был взят в плен после поражения Содомского и Гоморрского царей (шатры Лота располагались на территории Содома). Авраам со своими людьми ввязался в войну, чтобы освободить Лота, и одержал победу. После победы благословить его пришел таинственный царь Мелхиседек, который был еще и священником Бога Всевышнего. Он принес Аврааму хлеб и вино. Апостол Павел говорил о Мелхиседеке прообразовательно, как о Христе, благословляющем живую веру Авраама.

Не буди столп сланый, душе, возвратившися вспять, образ да устрашит тя содомский, горе в Сигор спасайся (Быт. 19: 19–23; 19: 26).

Господь, повелевший единственному праведнику города Содома Лоту как можно скорее покинуть уготованный к уничтожению город, сказал ему уйти в горы (гора – образ восхождения и духовного подвига), но Лот испросил разрешения укрыться в городе Сигор, что значит «Маленький». Здесь есть противопоставление – в маленьком городе праведнику жить, безусловно, проще, чем в большом. Но Лот, уйдя в Сигор, проявил недоверие Богу, хоть он и был спасен от огня, но не смог избежать дальнейших искушений. Однако он без сожаления покинул развращенные города, в отличие от его жены, которая вопреки запрету Бога, удаляясь из Содома, обернулась, – в этом жесте было большое сожаление о покинутом городе. Жена Лота тут же обратилась в соляной столп. Отказ от греха должен быть стремительным, без воспоминаний о нем и сожалений, иначе воспоминания эти вновь вернут нас к этому греху.

Песнь 4

Царским достоинством, венцем и багряницею одеян, многоименный человек и праведный, богатством кипя и стады, внезапу богаства, славы царства, обнищав, лишися (Иов. 1: 1–22).

Ветхозаветный праведник и страдалец Иов, имевший прежде большую семью, богатство и почет, в одночасье потерял буквально все, так что ничего у него не осталось, кроме жены, утратившей от страдания рассудок и призывавшей мужа похулить Бога за все произошедшее, а вслед за этим умереть. В довершение страданий праведный Иов заболел проказой, считавшейся в древности болезнью, посылаемой Богом за особенно тяжкие грехи. Иов – пример и образ праведного страдальца, он является прообразом страдающего за грехи людей Христа. Иов обращался к Богу, искренне пытаясь понять, почему с ним все это происходит. Господь открылся Иову, дав понять, что страдания всегда посылаются не за что–то, а для чего–то. То есть не как наказание, а ради духовного становления человека, хотя, конечно, далеко не всегда человек может осознавать необходимость такого испытания. Бог вновь возвысил Иова, вернув ему здоровье, силы и состояние.

Высокоглаголив ныне есмь, жесток же и сердцем, вотще и всуе, да не с фарисеем осудиши мя, паче же мытарево смирение подаждь ми, едине Щедре, Правосуде, и сему мя сочисли (Лк. 18: 13).

Притча Христова о двух людях, молящихся в Иерусалимском храме: один грешный и смиренный мытарь (презираемый народом сборщик податей в пользу римских захватчиков), другой – самоуверенный, праведный фарисей (духовный лидер народа); из них оправданным в дом свой после молитвы вернулся отнюдь не второй, а первый. Этот мытарь плакал, бил себя в грудь и повторял: «Боже, милостив буди мне грешному», в отличие от фарисея, который в молитве благодарности Богу по большей части говорил самому себе о своей праведности. Эта притча о том, что Бог «гордым противится, а смиренным дает благодать».

Самоистукан бых страстьми, душу мою вредя, Щедре, но в покаянии мя приими и в разум призови, да не буду стяжание ни брашно чуждему, Спасе, Сам мя ущедри.

Человек, все силы и мотивы посвящающий тому, чтобы угождать своим похотям и страстям – гордости, тщеславию, сребролюбию, блуду, чревоугодию, – сам себя делает идолом и истуканом.

Песнь 5

Низу сничащую подражай, о душе, прииди, припади к ногама Иисусовыма, да тя исправит, и да ходиши право стези Господни (Лк. 13: 11–13).

Одно из чудес Христа, когда Он исцелил несчастную женщину, страдавшую восемнадцать лет недугом, скрутившим ее так, что она не могла выпрямиться. Прикосновением руки Господь освободил ее от этой страшной скованности, и женщина выпрямилась. К сожалению, человек не всегда чувствует искривление своих душевных качеств и психики, опустошение, наступающие от греховного образа жизни.

Аще и кладязь еси глубокий, Владыко, источи ми воду из пречистых Твоих жил, да яко самаряныня, не ктому пияй, жажду жизни бо струи источаеши (Ин. 4: 11–15).

Господь сказал самарянке (самаряне – народ, к которому иудеи относились с крайним пренебрежением), что не в каком–либо особенном месте подлинное служение Богу совершается, а происходит оно в сердце человека: «Истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе». Христос сказал также этой женщине о благодати и изобилии Духа, которые Он даст верующему в Него как о воде живой: «Кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек; но вода, которую Я дам ему, сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную».

Силоам да будут ми слезы моя, Владыко Господи, да умыю и аз зеницы сердца, и вижду Тя умно, Света Превечна (Ин. 9: 7).

Силоамская купель, находящаяся в Иерусалиме, всегда почиталась священной, Господь Иисус Христос, направил умыться в ней слепорожденного, которому Он прежде помазал глаза брением из слюны, исцелив его.

Песнь 6

Аз есмь, Спасе, юже погубил еси древле царскую драхму; но, вжег светильник, Предтечу Твоего, Слове, взыщи и обрящи Твой образ (Лк.15: 8).

Упоминается притча о десяти драхмах (серебряных монетах), в которой женщина, чтобы найти одну потерянную драхму, оставляет все остальные и ищет ее до тех пор, пока не найдет. Притча говорит о том, что Господь использует все возможности, чтобы образумить и спасти заблудшего человека. Иоанна Предтечу, пришедшего прежде Христа, чтобы подготовить людей к Его служению, святой Андрей аллегорически уподобляет светильнику в руках этой ищущей женщины.

Востани и побори, яко Иисус Амалика, плотския страсти, и гаваониты, лестныя помыслы, присно побеждающи (Исх. 17: 8; Нав. 8: 21–29).

Иисус Навин – преемник пророка Моисея, военачальник, одержавший множество побед и введший израильтян в Обетованную землю. Амаликитяне – языческий народ, селившийся между Синайским полуостровом и юго–западом Палестины. Между израильтянами и амаликитянами произошла битва, в которой избранный народ одержал победу. Гаваонитяне, слыша о победах израильтян, хитростью, выдав себя за пришельцев из других земель, заключили с Иисусом Навином союз, тем самым связали его клятвой, от которой он уже не смог отказаться, когда узнал об их обмане. Это произошло потому, что, принимая решение о заключении союза, израильтяне не воззвали к Богу, чтобы узнать Его волю. Святой Андрей тем самым говорит в своем каноне о том, что искушения, которые преодолевает идущий к Богу, не всегда явные, часто мы можем ошибаться, нужно всегда обращаться к Богу, пытаясь понять Его волю.

Песнь 7

Исчезоша дние мои, яко соние востающаго; темже, яко Езекиа, слезю на ложи моем, приложитися мне летом живота; но кий Исаия предстанет тебе, душе, аще не всех Бог? (4 Цар. 20: 3; Ис. 38: 2–6).

Царь Езекия, будучи смертельно болен, молился, прося у Господа дать еще время, ему не хотелось умирать. Господь послал к нему пророка Исаию, чтобы возвестить о том, что царь получит исцеление и проживет еще пятнадцать лет.

Обратися, покайся, открый сокровенная, глаголи Богу, вся ведущему: Ты веси моя тайная, Едине Спасе;. Но Сам мя помилуй, якоже поет Давид, по милости Твоей (Пс. 50: 3).

Царь и пророк Давид, пленившись красотой Вирсавии, жены своего верного воина Урии, завладел ею, совершив прелюбодеяние. Когда Давид узнал, что она забеременела от него, он намерено отправил Урию на смерть, после чего взял Вирсавию себе в жены. Один грех всегда тянет за собой другие. Но даже самое тяжелое падение не отвращает от человека Божественной любви, человек всегда своим покаянием может вернуться в радость Богообщения. Давид в дальнейшем горько оплакивал свое преступление перед Богом. Наиболее известный и любимый пятидесятый псалом царя Давида традиция связывает именно с этим покаянным периодом жизни пророка.

Примечания

1

Текст жития подготовлен по книге «Жития святых, изложенные по руководству Четьих–Миней св. Димитрия Ростовского», месяц апрель, день первый, (М., Синодальная типография, 1906) с использованием славянского текста жития (Четьи–Минеи, М., 1898).

(<< back)

2

Тов. 12:7.

(<< back)

3

Святой Софроний, патриарх Иерусалимский, жил в VII веке. Святой Софроний был светильником не только для Палестинской, но и для всей Восточной Церкви. Именно за свою святость Софроний и был избран во Иерусалимского патриарха (в 634 г.). Он управлял Церковью 10 лет, ревностно защищая православное учение от еретиков–монофелитов. Ныне известные сочинения св. Софрония содержат в себе, иные – догматическое учение, другие писаны для назидания в благочестии, то в виде слов и повестей, то в виде песен. Святой Иоанн Дамаскин с похвалою отзывался о Софрониевом описании жития святой Марии Египетской. Не менее важны и другие сочинения св. Софрония, как то: объяснение на литургию, стихиры в предпразднство Рождества Христова, стихиры на водоосвящение в день Богоявления с молитвою и другие. Память св. Софрония празднуется 11 марта.

(<< back)

4

Мф. 25:18.

(<< back)

5

Быт. 12:1.

(<< back)

6

Пс. 26,1.

(<< back)

7

Ваиа – ветви пальмовые (Ин. 12: 13; Мк. 11: 8). Неделя ваий, иначе цветоносная или цветная, – Вербное воскресение.

(<< back)

8

Часы – так называются молитвословия, состоящие из трех псалмов, нескольких стихов и молитв, приуроченных к каждой четверти дня и к особенным обстоятельствам страданий Спасителя. На шестом часе воспоминаются: шествие Спасителя на пропятие, самое пропятие и крестные страдания.

(<< back)

9

Авва – отец, наставник.

(<< back)

10

Это было в начале VI века, когда уже прекратились гонения и утихли ереси, и Церковь христианская пользовалась миром и спокойствием.

(<< back)

11

Локоть – мера длины от локтя до конца среднего пальца.

(<< back)

12

Александрия – город, основанный Александрой Македонским на берегу Средиземного моря, при устье реки Нила. Александрия после Рима была первым городом в мире и служила центром торговли, промышленности и особенно языческой образованности, а в первые века христианства – христианского просвещения.

(<< back)

13

Мф. 4: 4.

(<< back)

14

Иов. 24: 8; Евр. 11: 38.

(<< back)

15

Лк. 2: 29–30.

(<< back)

16

Преподобная Мария скончалась в 522 году.

(<< back)

17

Преподобный Зосима преставился в первой половине VI века. Память его празднуется 4 (17) апреля.

(<< back)

18

Святая Православная Церковь установила в Великий пост воспоминать житие преподобной Марии Египетской. В четверг пятой седмицы Великого поста, на утрени, читается весь Великий покаянный канон прп. Андрея Критского и 18 тропарей этого канона, обращенные к преподобной Марии (Мариино стояние).

(<< back)

19

Автор пояснений Владимир Лучанинов.

(<< back)

FB2 document info

Document ID: ooofbtools-2016-3-12-15-53-20-236

Document version: 1

Document creation date: 12.03.2016

Created using: ExportToFB21, FictionBook Editor Release 2.6 software

Document authors :

- Трушова

About

This file was generated by Lord KiRon's FB2EPUB converter version 1.1.5.0.

(This book might contain copyrighted material, author of the converter bears no responsibility for it's usage)

Этот файл создан при помощи конвертера FB2EPUB версии 1.1.5.0 написанного Lord KiRon.

(Эта книга может содержать материал который защищен авторским правом, автор конвертера не несет ответственности за его использование)

http://www.fb2epub.net

https://code.google.com/p/fb2epub/

Table of Contents

Великий канон. Творение святого Андрея Критского

Перевод на русский язык Н. Кедрова

Житие преподобной Марии Египетской [1]

Евангелия Святых Страстей Христовых

Паримии Страстной Субботы

Приложение. Пояснения [19] к тексту Великого канона святого Андрея Критского